Протокол "Гхола": Пробуждение (СИ) - "Ivvin"

— Семья? — я шагнул к столу. Охрана — двое громил в тяжелой броне — тут же вскинула оружие.

— Семья, сержант, семья. Жена, дети. Все иждивенцы. Вы же не думаете, что вам простят такой долг?

Всё произошло быстро. Суд был фарсом, занявшим пять минут. Меня даже не слушали. «Виновен по факту подписи». Моих парней, весь взвод, подвели под статью о соучастии и халатности, просто чтобы закрыть дыру в отчетности. Кто-то наверху хорошо наварился на этом контейнере, а нас списали как бракованный инвентарь.

Я помнил, как пришли приставы. Как вытаскивали нас из служебной квартиры. Как соседи, с которыми мы здоровались годами, отводили глаза или торопливо захлопывали двери. Никто не заступился. На Арракисе каждый сам за себя. Если ты упал — тебя не поднимут, тебя разденут. Два месяца в клетке. Два месяца я смотрел, как моя жена угасает, а дочь превращается в маленький скелет. Я ненавидел себя за то, что служил этому Дому честно. Я тряхнул головой, отгоняя воспоминания.

Теперь новый этап. Я посмотрел на своих бойцов. Они сидели вдоль бортов, прижимая к себе оружие. Кто-то дремал, кто-то чистил и без того идеальный ствол, остальные следили за своими секторами будучи наготове. Они выглядели так же, как и я — мрачные, сосредоточенные. Интендант, который нас подставил, сейчас, наверное, пьет ледяное вино в кондиционированном кабинете, считая прибыль. Он думает, что мы сгнили на рудниках.

Я крепче сжал рукоять винтовки. Мир круглый, а Арракис тесен. Возможно, когда-нибудь наши пути пересекутся. И тогда я посмотрю, поможет ли ему его лощеная подпись против пули.

— Подезжаем! — раздался голос Кейна по внутренней связи. — Всем приготовиться.

Я выдохнул, проверяя предохранитель. Прошлое осталось в Карфаге. Впереди была неизвестность. И служба. Это я умел лучше всего.

Снаружи все выглядел именно так, как и ожидалось. Приземистый старый блокпост, на удивление практически целый. Только следы эрозии на внешних стенах. Со стороны казалось, что здесь не жили лет пятьдесят, и единственные обитатели этих руин — песчаные блохи.

— М-да, — протянул Корс, выглядывая из-за моего плеча. — Дворец, ничего не скажешь. Мы здесь не задохнемся, сержант? Вентиляционные шахты наверняка забиты наглухо.

— Разговорчики, — одернул я его, хотя сам думал о том же. — Выводи людей. Строиться у шлюза.

Мы высыпали на раскаленный бетон. Люди жались в кучку рядом с вещами, после отбытия транспорта, с опаской глядя на темный зев входных ворот. Кейн и Элара спустились последними. Кейн подошел к панели управления у массивных ворот. С виду панель была мертвой — забитой пылью и ржавчиной. Но стоило ему приложить ладонь, как скрытый сканер мигнул синим, и многотонная створка дрогнула.

Скрежет? Нет. Двери пошли в стороны с мягким, едва слышным гудением моторов. Никакого скрипа, никакого рывка. Механизм работал как часы.

— Заходим! Заносите вещи! — скомандовал Кейн. — Не стойте столбами.

Мы вошли внутрь. И как только внешние створки сомкнулись за спиной замыкающего, отрезая нас от воя ветра, наступила тишина. Я ожидал увидеть темное пространство, вместо этого вспыхнули потолочные панели — не аварийное красное освещение, а нормальный, дневной свет.

Воздух. Я глубоко вдохнул. Он был чистым. Вентиляция работала и гул системы жизнеобеспечения звучал для меня лучшей музыкой.

— Жилой сектор — прямо и направо, — Кейн указал направление. — Там казармы. Размещайтесь. Торн, через час жду у себя. Определимся по постам и сменам.

Он и Элара свернули в боковой коридор, к командному центру, оставив нас осваиваться. Мы прошли в жилую зону.

— Ого… — выдохнула Мира.

Это была не тюрьма и не ночлежка. Это был стандартный имперский военный модуль класса «Б». Длинное помещение с высоким потолком, разделенное переборками на секции. Да, сейчас пустые, но поэтому и брались спальники. Я быстро прикинул объем. Здесь можно свободно разместить полную роту — человек сто, а если поставить койки плотнее, то и две. Нас было меньше сотни, считая детей.

