Городские тени (СИ) - Колесова Наталья Валенидовна

- Не давайте ему завладеть вами! Боритесь, гоните, молитесь, слушайте меня! Викарий!

- Читаю!

- Инспектор?

- Держу!

Давайте, скомандовала Рэйчел про себя. Все вместе!

Глава 50

Темное клубящееся облако с горящими в середине красными глазами кружило по запертой для него комнате. Трое стояли возле кровати, не подпуская броллахана к только что оставленному им телу. На все попытки приблизиться викарий выставлял перед собой Псалтырь и крест, Келли с приветственной улыбкой – клетку, а мисс Джонс… Мисс Джонс просто смотрела – оценивающе. Но именно ее броллахан огибал по большой дуге.

- И что теперь? – спросил Келли, не сводя глаз с броллахана. - Будем стрелять?

- Я мог бы, пожалуй… - Священник неуверенно шагнул вперед, поспешно листая Псалтырь подрагивающими пальцами.

- Увы, господин Друммонд, - вполголоса заметила учительница. – Все ваши защитные псалмы и молитвы не смогут загнать его в клетку. Он слишком голоден и зол.

Алан слегка усмехнулся, оценив, с каким облегчением викарий захлопнул молитвенник и попятился. Повторил свой вопрос:

- Так как поступим?

- Что здесь происходит?!

***

Трое синхронно вздрогнули, но каждый отреагировал на внезапно раздавшийся голос согласно своему темпераменту: Келли чуть не запустил ловушкой-клеткой, викарий выронил Псалтырь, а Рэйчел едва повела глазами в сторону появившегося в дверях изумленно-раздраженного Марлоу.

Но и этого мгновения оказалось достаточно, чтобы броллахан исчез: видимо, выскользнул мимо лаэрда в открытую дверь.

- Тьфу! - Инспектор отшвырнул-таки не пригодившуюся клетку для зловредного духа. – Теперь начинай все сначала! Откуда вы только взялись, милаэрд?!

- Из собственной кареты. Я ожидал мисс Джонс, но не дождался, - невозмутимо ответил Марлоу, рассматривая спящую больную и трех неспящих здоровых. - Восточная входная дверь оказалась открыта, так что я позволил себе войти…

Рэйчел гневно глянула на Келли:

- Инспектор!

- Чего? – раздраженно откликнулся тот. – Ну позабыл я ее закрыть, да! Не так уж часто работаю привратником, знаете ли…

Новый взгляд на часы: полвторого ночи. Рэйчел непроизвольно охнула:

- И вы до сих пор меня дожидались, господин Марлоу?

- Как видите, - довольно холодно отозвался тот. – Но что…

- Прошу прощения, случилось неотложное дело, а времени на ответ вам не оставалось…

- Вижу, что неотложное, но не вижу,какое именно! – В голосе лаэрда прорезался металл. – Кто мне объяснит, что происходит в этой школе?

В поисках указаний Рэйчел оглянулась на викария: но тот как онемел и остолбенел при появлении главного попечителя, так и продолжал стоять, понурившись. Пришлось рассказывать самой о броллахане и попытке его поймать. Марлоу (респект ему за это!) не стал распекать их за заговор молчания, видимо, приберегая всё на потом. Нагнувшись над спящей девушкой, спросил негромко:

- Вы уверены, что изгнали его?

- Да. Целиком и полностью.

Лаэрд потер лоб, взглянул на темный проем двери.

- И теперь он где-то в школе? Может быть в любом месте?

Рэйчел без труда разгадала его мысли: и, может, уже вселился в мою племянницу? Ответила тише:

- Да…

Марлоу только скупо кивнул.

- Ясно. Коли здесь безопасно, разбудите сиделку и отправляйтесь спать. Я поговорю со всеми вами в кабинете директора сегодня в полдень.

- Заранее трепещу, - прокомментировал Келли. – Эй, викарий, пошли, нам разрешили чуток соснуть!

Даже наклонился, чтобы поднять так и лежащий на полу Псалтырь. Однако священник внезапно шарахнулся от протянутой книги, словно черт от ладана.

- Что такое? – Келли машинально сделал шаг следом, Друммонд повторил свой странный маневр.

- Инспектор, - напряженным голосом сказала Рэйчел. – Отойдите от него.

Тот с протянутой Псалтырью в руке недоуменно оглянулся.

