Хроники Тириса. Книга 2
Глава 1
Военный транспорт пришвартовался к причалу номер семнадцать. Одному из сотен доков, опоясывающих третью орбитальную станцию Инвикты-Прайм. Центральная планета Соларионов была закрытой, и просто так туда было не попасть. Мне заранее провели краткий инструктаж того, что меня ждёт, так что я знал — задержусь здесь надолго.
Вначале досмотр. После — дезинфекция. Затем — сканирование. Если потребуется, новая дезинфекция и новое сканирование. И так до тех пор, пока автоматические системы не признают меня достаточно очищенным для того, чтобы спуститься на поверхность. Туда, куда мечтали попасть сотни триллионов жителей империи Тирис.
— Снимите одежду, — произнёс техник, указывая на кабину. — Всю, включая нижнее бельё. Вещи будут храниться на станции до вашего возвращения. Артефакты предтеч разрешены, но, если вы решитесь взять их, они должны пройти отдельную обработку. Их доставят на планету отдельно.
Я разделся. Вычищенный до блеска «Призрак-4» застыл мёртвым истуканом. Рядом с ним, в специальном ящике, поместился чёрный военный комбинезон. За последние месяцы он стал для меня второй кожей, и я даже не представлял иной одежды. «Призрак-4», чёрный комбинезон, вот и всё моё облачение. К хорошему быстро привыкаешь.
Подумав, я положил рукоять боевого меча и превратившийся в стальной куб контейнер на специальную подставку. Она тут же уехала, отправив мои предметы на отдельную обработку. Это моё и отказывать себе в удовольствии ходить со своим я не собирался. Тем более что Эхо молчал уже вторые сутки. Уходя в глубокий стазис, он предупредил:
— Здесь слишком много личностных матриц, находящихся в активном поиске. Не хочу, чтобы меня засекли и поглотили. Отключаюсь до момента, как мы покинем эту планету.
Избавившись от всех предметов, я шагнул в душевую. Из сотен форсунок тут же полилась какая-то едкая пена. Начало щипать кожу, и я даже решил, что что-то пошло не так, но уверенный голос сообщил, что процедура идёт в полном соответствии с регламентами и мне необходимо несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы пена попала внутрь носа.
Пена сменилась водой. Затем мне сделали несколько инъекций, не спрашивая на то моего согласия. Специальные устройства промыли желудок и кишечник. Открылись двери в комнату с анализаторами, из которой меня вернули обратно в душевую. Пена сменилась. Если раньше была белая, сейчас стала синей. Всё повторилось — кожу начало жечь, меня заверили, что всё хорошо и нужно несколько раз глубоко вдохнуть, вновь инъекции, чистка внутренних органов, комната с анализаторами и, наконец, загорелась зелёная лампочка.
Барон Каэль Золотой был признан годным для спуска на Инвикту-Прайм.
На выходе из камеры с анализаторами меня ждал знакомый, но непривычно стерильный чёрный комбинезон, ботинки без шнурков и очки, чтобы не повредить глаза. Стоило выйти из комнаты, как я попал под мощное излучение ультрафиолетовых ламп. Оно сопровождало меня до самого шаттла, чтобы даже малейший микроб других планет не попал на планету Соларионов.
Интересно, а сами Соларионы тоже проходят подобную процедуру «очистки»? Потому что ничего более унизительного за свою жизнь я не испытывал. Словно Соларионы заранее показывали всем гостям, кто здесь главный, а кто должен пройти через процедуру унижения, чтобы получить право попасть к ним на планету.
Шаттл приземлился настолько мягко, что я даже не сразу понял, что мы прилетели. Даже самостоятельно управляя «Северным Ветром», у меня никогда не получалась такая нежная посадка. В учебке же нас просто вышвыривали в десантных капсулах на планету, надеясь, что мы не сдохнем. У военных о комфорте никто не думал.
Так что, когда начал открываться трап, я даже запаниковал. Решил, что это какой-то сбой и сейчас меня унесёт в космос. Но, когда внутрь хлынул освежающий воздух Инвикты, страхи улетучились. Голова закружилась и на какое-то время перед глазами заплясали круги. Такой идеальный воздух мне доводилось вдыхать только внутри малой базы предтеч. Хотелось дышать полной грудью, позабыв о всём остальном.
