Хозяйка своей судьбы (СИ) - Богачева Виктория

Словно я сомневалась в этом !

— Доверься, пожалуйста.

— Почему? — только и спросила я.

— Что?..

— Почему ты готов меня защитить?

— Элеонор, — он нахмурился. — Сейчас не время и не место. Да и я не умею говорить.

— Постарайся, — я была непреклонна, и барон Стэнли почти зарычал.

— Женщина! — то ли выругался, то ли восхитился он. Даже отпустил моё лицо, сделал шаг назад и стиснул кулаки, обжёг недовольным взглядом. — Всего наизнанку вывернула, — он заскрежетал зубами.

Выдохнув, Ричард резко отвёл взгляд и сжал челюсти так, что на висках заходили жилы, и с силой стукнул себя кулаком в грудь.

— Тут было пусто, Элеонор. Камень вместо сердца.

Мужчина вскинул на меня глаза, полные мрачного огня.

— Но когда ты смотришь на меня — будто угли разгораются. Жжёт так, что готов сжечь весь этот мир, если хоть пальцем тебя тронут.

Он усмехнулся уголком губ, но то была усмешка, полная горечи.

— Не жди от меня речей. Я умею только воевать и держать клятвы. И если уж я сказал, что смогу защитить тебя, значит, так и будет. Пока я дышу.

В глазах защипало, и в носу сделалось щекотно. И этот мужчина ещё врал, что не умеет красиво говорить!..

— Ну что? — строго спросил Ричард. — Теперь пойдёшь за меня замуж?

— Пойду... — шёпотом, чтобы не выдать дрожащего голоса, ответила я.

Мы вернулись к служителю Мэтью, который терпеливо дожидался нас всё это время, и он провёл очень простую и быструю церемонию, которая заняла считанные минуты. Эдрик стал нашим свидетелем.

Мы обменялись клятвами, повторяя слово в слово за служителем, он соединил наши руки специальным длинным отрезом полотна, который принёс с собой, прочёл несколько молитв, осенил нас религиозным знамением, и всё.

Я стала считаться женой барона Стэнли. А он моим мужем.

— Скрепите ваш союз поцелуем, — велел служитель Мэтью, и Ричард очень быстро коснулся обветренными губами моих.

— Поздравляю, Ваша светлость, миледи, — к нам неожиданно подступил Эдрик, который выглядел растроганным.

Барон скупо ему улыбнулся и повернулся к служителю Мэтью, чтобы поблагодарить.

Тот сокрушённо покачал головой и принялся сматывать длинный отрез полотна.

— Уповаю, что ты знаешь, что творишь, Ричард, — только и сказал тот.

— Как никогда прежде, — серьёзно ответил мой... муж.

Когда служитель Мэтью собрал свои вещи, Ричард велел Эдрику вывести его тайным путём в замковый двор, а сам повернулся ко мне, как только их стихли их шаги.

— Теперь мы можем поговорить, Элеонор.

— Не хотите поцеловать сперва жену, Ваша светлость? — не знаю, откуда это во мне взялось, но я игриво повела бровями и облизала кончиком языка губы.

Я бы сделала это снова, лишь только чтобы посмотреть, как кровь сперва отхлынула от лица Ричарда, а затем на его широких скулах вспыхнули два небольших пятна румянца.

— Непременно, — густым, обволакивающим голосом отозвался он и шагнул ко мне.

И сделал это столь стремительно, что я не успела и вдохнуть.

Его ладонь легла на затылок, пальцы крепко вплелись в волосы, и он решительно притянул меня к себе. Губы обожгли мои, в этом поцелуе не было осторожности — только яростная жажда. Плащ соскользнул с плеч и тяжело упал на каменный пол, а дыхание сбилось в беспомощный шёпот. Я чувствовала, как он сжимает мои плечи, будто боялся отпустить хоть на миг, и сама вцепилась в его камзол, отвечая на этот порыв.

Ричард разорвал поцелуй первым и прижался лбом к моему, тяжело дыша. Его грудь ходила ходуном под моими ладонями, я чувствовала биение сердца даже сквозь плотные слои одежды.

— Теперь мы поговорим, — сказал он, разрывая касание и отступая на шаг. — Ты моя жена и должна знать, что я не верен герцогу Блэкстону.

Я многое ожидала услышать, но не это. Сперва я почувствовала себя такой оглушённой... Смотрела на Ричарда и видела, как шевелятся его губы, но не могла уловить сути.

