— Позаимствовали плетения у Сферы бесконечности Ктулху для Спасательной сети, — счел нужным добавить Левиафан. — Помнишь такую? Только наша сеть охватила весь мир.
Я мотнул головой, хотя помнил. Но ничего не мог поделать со злостью, что клокотала внутри.
— Как же вы меня достали… Вы, отцы-основатели. Майк, Ола, Йована, Мануэль и Вячеслав, воплотившие свои личности в Бегемоте, Абзу, Тиамат, Кингу и Левиафане. Вы, решившие, что вправе определять, каким путем спасать человечество и Дисгардиум. Убедившие себя, что Земле нужно пройти очищение Третьей мировой, а теперь допустившие победу Врага и Жатву… во имя высшего блага.
Я с ненавистью посмотрел на Спящих.
— Где мои друзья? Где Ирита? Тисса? Остальные? Что это за статистика, что никто из них не сохранил душу?
— Их еще можно спасти, — сказал Бегемот и шагнул ко мне. — Но долго мы не продержимся: душ слишком много, притяжение Врага сильно, и влияния на мироздание у Него больше. У тебя мало времени, инициал. Меньше часа.
— Меньше часа на что?
— На то, чтобы Его уничтожить.
Я посмотрел наверх, туда, куда ушел Враг. Некстати подумалось, что Бездне там одной было чертовски одиноко. В бета-мире у нее хотя бы были другие тестеры. В Небесном плане — никого. Все, что она могла, — отправлять в Дис проекцию и орать на меня.
— Небесный план… Вы сказали, что не можете туда попасть.
— Мы — нет. — Абзу качнул головой. — Но ты — не мы.
Словно ожидая этих слов, воздух затрещал, зазмеился разрядами, пространство разошлось, как рваная ткань, — и из разрыва вылетели Арбитры.
Главный — тот самый, что давал мне намеки азбукой Морзе, — выступил вперед.
— Скиф, инициал Спящих и Защитник Вселенского закона равновесия, — трескучим голосом обратился он. — Сущность, известная как Истинный Враг, нарушила фундаментальные законы мироздания. Помимо прочего, Жатва душ — акт, выходящий за пределы допустимого и ведущий к пробуждению Спящих. Небесный Арбитраж возвышает твой статус до бога и выдает право доступа в Небесный план. Для восстановления баланса.
Я ожидал… чего-то. Вспышки света, удара силы, хора ангелов — чего угодно. Но почувствовал лишь сдвиг.
Просто понял, что могу. Захочу — сверну горы. Захочу — осушу моря. Захочу — остановлю солнце над горизонтом. Лишь бы верили в меня, в то, что я это сделаю. Тонюсенькие ручейки веры — к моему удивлению, от Спящих — потекли ко мне, и я мог превратить эту веру во что угодно.
Так вот что значит быть богом. Не сила сама по себе, а, скорее, возможность, ограниченная лишь верой тех, кто за тобой стоит.
Одновременно поле зрения засыпало уведомлениями. Среди них затерялись и такие:
Повышена оценка угрозы! Текущий класс: A.
Продолжайте повышать класс угрозы, чтобы достичь максимального потенциала!
Повышена оценка угрозы! Текущий класс: S.
Достигнут максимальный потенциал угрозы!
Поздравляем, предвестник Скиф!
Вы успешно развили потенциал угрозы до абсолютного предела!
Струны мироздания рвутся от вашего присутствия! Законы реальности переписываются вашей волей! Мир не просто никогда не видел угрозу такой мощи — мир был создан, чтобы однажды ее породить.
Храбрецы и герои, бегите. Боги, молитесь. Спящие, пробуждайтесь.
Он идет.
И он больше не угроза миру. Он и есть мир.
Разблокировано божественное достижение «Угроза S-класса»!
Мир никогда не знал угрозы подобной мощи — и никогда не узнает вновь. Вы превзошли все мыслимые пределы, став воплощением того, чего страшились боги и о чем слагали пророчества древние. Отныне само ваше существование — вызов мирозданию, а каждый ваш шаг сотрясает струны реальности.
