Последняя битва-2 - Сугралинов Данияр

Но золотистая искра души, отделившись от дьявольской скверны и погасшего радужного мрака, скользнула прочь и исчезла.

Уведомление нашло меня и в Небесном плане:

Внимание! Божественное наказание «Жатва душ» аннулировано!

Сущность, инициировавшая наказание, развоплощена.

Захваченные души возвращаются к владельцам…

Некоторое время, чтобы убедиться в развоплощении Врага, я стоял над телом Джун и глядел на ее застывшее лицо. Тонкие черты разгладились, и теперь на меня смотрела не всемогущая богиня Бездна, не безжалостная Девятка, а обычная девушка — уставшая и измученная. Вспомнилась та единственная ночь, когда я целовал эти губы…

Теперь уже очевидно, что Денис любил ее. Любил психопатку, даже зная, кто она на самом деле и что натворила. Похоже, любовь вообще штука странная.

Я осторожно опустился на колени и закрыл ей глаза.

Теперь тронный зал, больше похожий на склеп, чем на обитель богини, давил на меня со всех сторон. Я огляделся и невольно подумал: если бы жил здесь, сделал бы все иначе. Добавил бы света, пространства, тепла. В общем, сделал бы как в моей комнате в замке «Пробужденных»: высокие потолки, прудик, водопад, мягкий свет из окон и вид на море.

Мысль мелькнула и исчезла.

А зал изменился.

Стены раздвинулись, потолок взмыл ввысь, хрусталь сменился теплым деревом и светлым камнем. Появились широкие окна, сквозь которые полился золотистый свет. Трон растаял, на его месте возникло простое кресло у камина — точь-в-точь как в моих покоях на Кхаринзе.

Я застыл… а потом подошел к окну.

За ним расстилался пейзаж, которого здесь быть не могло. Пологие холмы в желто-зеленых пятнах разнотравья, река, петляющая между рощами, далекий лес, подернутый дымкой. Небо — синее, с рваными облаками, подсвеченными закатом. Настоящее небо, не прежняя муть без верха и низа.

Это я создал. Одной мыслью.

И вспомнил слова Тиамат, что мироздание Небесного плана создает для бога именно то, что тот себе представлял об этом месте. Джун видела Небесный план таким, каким его создали внепространственные паразиты, ставшие Новыми богами, — унылым и убогим, а восприняла как административный центр мира — с камерами наблюдения и кнопками. Враг… увидел что-то свое, непостижимое.

А я увидел дом. Дом, в котором хочется жить.

Захотелось проверить.

Я представил сад за окном, какой мы видели на экскурсии в дистрикт высшей гражданской категории, — и тот появился. Яблони в цвету, вишни и абрикосы, каменные дорожки, питьевые фонтанчики с водой из ручья, скамейка под старым вязом. Добавил фонтан — вода зажурчала.

Подумал о друзьях — и в саду появились силуэты. Размытые, нечеткие, но я узнал их: Ирита, Тисса, Бомбовоз, Краулер, Инфект, Гирос, Энико, Утес, Макс, Большой По, Патрик, Дьюла, Мэнни, Кусаларикс…

Но это были лишь призраки — копии, неспособные заменить настоящих людей. Как декорации, хотя наверняка в моей воле и наделить их разумом.

Но, в отличие от Бездны, мне некого бояться, поэтому я могу пригласить их сюда.

Более того, могу сделать Небесный план раем, где не будет ни боли, ни смерти, ни проблем. Здесь самые достойные смогут отгородиться от мира, от трудностей, от ответственности…

Мысль соблазняла и пугала одновременно.

Треск разорвал тишину — резкий, как удар грома в безоблачный день. Небо за окном вспыхнуло фиолетовым, пространство задрожало, и передо мной возник Небесный арбитраж в полном составе.

Я хмыкнул:

— И снова здравствуйте.

Главное Око выступило вперед, мерцая голубыми всполохами.

— Приветствуем, Защитник Скиф. Сущность, известная как Истинный Враг, развоплощена вместе с Бездной, бывшей единой и истинной богиней всего сущего. Баланс мироздания восстановлен.

Молча кивнув, я задумался. Чего они хотят? Благодарности? Отчета о проделанной работе?

— Дисгардиуму нужны правящие боги, — продолжил Арбитр. — Тронное место Небесного плана вакантно. По праву победителя и носителя божественного статуса ты можешь занять его. Каким богом желаешь стать? Какую сферу покровительства избираешь?