- Милаэрд, закройте дверь. – Вот это она произнесла таким голосом, что Марлоу мгновенно повиновался. Жаль, не сказала «с той стороны»!

- Что, черт возьми… - начал Келли и смолк, переводя взгляд с нее на викария.

- Да, - подтвердила Рэйчел. –Онвсе еще здесь.

Когда священник в замешательстве уронил молитвенник, фэйри прыгнул в него - самого ближнего, выглядевшего на тот момент самым уязвимым. Сейчас он ворочался из стороны в сторону в теле Друммонда, оценивая обстановку. Обстановка осталась все той же – он по-прежнему запер в этой комнате.

Но зато владеет другим, более сильным телом, которое знает и умеет больше.

- Алан, - велела Рэйчел, едва шевеля губами (Неизвестно, понимает ли броллахан человеческую речь, но лучше не рисковать), – отойдите от него. Потихоньку.

И вновь ошиблась. Вовсе не полицейского инспектора, сейчас вооруженного подобранной Псалтырью, броллахан считал самым опасным.

Это Рэйчел поняла, когда Друммонд-броллахан сделал шаг и выдернул из сюртука Келли пистолет.

А Келли прыгнул, чтобы ее заслонить.

***

- Ну уж нет! – Рэйчел торопливо прикрыла лицо инспектора ладонью, будто боясь, что его опознают. Еще и повернулась-пригнулась, заслоняя собой от медленно приближающейся тени. Баньши не шла – скользила, как несомая ветром легкая пушинка. Черная, большая и очень зловещая пушинка. – Нет. Никаких песен!

Баньши остановилась. Развевающиеся черные угловатые одежды-покрывала касались ног мужчины и плеча Рэйчел. Окатило уже знакомым холодом: был ли он самой сутью Вестницы смерти или она несла с собой ветер иного мира, в который однажды уйдут все, Рэйчел не знала. И совершенно не желала знать. Вздрогнувший ингварец отвел ее руку, мутноватые поначалу глаза сфокусировались на баньши. Прояснились. Потемнели до синих.

- Ну и ну, - пробормотал Келли. – Вот уж не думал, что увижу Плачущую женщину так скоро…

- Да вы и не видите, - торопливо уверила его Рэйчел, – все вам только чудится! А ты – убирайся!

Баньши, или Плачущая женщина, как зовут ее в разных концах страны, раскрыла рот, и Рэйчел, стиснув мужчину в объятьях, рявкнула:

- Нет, я сказала! Уходи прочь!

Келли вздрогнул, да и баньши на мгновение просто отнесло в сторону. Ничего не выражавший взгляд черных с разгорающимися красными огоньками глаз встретился с зелеными, полными вызова и ярости. Баньши медленно, очень медленно, словно изображая улыбку, растянула губы – веселья в этой улыбке не было ни на пенни. Лицо ее постоянно менялось, становясь то молодым, то древним – одно обличие проступало под другим.

- Я, - торжественно объявила баньши. – Держу. Свое слово.

И крутнувшись вокруг своей оси, растворилась в воздухе, словно чернильная клякса в воде – в тот самый миг, когда Келли решил, что впечатлений на него сегодня достаточно и провалился в обморок.

В тот миг, когда Рэйчел вспомнила обещание баньши: пропеть песню дорогому для нее человеку много и много позже…

***

Оказывается, вся эта сцена заняла всего одно мгновение. Рэйчел по-прежнему стояла на коленях возле лежащего на полу Келли (Как много крови, неужели после этого еще можно выжить!) Лаэрд, еще ничего не понявший, кричал: «Друммонд, вы что, с ума сошли? Немедленно бросьте пистолет!». А броллахан в теле викария метался на той стороне комнаты, не решаясь пересечь преграду, случайно образованную уроненным Келли Псалтырем и им же отброшенной ду́ховой клеткой.

Пока не решаясь.

Ну что ж…

Рэйчел поднялась, встала поустойчивей, обхватила ладонями набалдашник трости – вернее вделанный в нее кристалл – и закрыла глаза.

А вот теперь тебе не жить.

Глава 51

Ожидавший, что его вызвали к умирающей девочке, доктор Малькольм весьма удивился, обнаружив вместо нее пациента-мужчину с огнестрельной раной. Но, пожалуй, еще и обрадовался, пояснив всем заинтересованным лицам – в том числе и растолканной наконец сиделке: «Врач нуждается в разнообразной практике! А что тут у вас случилось?»