Столица Шадда…
Великая твердыня, блеск и слава которой возродились из праха истории после столетий иноземного владычества. Однако новый расцвет грозил быть недолгим. Мы очень постараемся это обеспечить.
Из относительно засушливых полустепных регионов мы отправлялись в самые плодородные земли Шадда, а до недавнего времени самые плодородные земли всего мира. Сейчас, вероятно, это звание могли оспорить территории около Древа Жизни.
— Сдается мне, шаддинцы теперь будут драться как бешеные львы, которым под хвостом намазали жгучим перцем, — выразил свое мнение Поций, когда мы с другими высокопоставленными командирами отправились в путь верхом, следуя рядом с колоннами Двадцать Первого легиона.
— Ты слишком переоцениваешь их боевой дух, друг Поций, — ответил ему Таркус Дарен. — Мы показали им настоящую силу имперского оружия. Ксерион проиграл. Михаир сорвал с его зазнавшейся головы венец непобедимого. Вон сколько козолупов в Махен-Тире сдалось!
— Я не сильно рассчитывал, что те женщины, дети и старики будут яростно сражаться, — усмехнулся Поций. — Гарнизон Махен-Тира был толпой перепуганных гражданских с небольшими вкраплениями средней руки вояк. Ксерион же соберёт всех, у кого в Шадде ещё остались яйца и сила в руках.
— И мы разом их всех порешим! — радостно заявил Ган.
— Это будет непросто, но на нашей стороне великие воины и герои, — высказался Асвл Кронер.
Военного трибуна Двадцать Шестого легиона уже было не узнать. За время походов и сражений Он растерял значительную часть лишнего веса. Его лицо всё ещё оставалось округлым, но фигура уже казалась скорее поджарой. Вроде бы, лагерным мастерам неоднократно пришлось подгонять ему броню по новому размеру.
Из малоопытного тылового сидельца Асвл превратился в настоящего ветерана походов. Впрочем, по его манере общения было ещё заметно, что он очень много времени провёл командуя городской когортой.
— А что же скажет отец войска и жрец войны? — обратился ко мне Поций. — Насколько яростной будет грядущая резня с этими копчёными на солнце мятежниками?
— Хрен зна… То есть одним богам ведомо, — ответил я, вызвав у своих спутников лёгкие смешки. — Жду донесений от разведки. Пока наши передовые разъезды не соприкоснулись с патрулями шаддинцев. До Садестана пять-семь дней пути. Думаю, послезавтра мы уже сможем оценить хотя бы предварительный масштаб вражеской армии.
Армия последней надежды…
Войско, собранное после поражений. Мне сложно прогнозировать каким оно будет. Деморализованные люди, готовые бежать после первого зал под дротиков, или же отчаянные храбрецы, которые скорее умрут, чем позволят имперским калигам попирать священные камни мостовых Садестана? Оба варианта звучали вполне логично.
Ближе к вечеру нас нагнали гонцы от Фальвуса Нементила. Принесли письмо, которого я ожидал. Слишком уж хорошо знал дипломатические привычки большого человека имперского флота. Фальвус лично объявил мне о начале «победоносного и сокрушающего похода в Сейд», который, без сомнений, облегчит наше правое дело по разгрому Ксериона.
Разумеется, Осьминог расписывал в тексте все огромные финансовые и прочие жертвы, которые он приносил во имя Империи. Вот буквально последнюю тогу продал лишь бы выплатить содержание морякам.
Кроме похвальбы и жалоб в письме имелся фрагмент, посвящённый делам. Агенты Фальвуса начали вывоз из Шадда пленных, которых я уступили Осьминогу. Более того, вместе с гонцами прибыла и первая часть оплаты. Наёмники. Это очень вовремя. Перед решающей битвой не бывает лишних клинков.