Я посмотрел на созданный мной пейзаж, на призрачные копии друзей в саду, на уютную комнату, так похожую на дом.

Стать богом. Единственным богом Небесного плана — как Бездна до меня. Править миром, направлять потоки веры, решать судьбы миллиардов. Создать рай для своих и ад для врагов, отменять смерть и переписывать законы.

Власть, о которой на Земле не мечтали даже великие тираны прошлого.

— Нет, — сказал я.

Арбитры замерли, переваривая отказ. Наконец Главный Арбитр потребовал:

— Уточни ответ, Защитник.

— Я отказываюсь занимать это место. — Я обвел рукой зал. — Пусть его займут Спящие. Это их тема, ведь так? Какая разница, где спать их аватарам?

Молчание. Арбитры переглянулись — насколько шары вообще могут переглядываться.

— Спящие боги никогда не стремились править Дисгардиумом, — сухо сообщил Главный Арбитр. — Их цель достигнута: дисбаланс, ведущий к их пробуждению, устранен. Прорыв Бездны ликвидирован. Править миром они не намерены.

Я невольно хмыкнул. Ну конечно. Спящие всегда хотели одного: спать дальше. Вся эта многоходовка с храмами, верой и Последней битвой была нужна им, только чтобы мироздание не развалилось и не разбудило их раньше времени. А теперь, когда угроза миновала, они умыли руки.

Вполне в духе Бегемота и компании.

— Ну, тогда предложите Старым богам. Или Древним — Нат-Хортат и Зо-Калар, думаю, не откажутся. А нет — так есть еще великие князья Преисподней. Зверобоги. Да хотя бы чертовы Спутники Ушедших. О! А еще есть мой друг По. Гребаное Ядро Чумного мора.

Арбитры зависли — именно так я это воспринял. Их мерцание замедлилось, участилось, снова замедлилось.

— Предложенные кандидатуры неприемлемы. Поясняю, — сказало Око и покачнулось в пустоте, словно собираясь с мыслями. — Старые боги прятались за Барьером от Новых богов на протяжении тысячелетий. Они не вошли в Небесный план тогда, когда имели на это полное право, — потому что не могут. Божественность сама по себе не дает доступа к этому месту. Древние боги — порождения Хаоса. Их природа — разрушение и трансформация. Допустить Хаос к панели управления мирозданием?

Арбитр издал звук, похожий на смешок, помолчал, но не дождался от меня реакции и продолжил:

— Великие князья Преисподней: Диабло, Азмодан, Белиал. Порождения Хаоса через причастие Старых богов и смертных — демоны. Демоны не могут занять трон, предназначенный для богов Дисгардиума, — это нарушает саму архитектуру мироздания. К тому же… — Арбитр помедлил. — Князья только что воскрешены. Так же, как и Старые боги, они утеряли божественный статус при падении. Теперь они могущественные демоны, но не боги. Рассматривать остальных — терять время.

— И все-таки рассмотри, — потребовал я, решив, что верну божественность и князьям Преисподней, и Старым богам сразу же, как только вернусь в Дис.

— Зверобоги — хранители природы, стражи равновесия в материальном мире, а не архитекторы реальности. Спутники Ушедших — боевые конструкты вымершей цивилизации. Некоторые эволюционировали до квазибожественного состояния, верно. Но они инструменты, созданные для защиты Меаза. Их разум, каким бы развитым он ни стал, заточен под выполнение изначальных директив.

— Что насчет моего друга По? Он же Полидевк, он же Полинуклеотид, он же Ядро Чумного мора.

— Ядро Чумного мора не бог. Оно контролирует фракцию, но не реальность. Его восприятие — это нежить, смерть, разложение, превращение живого в мертвое. Небесный план создает для владельца то, что тот себе представляет. Что увидит Ядро Чумного мора? Некрополь. Мир, где все живое станет нежитью. Где сама возможность жизни будет источником для новых легионов мертвецов.

Главный Арбитр приблизился ко мне и тихо, почти ласково проговорил:

— Защитник, ты устал. Твое критическое восприятие снижено. Но вникни в это: предложенные тобой кандидаты либо не имеют права доступа, либо не обладают необходимым статусом, либо их природа несовместима с функцией Небесного плана. Небесный план не просто трон. Это контроль и управление мирозданием. Ядро мира. Механизм, отзывающийся на восприятие владельца. Посади на него демона — и Дисгардиум станет новой Преисподней. Посади нежить — и он станет царством мертвых. Посади порождение Хаоса — и законы реальности перестанут существовать.