— Как это — ты ему не верен? — спросила я шёпотом и поднесла ладонь к шее, с силой обхватила её, пытаясь унять дрожь.

— Я верен королю, — он опустил взгляд и сглотнул так, что дёрнулся кадык.

Ричард весь словно окаменел, двигался и говорил через силу, слова буквально выталкивал, заставлял себя их произносить. Наверное, признаваться в подобном было нелегко.

— Уже почти два года, — добавил он глухо, и догадка озарила меня.

— Два года назад умерла твоя сестра... — медленно произнесла я и затаила дыхание, ловя мельчайшие изменения в его лице.

Ричард дёрнул щекой и кивнул.

— Да. Блэкстон замучил бедняжку Эбигейл. Убил её, только вот всё сошло с рук. Я виноват не меньше него... толкнул сестру в его руки. Потому и поклялся отомстить.

— Два года? — переспросила я, судорожно прикидывая в уме. — Всё время, пока длится восстание?..

— Да, — кривая усмешка изогнула его губы. — Оно должно было закончиться в обители святой Катарины. Но вмешалась ты.

Вспышки воспоминаний пронеслись перед глазами яркими картинками. То, как косился на меня барон в самом начале, как мрачнел, хмурился, скрежетал зубами... Я считала, он меня ненавидит, и всё поверить не могла, потому что не за что было. Я же им помогла занять бескровно обитель...

— Вот оно что... — протянула, осознавая.

Наконец-то пазл в моей голове окончательно сложился. Как мог барон Стэнли служить человеку, из-за которого умерла его сестра? — недоумевала я не так давно, когда узнала его поближе.

Не мог.

Не мог и не служил.

— Эбигейл единственная из всех детей пережила то поветрие. Родители очень её любили. Не чаяли в ней души. Я служил оруженосцем и дома бывал редко, а Эбигейл жила с ними... — произнёс Ричард, вздохнув. — Отец хотел её хорошего мужа, и я подумал, кто может быть лучше герцога Блэкстона?

Он замолчал и с ожесточением ударил кулаком по раскрытой ладони.

— Он тогда искал средства для войны, а отец давал за Эби огромное приданое... я свёл их. Сам отдал сестру чудовищу, — Ричард замолчал и сокрушённо мотнул головой.

Боль от старой, незажившей раны до сих пор преследовала его.

— Потом... она не смогла родить ему наследника. Он её бил. Эбигейл молчала, боялась рассказать мне. Я узнал уже после её смерти, от камеристки... она же сказала, что сестра была рада встретить смерть. Рада! Мыслимо ли это?! Ей двадцати тогда не исполнилось...

Голос его сорвался, и он замолчал, шумно втянул носом воздух. Я застыла, не решаясь подойти и утешить.

Я не выдержала и шагнула к нему. Его плечи были напряжены, и осторожно я коснулась его сжатой в кулак руки. Ричард вздрогнул, но не отстранился.

— Это не твоя вина, — прошептала я, хотя знала: он никогда в это не поверит. — Ты тоже был обманут.

Он поднял на меня глаза — и в них не было ни привычного огня, ни привычной суровости. Лишь тоска и изломанное чувство вины.

— Ты не отдал её чудовищу, Ричард. Ты просто не знал.

— Зато теперь знаю. И тебя ему не отдам.

Глава 58

— Значит, я нарушила твои планы? — спросила я, чтобы перевести разговор со столь болезненной темы.

— Да, — мужчина усмехнулся. — Я ведь убедил Блэкстона, что, если обитель не сдастся, мы её захватим.

— Но это же святотатство!

— Именно, — Ричард выразительно на меня посмотрел. — И это святотатство отвернуло бы от герцога многих союзников, он был бы ослаблен.

— Но тут появилась я с криками об убитом муже...

— Именно, — повторил он. — И я не мог рисковать, пусть слова о том, что ты откроешь дверь, слышал лишь я, вокруг было полно чужих ушей. О безумной женщине могли доложить герцогу, он мог заподозрить ловушку... и я был вынужден прийти ночью к открытой двери.

— А я всё понять никак не могла, почему у тебя лицо такое постное! — воскликнула я и слабо ударила его в грудь ладонью. — Думала, что помогла тебе бескровно захватить важное место, а ты говорил со мной сквозь зубы и смотрел... без любви.