«Джамбаттиста» запустил главный реактор, мощный выхлоп заслонил корабль. Алекс приветственно завопил.
— Вовремя, — прокомментировала Наоми, — я выравниваю курс. Пройдем через двадцать минут.
Холден отправил Бобби запрос. Секунды тянулись так долго, что в животе недобро ёкнуло. Соединение разорвалось и снова установилось, когда Наоми сказала:
— Один из них хочет пройти через врата вместе с нами.
Он к этому готов.
— Мы пройдем через врата минут через двадцать. Вы сейчас где?
Странное влияние врат до неузнаваемости исказило голос Бобби. Она тяжело дышала и только потом смогла что-то произнести. Холден представил ее задыхающейся в невесомости. Или скользящей куда-то по поверхности станции. Он уже хотел переключиться на Амоса, когда Бобби заговорила:
— Амос удерживает позиции. Я почти к ним вернулась. В броне сели аккумуляторы, так что я топаю пешком.
— Бежишь снова подраться?
— Можешь назвать это молниеносным ковылянием, — произнесла она между вдохами, — но всё в порядке. Они выстоят. Большая металлическая дорога. Ведет прямо к ним.
— Хорошо. Поддержим вас как только, так сразу. Просто не позвольте прибить вас до нашего прихода.
— Никаких обещаний, сэр.
Холден мог поклясться, что в этот момент она улыбалась. Помехи. Соединение прервалось.
— Ну ладно, что там у нас? — поинтересовался Холден.
— Оба в нас палят, — ответила Наоми.
— Похоже, ты этим не обеспокоена.
Она обернулась. От ее мимолетной яркой улыбки сердце забилось чаще.
— Это у них от отчаяния. Не столько атака, сколько попытка сбить нас с толку.
— Ясно. Об этом беспокоиться не стоит. Тогда о чем же?
Наоми развернула на его экране вектора движения преследователей. Ближайший корабль уже скорректировал курс, и проекция кривой следовала через врата и в медленную зону на пять минут позже «Роси» и «Джамбаттисты». Они не тормозили. Это плохо.
— Есть идеи, что с этим нам делать?
— Голосую за то, чтобы подстрелить их, — ответил Алекс по общей связи.
— Поддерживаю, — секундой позже включилась Кларисса.
Холден кивнул сам себе. Слышать ее до сих пор было странно. Может, так останется навсегда.
— Хорошо, давайте подготовим план боя.
— Уже сделала, пока ты с Бобби трепался, — ответила Наоми.
На секунду включились орудия точечной обороны, отбивая безнадежную атаку. Холден вытер ладони о ляжки. Соединил пальцы рук. Вызвал тактическую карту, чтобы видеть кольцо, инопланетную станцию, Медину и атакующих.
— У нас хватит сил для обороны, даже если за нами последуют оба?
— Еще как.
На изображении с внешних камер кольцо словно стирало все звезды. Алекс ненадолго резко затормозил, развернул нос в сторону врат и сужающегося круга звезд по его краям. «Джамбаттиста» поворачивал и ускорялся, из уцелевших дюз маневровых вырывалось пламя — жалкие светлячки на фоне бескрайнего выхлопа эпштейновского реактора.
Холден наблюдал, как сначала парочка, затем десяток, а затем сотня кораблей рванули к Медине. АВП спешил закончить работу. Оставшиеся десантные шлюпки раскинулись по широкой дуге. На такой дистанции ОТО Медины бессильны, а «Роси», скорее всего, перехватит любые торпеды. Но если станция и откроет огонь, то собьет только горстку солдат, а не всю армию.
Он попытался связаться с приближающимся кораблём противника, но помехи от кольца слишком мешали, поэтому Холден переключился на широкополосное вещание.
— Внимание, атакующий корабль. — Наоми вопросительно взглянула на него, но без беспокойства или тревоги. Она ему доверяла. — Это Джеймс Холден с «Росинанта». Прекратите сближение. Мы этого не позволим.
Джим подождал. Тактический дисплей показывал сейчас лишь небольшой кусочек карты. О происходящем в Солнечной системе они знали только то, что просачивалось через врата. Атакующий корабль Вольного флота не ответил, просто устремился на них.
— Он явно не обдумывает твоё предложение, босс, — прокричал Алекс. — Что мне делать?
— Дай им шанс, — попросил Холден.
— А если они им не воспользуются?
— Ну, нет, так нет.
