Очень странный Новый год - Твенти Стаси и Элен

Лена сидела на единственном продавленном диване, поджав ноги. В руках она сжимала эмалированную кружку с надписью «Любимой бабушке» (откуда она здесь?), на дне которой плескалась янтарная жидкость.

Напротив, на перевернутом ящике из-под инструментов, восседал Георгий Иванович. Старый вахтер выглядел как свергнутый король в изгнании: всклокоченные седые волосы, расстегнутый синий халат и граненый стакан в руке.

Марк расхаживал по комнате, нервно потирая переносицу.

— Итак, подведем итоги нашего корпоративного тимбилдинга, — нарушил он тишину. — У нас есть монстр-мимик, который жрет людей и притворяется снегом. У нас есть здание, построенное на проклятом месте. И у нас есть бутылка «Джека», которую я берег на Новый год, но, видимо, Новый год наступил досрочно.

— За упокой, — мрачно провозгласил Георгий Иванович и, не чокаясь, опрокинул стакан.

Лена сделала глоток. Виски обожгло горло, но тепло было приятным — оно вытесняло ледяной страх, поселившийся в груди после парковки.

Внезапно в кармане ее пальто, брошенного на стул, заиграла бодрая мелодия. «Jingle Bell Rock».

Лена вздрогнула так, что расплескала виски на джинсы.

— Это мама, — выдохнула она, глядя на экран смартфона как на бомбу с часовым механизмом. — Господи, три часа ночи в ее часовом поясе. Зачем она звонит?

— Ответь, — посоветовал Марк, присаживаясь рядом на подлокотник дивана. — Иначе она вызовет МЧС. Матери чувствуют, когда их дети вляпываются в дерьмо.

Лена дрожащими пальцами провела по экрану.

— Алло, мам?

— Леночка! — Голос матери звучал бодро и немного обвиняюще. — Ты почему не спишь? Я вот встала водички попить, думаю, дай наберу. Ты купила горошек? Тот, который мозговых сортов, а не жесткий, как в прошлом году?

Сюрреализм происходящего накрыл Лену с головой. Она сидела в бункере с безумным вахтером и парнем, которого знала три дня, только что чуть не была съедена ожившим сугробом, а мама спрашивала про горошек.

— Купила, мам, — соврала Лена, свободной рукой доставая второй телефон (рабочий) и вбивая в гугл запрос: «как убить тень электричество уязвимость».

— Умница. А то расхватают. А платье выбрала? Надеюсь, не то черное, балахонистое? Тебе нужно что-то яркое, чтобы жениха найти!

Лена покосилась на Марка. Тот сидел преступно близко, и от него пахло не только виски, но и чем-то неуловимо мужским — смесью парфюма и канифоли. Он, заметив ее взгляд, подмигнул и беззвучно пошевелил губами: «Скажи, что жених уже есть, но он идиот».

— Мам, тут такое дело... — Лена прокручивала поисковую выдачу. «Форум магов: снятие порчи», «Википедия: шаровая молния», «Топ-10 монстров из D&D». Ничего полезного. — Я сейчас немного занята. У нас тут... аврал. Отчеты.

— Ох, опять твоя работа! — вздохнула трубка. — Ладно, не буду мешать. Береги себя, доча. И смотри под ноги, говорят, гололед страшный.

— Смотрю, мам. Я теперь очень внимательно смотрю под ноги.

Лена сбросила вызов и откинула телефон.

— Горошек мозговых сортов, — констатировала она, закрывая лицо руками. — Мы все умрем, а она расстроится из-за салата.

— Не умрем, — Марк мягко убрал ее руки от лица. Его пальцы были теплыми и шершавыми. — По крайней мере, не из-за салата.

Между ними повисла пауза. Та самая, наэлектризованная, когда взгляд задерживается чуть дольше положенного, а дыхание сбивается не от бега. В полумраке серверной серые глаза Марка казались почти черными.

Георгий Иванович громко кашлянул, разрушая момент.

— Гуглить бесполезно, дочка, — проскрипел он, наливая себе вторую порцию. — В интернете про такое не пишут. Эти твари... они не из биологии. Они из физики. Изнанка мира.

— Изнанка? — переспросил Марк, переключая внимание на старика, но не отодвигаясь от Лены.

— Пустоты, — вахтер постучал пальцем по столу. — Между атомами есть пустота. Между секундами есть миг безвременья. Обычно там тихо. Но иногда дверь открывается. Лаборатория, которая тут арендует подвал... «Эгида» или как их там... они эту дверь пинком открыли.