— Здесь… чисто, — пробормотала одна из женщин, проводя пальцем по стене. Пыль была, как и вездесущий песок, но гораздо меньше, чем могло бы быть. Было видно, что этим всем давным-давно никто не пользовался. В дальнем конце помещения я заметил двери в санблок. Проверил. Воды не было. Может только пока? Хотя работающие душевые на блокпосте посреди пустыни — это роскошь, доступная не каждому гарнизону. Люди стояли, не решаясь занять места. Они все еще ждали подвоха. Ждали, что их загонят в грязный подвал.

— Чего замерли? — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Это не экскурсия! Корс, дели людей по секциям. Семейным — правое крыло. Одиночкам — левое. Раскладывайте спальники и разбирайте вещи.

Началась суета, но теперь в ней не было страха. Люди устраивали себе место. Я увидел, как Мира усадила Лию на расстеленный спальник, сняла с неё жесткий внешний комбинезон и дала пить. Дочь тут же свернулась калачиком и закрыла глаза.

Я выдохнул.

— Корс, Миллер, ко мне, — скомандовал я, стирая пыль со схемы помещений, которую заметил на стене. Мои капралы подошли. Теперь они выглядели иначе. Вымытые, в чистой форме, с оружием.

— Слушай боевой приказ, — начал я, понизив голос. — Расслабляться рано. Мы не знаем, кто еще бродит в этой пустыне. Стены толстые, но без глаз они бесполезны.

Я ткнул пальцем в схему.

— Объект заглубленный, но есть верхняя надстройка и выход на крышу. Миллер, берешь троих, идешь наверх. Организуешь наблюдательный пост на крыше. Сектора наблюдения разбей и чередуй, чтобы не замылился глаз. Особое внимание на тракт подходы со стороны пустоши. Связь по рации каждые десять минут. Да ты и сам знаешь.

— Принято, — кивнул Миллер, поправляя автомат.

— Корс, — я перевел палец на входную группу. — Ты берешь двоих, ставишь пост у внешних ворот. Никто не входит и не выходит без разрешения Кейна или моего. Проверьте охранную систему, хотя ее тут нет скорее всего и начинайте монтировать стационарники.

— А остальные? — спросил Корс.

— Остальные — отдыхающая смена. Четыре часа сон, четыре — дежурство. Назначь график. Но возможно он изменится, как и состав смен, зависит от наших хозяев.

— Сделаем, сержант.

Когда парни разошлись выполнять приказы, я прошелся по казарме. Проверил аварийный выход (задраен), осмотрел оружейную стойку, которую мы организовали у входа. Это место… Я подошел к своему спальнику. Мира сидела на краю, глядя перед собой.

— Торн, — тихо позвала она.

— Я здесь.

— Мы правда… мы правда будем здесь жить?

— Будем, — я сел рядом, положил винтовку рядом. — Пока я держу эту штуку — нас никто не выгонит.

— Как думаешь? Что нас ждет? — прошептала она.

— Не знаю. — вздохнул я. — Обещания хороши, да и обеспечение, почти как на службе. А что будет дальше — покажет время. — и обнял жену. — Спи. Тебе нужно отдохнуть.

Я же вышел в коридор на поиски Кейна согласно приказу. Ошейник на шее чуть нагрелся, напоминая о моем статусе, но я уже почти не замечал его. Это была моя новая работа. И у меня был дом, который стоило охранять.

Глава 29. Пробуждение

Я открыл глаза, мгновенно переходя из режима сна в состояние полной боевой готовности. Поспать вышло больше чем обычно. Этому способствовали крепки двери с запорами и то, что нас теперь не двое. Но привычка, выработанная годом жизни в открытой пустыне, где любая мелочь могла стоить жизни, никуда не делась. Фримены — мастера по части бесшумного передвижения по пустыне, например. Вокруг было тихо. Я выбрался из спального мешка, который расстелил прямо на полу в одной из комнат. Элара спала рядом. Даже во сне её рука лежала рядом с рукоятью ножа. Мы пока не обживали отдельные каюты — безопасность была важнее, поэтому эту ночь провели здесь, вместе. Хотя чуть позже, после установки нормальной сигнализации, будем спать отдельно. Потянувшись, я хрустнул шеей и, выйдя из комнаты которая раньше была, скорее всего, простой подсобкой, и закрыв ее за собой, подошел к пульту охраны в зале. Точнее тому что от нее оставалось на данный момент. Здесь не было никаких проекций или экранов. Но следы от такого «богатства» — были. Сейчас же вся «система безопасности» этого блокпоста была под стать ему самому: аналоговая, дубовая и надежная, как кувалда. Ряд тусклых лампочек под замутненными колпачками.