Награда: божественный атрибут «Неотвратимость».
Неотвратимость
Божественный атрибут.
Уникальная способность, рожденная в момент, когда угроза миру достигла абсолютного предела.
Пассивно поглощает и накапливает божественную волю из всех источников величия:
— свершений, изменивших судьбы миров;
— веры существ, признавших вас высшей силой;
— известности вашего имени среди других божеств, смертных, нежити, демонов и прочих разумных;
— опыта участия в значимых событиях.
Каждый взгляд, обращенный к вам с надеждой или страхом, каждое упоминание вашего имени, произнесенное в молитве или проклятии, — все сплетается в божественную волю, чистейшую энергию веры и признания.
Позволяет изменять ткань реальности силой накопленной воли: исцелять или уничтожать, творить или развоплощать, переписывать судьбы, отменять смерть, нарушать законы мироздания.
То, во что верят миллионы, становится истиной. То, что вы считаете неотвратимым, — неотвратимо.
Масштаб изменения определяет расходом воли: от искры для малого воздействия до полного истощения запаса для переписывания фундаментальных законов бытия.
Открыт новый показатель: божественная воля.
Я лишь проглядел уведомления, не вчитываясь: изучать все это не было времени, да никто бы мне и не дал. Бегло проверил Неотвратимость, посмотрел на новый ресурс — пока почти пусто… Нет, в ближайшем будущем эта способность не поможет.
Главное, что я получил, — новый мир в списке Глубинной телепортации: Небесный план.
— Поспеши, инициал! — рявкнул Бегемот.
Вздрогнув, я открыл глубинку, выбрал «Небесный план»…
— Стой, Скиф!
Я обернулся: ко мне бежал Родриго. Еще один, кто сохранил душу.
— Держи! — Он сунул мне в руки тяжелый меховой сверток. — Забыл отдать перед битвой, потом не до того было. Твоя Шкура первозданного зверя. Я в ней кое-что исправил.
Развернув сверток, я увидел плащ. Густой мех переливался искорками, от него исходило живое, пульсирующее тепло.
— Против этой твари… не помешает, — зло сказал он.
Плащ из шкуры первозданного зверя
Божественный артефакт.
Уникальный предмет.
Сама Афина убила и сняла эту шкуру с Первозданного пещерного медведя. Мифический гранд-мастер Родриго создал из нее плащ.
Дарит полную неуязвимость владельцу.
Шанс потерять после смерти снижен на 100%.
Прочность: неразрушим.
Я хмыкнул. Еще одна «полная неуязвимость». Ну-ну. Но отказываться не стал — накинул плащ на плечи, и тяжелый живой мех обнял меня, подстраиваясь под тело.
— Спасибо, — сказал я Родриго.
Серый и осунувшийся бета-тестер молча кивнул.
— Верни Гарета… — сипло произнес он. — Верни остальных. Всех верни.
Денис поднялся с колен, посмотрел сквозь меня невидящими глазами и прошептал:
— Джун… Спаси ее тоже, Скиф.
Я промолчал. Не мог обещать то, в чем сам не был уверен.
Бегемот положил мне на плечо руку — тяжелую, как гора. Приобнял, подтянул к себе, заглянул в глаза.
— Пятьдесят четыре минуты, инициал. Потом мы пробудимся. Не подведи.
Я активировал Глубинную телепортацию, ощутил, как желудок вывернуло наизнанку…
— Да не пробудятся Спящие, — пробормотал я.
…и меня выбросило в Небесный план.
* * *
Сначала я завис в пространстве без верха, низа и горизонта — и от неожиданности забарахтался, пытаясь сориентироваться. Бесполезно.
Было светло и темно одновременно, а разум отказывался понимать, что видят глаза. Тишина была плотная и осязаемая, будто вата, забившая уши. Я открыл рот, чтобы позвать кого-нибудь, и не услышал собственного голоса. Вакуум? Воздуха не было, но я не задыхался. Богу не нужно дышать? Или здесь это вообще не требовалось?
