Очень странный Новый год - Твенти Стаси и Элен

— Я чувствую запах пота и дешевого пластика, — отозвалась Лена, сверяясь с навигацией. — И желание убивать. Нам нужно еще три промышленных прожектора и удлинители. Много удлинителей. Желательно с сечением кабеля, которое выдержит запуск шаттла.

— Отдел электрики в конце зала, — Марк кивнул на указатель. — Вика и Георгий взяли на себя лампы для соляриев и кварцевые лампы из медтехники. Они сейчас на другом конце города.

Они пробирались сквозь толпу. Люди вокруг напоминали одержимых. Глобальный праздник где-то там, в фильмах «Один дома», а здесь была суровая реальность: скидка на ламинат заканчивалась через два дня.

В отделе «Свет» было ярче, чем на поверхности солнца. Здесь горели тысячи лампочек, люстр и бра. Марк деловито перебирал коробки с дешевыми строительными прожекторами.

— Возьмем эти, самые простые галогеновые, — он сгрузил в тележку четыре желтые коробки.

— Но это же обычный свет? — усомнилась Лена. — Ты сам сказал: нужен жесткий ультрафиолет.

— Верно. Но Вика и Георгий везут из медтехники только сами лампы — кварцевые трубки. Им нужны корпуса и питание. Эти прожекторы идеально подходят по размеру: выкидываем штатную спираль, вставляем кварц, снимаем защитное стекло — и вуаля. Получаем прожектор смерти за три копейки.

— Отлично, — Лена вычеркнула пункт. — Остался кабель и... садовый инвентарь? Зачем нам лопаты?

— Не лопаты. Кусачки, стяжки и, возможно, топор. На случай, если придется рубить кабель под напряжением. Или пробиваться через запертые двери.

Путь в отдел «Сад и огород» лежал через аллею праздничных витрин. Маркетологи постарались на славу, создавая уютные уголки «Европейского Рождества». Пластиковые Санты лезли в трубы, олени с красными носами щипали искусственный мох, а манекены в свитерах с оленями изображали счастливую семью, открывающую подарки у камина.

Лена шла быстро, чувствуя нарастающую тревогу. В этом магазине было слишком много электричества.

Они проходили мимо экспозиции «Рождественское утро». Группа манекенов: папа, мама и ребенок. На «папе» был нелепый красный свитер с помпонами и джинсы. На полу валялись пустые подарочные коробки.

Марк притормозил. Из динамиков как раз полилась тягучая «Silent Night».

— Что? — спросила Лена.

— Ничего, — он потер переносицу. — Показалось. У этого «папаши» странная поза. Слишком расслабленная для куска пластика. И свитер. У него нитки как будто... шевелятся.

Он сделал шаг к витрине.

— Марк, не надо. У нас нет времени рассматривать рождественские свитера.

— Секунду. Просто проверю.

Он протянул руку к красному свитеру.

В то же мгновение мир вокруг словно моргнул. Лампы над витриной издали тонкий писк и погасли. «Silent Night» на секунду заело на высокой ноте.

Манекен потек.

Праздничный свитер расплылся, превращаясь в ту самую нефтяную маску. Пластиковое лицо треснуло, и из-под него брызнула черная слизь. Рука, которая секунду назад держала коробку с бантом, выстрелила вперед, как пружина.

Удар был беззвучным. Черная плеть обвила шею Марка, рывком вдергивая его внутрь витрины, прямо в бутафорский камин.

— Ммм! — только и успел выдавить он.

Лена застыла на долю секунды. Вокруг по-прежнему шумела толпа: кто-то спорил о цене на искусственную ель всего в пяти метрах от них, не замечая, как за стеллажом рождественская декорация душит человека.

Крикнуть? Позвать охрану? Бесполезно.

Лена бросила тележку и рванула следом, перепрыгивая через ограждение с надписью «Happy New Year».