— Лаборатория? — Лена встрепенулась. — Вы про тех парней с минус третьего этажа, к которым даже курьеров не пускают?

— Про них, — кивнул Георгий. — Я видел, как они завозили оборудование. Генераторы, катушки Теслы, какие-то контейнеры со льдом. Они искали энергию, а нашли... вот это.

Марк вскочил, начиная мерить шагами тесное пространство. Адреналин снова заиграл в крови.

— Если это лаборатория, значит, у них должен быть «рубильник». Источник. Гнездо. Называйте как хотите.

— И что ты предлагаешь? — Лена скептически подняла бровь. — Пойти туда и попросить книгу жалоб?

— Полиция нас пошлет в дурку, — рассуждал Марк, загибая пальцы. — Начальство... ну, ты видела Игоря Сергеевича. Ему плевать, даже если Ктулху сожрет бухгалтерию, лишь бы квартальный закрыли.

Он резко остановился перед Леной, упершись руками в ее колени.

— Мы — клуб неудачников, Лен. Я — технарь, который видит то, чего нет. Ты — менеджер, которого пытался съесть снеговик. И Георгий — хранитель ключей. Мы единственные, кто знает правду.

— Ты предлагаешь самим найти это гнездо? — догадалась она.

— Я предлагаю спуститься на минус третий этаж. Уже ночь, там никого не должно быть, кроме дежурной охраны. А систему безопасности я... ну, скажем так, мы с ней давно на «ты».

Лена посмотрела на него. В его глазах горел тот же безумный огонек, что и у нее самой. Страх никуда не делся, но к нему примешалась злость. Злость на то, что кто-то превратил их жизнь в хоррор.

— У меня есть ключи от пожарных выходов, — вдруг подал голос Георгий Иванович, доставая из кармана внушительную связку. — И я знаю, где слепая зона у камер.

Лена вздохнула, допивая виски одним глотком.

— Нет, так не пойдет, — решительно заявила она. — Мы наведаемся туда, но только после того, как побольше узнаем о враге.

— И какие у нас варианты? — спросил Марк.

— Нужно достать документы об «Эгиде» и узнать, чем они на самом деле занимаются. Думаю, они могут храниться у главбуха.

— Кража со взломом? — Марк потер ладони в предвкушении. — Мне это нравится!

— А мне нет, но куда деваться, — вздохнула Лена.

18 декабря. 10:15

Все же сумев немного поспать, утром, как и договаривались, Лена и Сарк встретились в холле.

Бухгалтерия располагалась на восемнадцатом этаже и напоминала отдельное государство со своими законами, климатом и карательными органами. Здесь даже воздух казался плотнее, насыщенный запахом растворимого кофе, пыльных папок и экзистенциального ужаса перед налоговой проверкой.

Вход в эту обитель зла охраняла массивная дверь с кодовым замком, но для Марка это препятствие оказалось смехотворным. Куда сложнее было преодолеть главного босса уровня — Инессу Павловну.

Главный бухгалтер холдинга была женщиной монументальной. Ее прическа, залаченная до состояния пуленепробиваемого шлема, возвышалась над столом, как корона империи, а взгляд поверх очков мог заморозить воду быстрее любого монстра из Изнанки.

— План такой, — шептал Марк, прячась за кадкой с фикусом в коридоре. — Ты заходишь и устраиваешь шоу. Мне нужно три минуты. Ее компьютер — это крепость, но я знаю одну уязвимость всех бухгалтеров мира.

— Какую? — нервно спросила Лена, поправляя блузку. Руки у нее дрожали, как у школьницы перед ЕГЭ.

— Они записывают пароли на стикерах и клеят под клавиатуру. Или на монитор. Это классика.

— А если она меня убьет? Взглядом?

— Тогда я напишу на твоей плите: «Она погибла за правду и квартальную премию». Вперед, Ленчик. Ты же менеджер, ты умеешь заговаривать зубы. Импровизируй!

Лена набрала в грудь побольше воздуха, перекрестилась (мысленно) и толкнула дверь.

Кабинет Инессы Павловны встретил ее стуком клавиш. Хозяйка кабинета восседала за Т-образным столом, заваленным первичной документацией.

— Инесса Павловна! — воскликнула Лена с порога, вкладывая в голос максимум паники. — Это катастрофа!