По мере удаления кольцо уменьшалось, как будто они смотрят на небо со дна колодца. Атакующий корабль резко тормозил, приближаясь к кольцу. Когда вторая волна десанта с «Джамбаттисты» уже почти достигла Медины и инопланетной станции, корабль Вольного флота прошел сквозь врата и выпустил шесть торпед, а потом взорвался, как сверхновая, когда снаряд рельсовой пушки с «Роси» пробил магнитную ловушку реактора. Холден молча наблюдал разлетающееся облако газа, когда-то бывшее набитым людьми кораблем.
Он постарался ощутить вкус победы, но это казалось нелепым. Медленная зона, врата, даже сами корабли, что унесли их так далеко — всё это чудо. Вселенная наполнена загадками, красотой и чудесами, а они занимаются только вот этим. Охотятся друг на друга, выясняя, кто быстрее выхватывает пистолет.
Всё в медленной зоне — «Джамбаттиста», рой атакующих десантных кораблей, станция Медина, «Росинант» — как будто замерли на мгновение. Тишину разорвал вызов от Бобби, Холден ответил.
— Здесь всё под контролем, — доложила Бобби, всё еще тяжело дыша, — враг сдался.
— Оставили их в живых?
— Некоторых, — вклинился Амос.
— Они сражались как бешеные, даже когда проиграли, — заметила Бобби, — у нас тоже есть потери.
— Мне жаль, — ответил Холден и сам удивился, насколько это искренне, а не просто дежурные слова, — жаль, что всё нельзя разрешить как-то иначе.
— Да, сэр, — согласилась Бобби, — я собираюсь приглядеть за погрузкой пленных в транспорт. Но тебе следует кое-что знать.
— И?
— Здесь окопался не Вольный флот. Рельсовые пушки защищали марсиане.
Холден впитал информацию.
— Из отступников? Люди Дуарте?
— Они ничего не сказали, это лишь моё предположение. Но это может быть важным.
— Присмотри, чтобы с ними хорошо обращались.
— Уже.
И Бобби отключилась.
Холден переключился на вид с внешних камер и увидел «Джамбаттисту», станцию чужаков и станцию Медина — так далеко, что она казалась просто отблеском металла, а без сенсоров «Роси» — и просто невидимкой. Холден потер подбородок, включил подсветку всех десантных шлюпок и самоделок, наблюдая, как дисплей накрывает облако бледно-зеленого текста, потом выключил ее и уставился в черноту. В глаза как песка насыпали. Похоже, всё беспокойство и напряжение, накопившееся за время гонки к кольцу, отпустило, обернувшись чем-то еще.
— Ты в порядке? — поинтересовалась Наоми.
— Думал о Фреде. Вот это всё — именно этим он и занимался. Вёл армии. Захватывал станции. Такова была его жизнь.
— Он от этого отошел, — возразила Наоми. — Когда начал уговаривать людей вместо того, чтобы стрелять в них. Именно это — его наследие.
— Ну, посмотрим, как это работает.
Холден поправил камеру, посмотрел, как он выглядит на экране, пригладил волосы. Чуть лучше, но всё же изнуренный. Уставший. Но лучше. Он включил широкополосное вещание.
— Станция Медина. Это Джеймс Холден с «Росинанта». Мы прибыли, чтобы забрать у Вольного флота управление станцией, медленной зоной и вратами. Если хотите, мы можем сначала пострелять по вашим орудиям точечной обороны и торпедным шахтам, а затем высадим десант. Мы собрали кучу людей с пушками. Думаю, вы тоже. Можем убивать друга еще какое-то время, но я всё же предпочитаю сделать это без дополнительных жертв. Сдавайтесь, сложите оружие, и я обещаю гуманное обращение для офицеров Вольного флота и любых других пленных.
Он постарался придумать еще что-нибудь. Увлекательную речь, что все они люди и могут изменить ход истории. Что могут объединиться и сделать нечто новое. Но всё, что ему приходило в голову, звучало фальшиво и неубедительно, даже для него самого, так что Холден просто прекратил передачу и стал ждать любых результатов.
Наоми соскользнула с кресла, подлетела к лифту и спустилась. Через пару минут она вернулась с грушей с чаем, скользнула обратно в кресло. Стала ждать. Холден знал, что если ожидание затянется, ему придется начать атаку, потому что все эти десантные суденышки конструировались только для курсирования между кораблями, и вскоре на них закончится воздух и топливо. Но, может, еще пара минут...
