Пробуждение Хаоса. Том 4 (СИ) - Янтарный Дмитрий

Тем временем Тарлиссон начал переходить в контрнаступление. Снова переведя своих обезьян в призрачное состояние, он взмахнул рапирой — и принял стойку, которая, как помнил Сареф, моментально восстанавливала ему здоровье. После чего на его рапире заплясали молнии, и он рванул к Ванде, намереваясь отрезать от неё пару лишних кусков… ну или, как минимум, серьёзно сократить популяцию лап хилереми, которые продолжали парить за своей хозяйкой.

И Ванда отлично просчитала, что против такой мощи переть в лоб — не самая лучшая идея. И потому она резво отпрыгнула прочь, а лапы Красса за ней испарились… для того, чтобы мгновение спустя тёмные кулаки начали атаковать Тарлиссона со всех сторон.

К сожалению, цели достигли только первые два удара. После чего Тарлиссон, невероятно точно предугадывая дальнейшие атаки, ловко разворачивался в воздухе и атаковал рапирой в запястья летящих в него лап. И эти смертельные уколы заставляли лапы хилереми испаряться чёрным дымом, а саму Ванду, которая, несомненно, разделяла с Крассом всю боль — шипеть сквозь стиснутые зубы.

Мгновение спустя Тарлиссон снова бросился вперёд, совершая выпад рапирой… однако на сей раз эльфийка рванула ему навстречу, чем изрядно обескуражила Тарлиссона, который, тем не менее, продолжил атаковать. Вот только… этот выпад Ванда заблокировала собственным тёмным клинком, а так же Скальпелем Архитектора, который эльфийка держала в левой руке. И не успел Тарлиссон удивлённо скосить взгляд на клинок, как слева от него появилась одна из уцелевших лап Красса, которая с коротким замахом воткнула ему в предплечье… Осиновый Кол!

Тени обезьян, кружившие рядом со своим хозяином, моментально пропали. Да и сам Тарлиссон с яростным рыком прервал своё давление и отскочил назад. Ванда же, сосредоточившись, снова вызвала лапы Красса, и бросилась за врагом. Сейчас, когда на Зеркало было столь удачно на целых 15 секунд наложено Истощение, отключающее пассивные способности, было вполне реально завершить бой. Вот только Тарлиссон, к сожалению, тоже отлично это понимал. И потому совершенно не стеснялся спасаться бегством, совершая огромные прыжки и даже во время этих прыжков умудряясь то и дело принимать стойку, восстанавливающую силы.

Однако Ванда в один момент вскинула руку — и шесть лап Красса разлетелись по всей пещере. Тарлиссон не успел на это среагировать — и в один момент оказался рядом с одной из лап, которая тотчас схватила его за шиворот. Но и Тарлиссон с пылающим чёрной яростью взглядом не собирался так просто сдаваться. Перехватив рапиру двумя руками, он совершил круговой жест — и в тот же момент по всей пещере со всех сторон ударили сотни ледяных шипов.

Ванда явно хотела использовать на Тарлиссона свой болевой взгляд — но не успевала. В итоге ей пришлось отпустить эльфа, после чего четыре лапы Красса обхватили её со всех сторон, прикрывая слабые места тела. А ещё две — испустили огненный поток, настолько яростный, что он моментально растапливал любые подползающие к нему лучи холода.

К сожалению, драгоценный момент был упущен. Вот только и потрёпанный Тарлиссон тоже явно исчерпал большую часть своих ресурсов. Тем не менее, их хватило на то, чтобы снова вызвать одну из обезьян, которая мгновение спустя оглушительно заверещала. И этот визг принял вполне себе видимую форму белой волны, которая стремительным потоком рванула к Ванде и ударила её в лицо. А мгновение спустя… Сареф с ужасом увидел, что глаза эльфийки были словно подёрнуты молочной белой плёнкой. Ванда была ослеплена… и, можно было не сомневаться, эта слепота длилась куда дольше, чем 5 секунд, как это было с обычным Тарлиссоном.

Вот только эта травма Ванду совершенно не смутила. Эльфийка упала на колени и обхватила себя руками… после чего лапы хилереми, парящие над ней, пропали… а вместо них появился сам Красс, ещё более огромный и свирепый, чем Сареф его помнил. И вот теперь хилереми бросился в бой лично, заменяя потерявшую зрение хозяйку.

