— Нужна… — обречённо вздохнул он, потянувшись к узлам на моих щиколотках. — Только пообещай!
— Обещаю…
— Ладно. Только я буду наблюдать, чтобы ты не обманул! Понял?
— Только поэтому? — недоверчиво переспросил я. — Не потому, что тебе нравится наблюдать за мной?
— Ты идиот? — моментально покраснел Альберт. — Ты думаешь мне нравится смотреть, как ты её тут и в хвост и в гриву? И как она тут стонет от удовольствия? Я люблю её! Не как женщину, — смутился он, — но как сестру и подругу. И мне совсем не нравится смотреть на то, как её дерёт чужой мужик! Тебе бы понравилось вот так наблюдать за своей сестрой? Мне приходится!
— Да понял я, понял… — вздохнул я, дёрнув второй ногой. — Давай уже, развязывай. Не тормози…
Ну что я могу сказать… Я его бессовестно обманул, несмотря на то что секс с девушкой в этот раз мне понравился ещё больше. Особенно, когда она извивалась подо мной, обхватывала мои бёдра своими стройными ножками, прижимала к себе, впивалась в спину острыми коготками и бурно кончала, выгибаясь от каждого оргазма дугой и выставляя на обозрение свои небольшие упругие грудки с тёмными сморщенными сосками…
Но ближе к финалу, я всё равно позволил ей выскользнуть, опуститься к моему паху и с удовольствием проглотить всё, что я нацедил ей в ротик — всё, до последней капли…
— Ты идиот⁈ Ты же обещал! — зарычал Шмидт, покраснев от гнева, словно варёный рак. — Что мне теперь делать⁈
— Дорогой… — невинным голоском произнесла уставшая, бесстыже раскинувшаяся в постели и взмокшая от непривычных нагрузок девушка, небрежно вытерев пальчиком выступившие на верхней губе капельки пота. — А можешь мне принести сока из холодильника?
Альберт недовольно посопел, зло зыркнул на меня, резко развернулся, вышел из комнаты. Грюкнул посудой со стороны кухни, хлопнул дверкой холодильника и через минуту вернулся.
— Держи, любимая, — протянул он брюнетке наполовину наполненный, запотевший стакан и снова недовольно глянул в мою сторону. — Идиот!
— Это моя маленькая месть тебе, — усмехнулся я, прикрываясь тонкой простынкой.
— Зачем? Ну вот зачем⁈ — не сдержался Шмидт.
— Затем, придурок! Ты вообще опоил и связал сотрудника полиции. Ты осознаешь последствия?
— Ты не сотрудник, — заметила Минина. — Ты психолог в отделе.
— Вот! — самодовольно хмыкнул Шмидт.
— Это не значит, что меня можно опаивать транквилизатором, связывать и заниматься со мной сексом помимо моей воли, — упрямо произнёс я.
— Что-то я не заметил, чтобы ты слишком уж сопротивлялся или тебе это не нравилось, — огрызнулся Альберт.
— Мальчики, вы так мило ссоритесь… — всплеснула руками Юлия, подскочив с кровати и ловко натянув на своё обнажённое тельце халатик. — Милый, не ревнуй… — чмокнула она своего партнёра в щёку. — Давайте лучше выдохнем, попьём чаю и всё обсудим… Я поставлю воду…
Девушка обворожительно усмехнулась, вильнула бёдрами и исчезла в коридоре. Через секунду с кухни послышался шум набираемой в чайник воды и весёлая мелодия, напеваемая довольным девичьим голосом…
— Идём? — недовольно посопел застывший в углу комнаты мужчина.
— Идём, — согласился я, поднявшись с постели и закутавшись в простыню на манер древнегреческой тоги…
Чай мы пили в тишине. Юлька мечтательно, не обращая внимания на обжигающий губы кипяток, Альберт задумчиво, хмуря лоб, я с опаской, подозрительно поглядывая в чашку и делая маленькие осторожные глотки…
— В этот раз ничего не подмешали? — всё же поинтересовался я.
— Крысиный яд! — хмыкнул Шмидт.
— Ясно, — усмехнулся я в ответ, в поисках путей отхода мельком глянув на зарешёченное окно и прикинув, смогу ли я быстро дотянуться до ножа, лежавшего возле мойки, и вонзить его в глазницу Шмидта, если эта парочка реально захочет меня устранить после всего произошедшего между нами.