Глава 35
Армия последней надежды
Жаркое солнце Востока заполнило ясное небо своим сиянием, окрашивая в тёплые тона бескрайние поля, раскинувшиеся вдоль ирригационных каналов. Их воды, хотя и остались на несколько дней без присмотра крестьян, пока ещё манили освежающей чистотой.
— Вот он какой, Шадд… — со смесью восхищения и грусти произнесла Орина, наблюдая все эти красоты.
— Чего печалишься? Жаль предавать такие живописные места огню и мечу?
— Не только в этом дело… Я удивляюсь насколько разных мирах живут люди. Ещё недавно на Севере не могла себе представить ни Канртега с его ужасной бедностью, ни подобных земель солнца и достатка.
Да уж. Иногда люди буквально живут в разных мирах, а попадая из одного в другой очень долго охреневают. Идут в армию, создают мертвых богов, становятся триумвирами.
— Но где бы ни жили люди, к ним всегда может прийти война…
Тут, конечно, не поспоришь.
Земли, куда сейчас вступали наши легионы, принося за собой войну, дышали изобилием и покоем. Плодородные поля здесь были живой памятью веков. Они впитали в себя силу вод, щедрость солнца и труд бесчисленных поколений.
Легионы бодро, но не слишком себя загоняя, маршировали по зеленым равнинам вдоль ирригационных каналов.
Благодаря подкреплениям от Фальвуса к моей армии добавились:
1 Таксис суджарской наемной фаланги
1 Когорта цестинских наемных пельтастов
Сулимские жалящие лучники 154
Суджарские наемные пельтасты 214
Суджарские наемные гоплиты 326
Суджарские боевые колесницы 26
Более чем полторы тысячи воинов. С одной стороны, очень даже неплохо перед решающим сражением. С другой стороны, снаряжение новых союзников вызывало вопросы.
— Суджара, Суджара… — произнёс Поций. — Что-то знакомое. Прямо вертится на языке…
— Суджара это одна из немногих уцелевших колоний доимперских поселенцев, — пояснил ему центурион Дацинис. — В стародавние времена вокруг Рега располагались десятки независимых полисов. Некоторые из них постепенно превращались в царства, другие образовывали торговые союзы и отправляли колонистов на Юг и Восток. Большую часть новых городов уже поглотили варварские государства, но какие-то ещё продолжают держаться.
— Понял. До нас добрались люди из очередной задницы мира. Какая радость!
Суджарцы внешне напоминали что-то среднее между имперцами и цестинцами. Из-за долгой изоляции их военное дело застыло в веках.
— Боевые колесницы! — воскликнул один из центурионов Шестнадцатого, когда вдоль строя легионеров проезжали украшенные старинной позолотой агрегаты. — Я что попал в Эпоху Богов и Героев?
В современной имперской армии боевая колесница воспринималась анахронизмом. Дорогой, ненадёжный, узкоспециализированный транспорт, ещё и достаточно требовательный к рельефу местности.
— Я слышал, что Суджара окружена бескрайними сухими степями, где кочуют полудикие племена, — пояснил центурион Дацинис. — Наверное, в таких условиях колесница остаётся вполне эффективна. На открытой местности она сможет напугать и разогнать лёгкую пехоту.
— Да, — согласился Поций. — И подготовленная кавалерия тоже это сможет. Только у кавалерии существует ещё множество точек приложения на фронте. А ладно… Как там говорил наш мудрый стратег? Дареному коню зубы не смотрят. Главное, чтобы эти телеги не развалились по дороге.
Суджарские колесницы представляли собой достаточно тяжёлый боевой транспорт. В каждой находилось трое воинов. Возница, который мог метать легкие дротики, лучник и хорошо бронированный копьеносец. Колесницы обладали высоким передним бортом, который мог защищать экипаж от обстрела. Кроме того, часть из них имела лезвия на колесах или перекладине на дышле. Хрен знает насколько эти штуки, действительно, были применимы в бою. Возможно, главная их задача устрашать врага.