Тарлиссон же, тоже собирая остатки сил, взмахнул рапирой — и рядом с ним материализовались вторые две обезьяны, которые так же пронзительно заверещали, накладывая на Красса Молчание и Глухоту. Вот только Ванда, которая, несмотря на ослепление, чутко отслеживала состояние своего хилереми, в этот момент схватила Скальпель Архитектора и… пробила им себе ладонь. У Красса в ответ на это действие прямо посреди боя в боках прорвались и выросли ещё два лапы. И, судя по тому, что он взревел от ярости, этим действием Ванда ещё и развеяла с него негативные эффекты.

Обезьяны по приказу Тарлиссона бросились на Красса — но хилереми, который невероятно ловко управлялся с четырьмя лапами, легко раскидывал врагов, которые тоже были вымотаны поединком. Мало того, Красс то и дело кидался на Тарлиссона — и тому приходилось использовать все остатки сил, чтобы уходить из-под атак яростного хилереми.

Ещё несколько секунд яростной борьбы — и Красс, схватив одну из неудачно подставившихся обезьян, разорвал её на куски. Оставшиеся две при виде этой картины жалобно верещали, явно не горя желанием приближаться к гиганту с чёрной шкурой, четырьмя лапами и пылающими яростью глазами, но хозяин безжалостно гнал их вперёд. И в последний момент, когда Красс был вынужден отбиваться сразу от двух обезьян, Тарлиссон перехватил рапиру и совершил рывок, посылая копию своего фантомного оружия точно в спину Ванды, которая продолжала сидеть на земле. Фантомная рапира достигла своей цели, и девушка завалилась на землю… вот только из её рук вырвалась целая россыпь блестящих красных шариков, которая очень быстро направилась к Тарлиссону.

Тот, моментально поняв, чем это чревато, попытался рвануть прочь… но Красс не дал ему такой возможности. Совершив резкий рывок, он схватил Тарлиссона за ноги и повалил на землю. Эльф принялся отбиваться рапирой, которую напитал стихией света, и яростно тыкал Красса во все незащищённые участки тела… но хилереми, удерживая врага, уткнулся мордой в землю, прикрывая самые уязвимые глаза… Тёмный эльф, проклиная всё на свете, яростно колол хилереми, и на месте каждого укола на несколько секунд появлялась тонкая струйка крови, но всё же Красс вынес всю эту атаку… а мгновение спустя красные шарики, наконец, добрались до Тарлиссона…

Вокруг тёмного эльфа начали раздаваться мелкие взрывы. Вот только эти снаряды были заряжены кровью Ванды — и явно лупили сильнее обычного. Так ещё и взрывов было так много, что эта серия длилась почти 20 секунд. И, как ни удивительно, но Тарлиссона после неё до сих пор не разорвало на части. Он попытался было подняться… Но Красс, схватив эльфа за шиворот, три раза с огромным удовольствием приложил его о землю… и, только услышав характерный хруст сломанного носа, поднял его за шиворот и повернулся к своей хозяйке, которая уже сбросила с себя Ослепление и поднялась на ноги…

— Прекрасная работа, девочка, — тяжело дыша и хлюпая сломанным носом, прохрипел Тарлиссон, — возможно, даже в его глазах ты будешь не совсем пустым местом.

— Тебе очень повезло, что ты сейчас не назвал меня дочерью, — презрительно выплюнула Ванда, — впрочем, ты наверняка не хуже меня понимаешь, что тот факт, что ты когда-то вставил в мою мать свой член, ещё не делает тебя моим отцом.

— Что? — опешил Тарлиссон, — ты хоть сама понимаешь…

— Заткнись!!! — прорычала Ванда, отвешивая Тарлиссону оплеуху. Впрочем, мгновение спустя она схватила его за волосы и посмотрела прямо в глаза, — хотя… мне бы не хотелось отпускать тебя так быстро. Ты весь бой бегал от этого приёма — но ты же не думаешь, что избежал его, не так ли?

Ванда цепко уставилась в лицо Тарлиссону. И Сареф понял, что она использует свой коронный болевой взгляд. Тарлиссон стойко терпел первые 10 секунд. Ещё 5 секунд спустя он застонал… потом зарычал, и, наконец, коротко вскрикнул… после чего у него лопнули оба глаза.

— Вот так то, — Ванда хладнокровно глядела на искалеченного Тарлиссона, — вот что ты заслуживаешь в моих глазах, жалкий ублюдок! И, поверь, до настоящего тебя я тоже однажды доберусь!