Марк лежал на спине, сбивая ногами пластиковые поленья. Существо навалилось на него сверху. Оно уже не походило на манекена — это был сгусток тьмы, принявший гуманоидную форму. Его «руки» сжимали горло хакера, а там, где должно было быть лицо, раскрывалась воронка, полная вращающихся игл.

Марк хрипел, его пальцы царапали глянцевую поверхность монстра, но соскальзывали.

Лена огляделась в панике. Вокруг только пенопласт, коробки и плюшевые медведи.

Взгляд упал на соседний стенд. «Распродажа. Все для зимней обрезки».

Она схватила первое, что попалось под руку — тяжелый, с длинными оранжевыми ручками сучкорез.

Существо уже склонилось к лицу Марка.

Лена не стала думать. Она замахнулась, вкладывая в удар всю свою ярость на этот проклятый год, на одиночество, на то, что вместо рождественского ужина она стоит по колено в пенопласте.

Хрясь!

Лезвие сучкореза с влажным, чавкающим звуком вошло в то место, где у твари должна была быть шея.

Мимик дернулся, издав звук спускаемой шины. Черная слизь брызнула во все стороны, пачкая белоснежную бороду стоявшего рядом Санты.

Лена не остановилась. Она раскрыла лезвия и ударила снова. И снова. Она кромсала этот оживший кошмар под нежные звуки «Silent night, holy night...»

Существо обмякло. Хватка на горле Марка осласла. Черная жижа начала стремительно испаряться, превращаясь в сизый дым, который тут же затянуло в вентиляцию.

Марк закашлялся, жадно хватая ртом воздух. Он попытался отползти, вытирая с лица остатки черной дряни.

Лена стояла над ним, тяжело дыша. В руках она все еще сжимала садовые ножницы, с лезвий которых капало нечто, похожее на мазут.

— Ты... — прохрипел Марк, глядя на нее снизу вверх расширенными от ужаса и восхищения глазами. — Ты только что прикончила его садовым инструментом.

— Вставай, — скомандовала она, протягивая ему руку. — Пока нас не заставили платить за испорченный манекен.

Они выбрались из витрины, отряхиваясь, за секунду до того, как к отделу подошла молодая пара с ребенком.

— Мама, смотри, Санта сломался! — звонко закричал мальчик, указывая на черную лужу и разбросанный пенопласт.

Лена и Марк уже шли прочь, толкая свою тележку. Сердце колотилось где-то в горле, адреналин заставлял руки трястись.

Они добрались до кассы. Обычная очередь.

— С вас двадцать восемь тысяч четыреста рублей, — равнодушно сказала кассирша. — Пакет с дедом морозом нужен?

Лена посмотрела на свои грязные руки.

— Нет. Нам нужно вот это, — она кинула на ленту бутылку недорогого шампанского с полки акционных товаров у самой кассы.

Они вышли на парковку, в холодную, вьюжную ночь. Ветер швырял снег в лицо, где-то вдалеке выли сирены.

Марк вдруг остановился, прислонился лбом к холодному металлу генератора.

— Знаешь, — тихо сказал он, трогая багровые следы на шее. — Я всегда мечтал, чтобы на Рождество произошло чудо. Но я думал про новый процессор, а не про то, что меня будет спасать от смерти женщина с ножницами.

Лена посмотрела на него. Под светом уличного фонаря он казался бледным и измученным.

— С Рождеством, Марк, — она неумело, дрожащими пальцами начала сдирать фольгу с горлышка бутылки. Пробка хлопнула негромко, улетев куда-то в сугроб. Шампанское пеной полилось на асфальт.

— С Рождеством, Ленчик, — он принял бутылку, сделал глоток прямо из горла и передал ей.

Они стояли на продуваемой всеми ветрами парковке, передавая друг другу бутылку игристого. Мимо проезжали машины, спешащие к теплым домам и накрытым столам. А здесь, у тележки с генератором, двое людей праздновали свою маленькую победу над тьмой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.