— Барон Золотой, — ко мне подошёл обычный гражданский, на груди которого сиял символ дома Соларионов. — Добро пожаловать на Инвикту-Прайм. Следуйте за мной.
Любой любознательный житель империи знаком с таким понятием, как «врата предтеч». Научных передач, описывающих их принцип работы, было так много, что они порой противоречили сами себе. Но суть всегда была одинаковой. Врата — это прокол пространства. Две точки, разделённые километрами или даже световыми годами, объединённые в одну. Словно кто-то взял лист бумаги, нарисовал кружочки на разных концах, а потом согнул лист так, чтобы объединить эти кружочки. По официальной версии учёные никак не могли воспроизвести эту технологию. Только использовать найденные артефакты.
Врата представляли собой огромные механизмы, через которые могли пройти малые и средние крейсера. Флагман Соларионов, конечно, не сможет протиснуться через подобный артефакт, даже если будет задевать края, но более мелкие с лёгкостью попадут из одной точки пространства в другую, перемещаясь за доли мгновения на несколько десятков, а то и сотен световых лет.
Но здесь, на Инвикте-Прайм, врата оказались другими. Не такими, как их показывали во всяких передачах. Они были маленькими.
Это была арка из зелёного камня, идеально вписывающаяся в воздушно-лиственное безумие этой планеты. Примерно три метра в высоту, столько же в ширину. Достаточно, чтобы человек любого роста и комплекции прошёл свободно, не нагибаясь и не протискиваясь.
Сквозь арку я видел освещённый мягким светом коридор из белого камня. Причём видел его так чётко, будто он находился в двух шагах от меня. Но за аркой, как и по бокам от неё, всё ещё была поляна. Трава. Деревья. Фонтан метрах в десяти справа.
Врата не мерцали. Не искажали изображение. Они просто показывали другое место.
У меня даже в горле пересохло. Одно дело видеть подобное в передачах, другое — столкнуться с подобным лицом к лицу.
— Проходите, барон, — произнёс мужчина. — Восточное крыло находится в трёх тысячах километров отсюда. Так быстрее.
Он шагнул в арку и мгновенно оказался в коридоре. Ни исчезновения, ни красочных эффектов. Просто шаг и мгновенный перенос за тысячи километров. Я подошёл ближе и вытянул руку. Пальцы прошли через арку, не встречая препятствий. Просто воздух. Разве что чуть более прохладный, чем здесь.
Сделав шаг, я обернулся. Через врата был виден зелёный космопорт. Трава. Фонтан. Деревья. Птица села на ветку прямо в поле моего зрения. Тысячи километров, но я видел её так, будто она в нескольких метрах.
— Дворцовый комплекс соединён сетью из двадцати трёх врат, — пояснил мой встречающий, деликатно не замечая моей растерянности. — Это позволяет перемещаться между зданиями с максимальным комфортом. Прошу, следуйте за мной.
Мы прошли ещё через двое врат, причём на вторых я уже чувствовал себя вполне сносно. Подумаешь, эка невидаль? Технологии предтеч, встроенные в повседневную жизнь дома Соларионов. Кто, если не они?
Наконец мы остановились перед высокой дверью из тёмного дерева.
— Ваши покои, барон, — мужчина открыл дверь и отступил в сторону. — Всё необходимое уже внутри. Перед тем, как попасть в зал ожидания, вам предстоит находиться здесь три дня. Финальная адаптация после карантина. Стандартная процедура для всех прибывших.
Когда я вошёл в предоставленную комнату, испытал какое-то разочарование. Прибывая во дворец императора, ожидаешь чего-то идеального. Чего-то такого, от чего душа будет петь. Примерно такого, как врата предтеч. Поэтому попасть в самую обычную комнату, коих по всей Галактике неисчислимое количество, было весьма неожиданно.
Большое окно, выходящее в сад. Двуместная кровать с белоснежным бельём. Деревянный стол. Стул. Шкаф. Уборная с душевой кабинкой. Всё. Ничего лишнего.