Да уж… Старая добрая паранойя…
— Дорогой! — укоризненно нахмурилась Минина, шаловливо подмигнув мне и незаметно коснувшись под столом моей ноги своей. — Не переживай, Ник! Альберт так шутит…
— Не понимаю, — не сдержался и проворчал Альберт. — Неужели так сложно нормально выполнить свою работу? — кинул он в мою сторону косой взгляд.
— Работу⁈ Работу⁈ — возмутился я, в очередной раз поперхнувшись чаем. — Напомню, я не нанимался к тебе на работу. Ты меня силком заставил!
— Ну прости… Просто… Просто… — неожиданно обхватил он лицо руками и всхлипнул, задёргав плечами.
Я переглянулся с Юлькой, незаметно строившей мне глазки и шаловливо демонстрирующей полушария грудей в вырезе своего халата, и тяжело вздохнул…
— Ладно, сделаю я всё… — произнёс я, задумчиво постукивая чайной ложечкой о блюдце. — Только дай мне немного свободы…
— Свободы? Я уже и так освободил тебя…
— Хватит смотреть на то, как мы занимаемся сексом с твоей партнёршей, — пояснил я и сам удивился, как же странно и нелепо это всё прозвучало. — Мне не очень комфортно, когда на меня пялятся. Давай так — дай нам одну ночь, а утром можешь забирать свою ненаглядную…
— А как я тогда узнаю, что ты точно… — Шмидт растерянно захлопал глазками. — Ну, что ты точно её оплодотворишь?
— Я дам слово.
— А если…
— А если нет — то я сейчас прям уйду. Ты реально достал уже! — рыкнул я на него.
— Но ты обещал мне…
— Слушай, я тебя сейчас стукну! Правда! — добавил я в голос немного угрозы. — Мне и так вся эта ситуация не очень нравится… Решай. Или веришь и даёшь мне свободу, или иди нахрен и ищи себе другого работника! — сделал я ударение на последнем слове.
— Ещё одного я не выдержу… — обречённо произнёс Альберт. — А что, вся ночь обязательно нужна? Быстрее никак?
— Получится быстрее — верну тебе её раньше…
— Ладно… — вздохнул Шмидт.
— Ну! Я же говорила, что за чашечкой чая можно решить все разногласия, — весело резюмировала Юлька, вскочила со своего места, схватила меня за руку и потащила за собой в спальню.
Чёрт! Девчонки в этом времени во время цикла действительно какие-то ненормальные…
* * *
Домой я вернулся лишь под утро, честно выполнив условия сделки и подарив счастливой ячейке местного общества шанс создать полноценную семью. И при этом не переставал всю дорогу удивляться возможностям своего молодого тела. На что оно ещё способно?
Меня похитили, меня били по голове несколько раз, меня выкинули на обочину без сознания, травили транквилизаторами… А потом я налегке выдержал ночной марафон с ненасытной девушкой. Такое вообще возможно? Да и уставшим я себя после всего этого даже не ощущал. Что такого придумали местные генетики? Хотя, если теперь люди могут спокойно работать в радиоактивных рудниках, это не удивительно…
Да уж…
А ещё всё, что я сделал сегодня ночью, выглядело жутко неэтично и неправильно! Я переспал с девушкой помимо её воли. Хотя, нет — она этого как раз хотела, и очень даже сильно… Но она ведь была не в себе. Или нет? Как понять, где проходит эта грань? Следовало мне это делать, если в здравом уме она бы это не делала и не хотела? Или нет… Чёрт! Как же это сложно…
Хотя, если бы они меня не связали и не сделали это со мной первыми, хрен бы я подписался на это дело! А так… Была какая-то внутренняя злость на всю эту ситуацию… Ну и опять же, если я всё сделал по уму — эти двое получат ребёнка и будут жить долго и счастливо. Все в выигрыше.
Да, оправдание слабое… Но какое уж есть. Да и вообще — пошло оно всё! Я не просил закидывать меня в этот мир, в это время, в это тело! Я здесь никому и ничего не должен…
— Ник, ты где пропадал всю ночь? — встретила меня вопросом Соколова, сидя на широком подоконнике кухонного окна в одном нижнем белье, держа в одной руке кружку с кофе, а во второй какие-то рабочие документы.
