Системный рыбак. Тетралогия (СИ) - Шиленко Сергей

Люди стояли группками, каждая держалась особняком, словно очертив вокруг себя невидимую границу. Гербовые узоры на одеждах служили опознавательными знаками: кто где, кто с кем, кто против кого.

Четырнадцать семей, прикинул я, пересчитав группы, которые правят этим регионом. И все они собрались здесь ради каких‑то персиков.

Некоторые гости переходили от группы к группе, обменивались рукопожатиями и поклонами. На празднике, как и всегда, всё вертелось вокруг власти и выгоды, а политика, союзы и сделки лишь добавляли пикантности этому привычному круговороту.

Амелия уверенно вела через павильон к дальнему краю, где под отдельным навесом собралась группа людей с характерными ледяными узорами на одежде, Флоренсы.

Их было человек семь. Двое взрослых мужчин с седеющими висками, женщина средних лет с жёстким взглядом, и среди них выделялись два молодых парня: один лет восемнадцати, коренастый, с квадратной челюстью, второй постарше, около двадцати, худощавый и высокий. Оба смерили меня оценивающими взглядами, когда мы подошли.

– Амелия, наконец‑то, – женщина средних лет шагнула навстречу. – Мы уже думали, что ты опоздаешь.

– Были дела в городе, тётя Клара, – Амелия слегка склонила голову. – Но я успела вовремя.

– Слава небесам, – один из взрослых мужчин облегчённо выдохнул. – Ты ещё сможешь побороться за шанс улучшить талант. Семья рассчитывает на тебя.

– Я не подведу.

Побороться? Хм… Значит, это не просто раздача подарков, а какое‑то состязание?

Амелия обменялась ещё несколькими приветствиями с родственниками, пока мы не дошли до стоящей в центре пожилой женщины. Её лицо избороздили морщины. Она пока молчала и наблюдала за происходящим с невозмутимостью императрицы.

Когда поток формальностей иссяк, она наконец подала голос.

– Амелия, – произнесла она негромко, но все вокруг мгновенно замолчали. – Ты хорошо выглядишь. Дорога была утомительной?

– Нет, бабушка. Всё прошло гладко.

Старуха кивнула и перевела взгляд на меня.

Её взгляд был внимательным, полным спокойной мудрости прожитых лет. Это была холодная оценка, словно она умела с одного взгляда видеть истинную ценность, как искушённый скупщик, мгновенно определяющий цену любого товара.

– Кого ты привела? – спросила она наконец у Амелии.

– Позволь представить, бабушка. Это Ив Винтерскай.

Я коротко поклонился.

– Маргарет Флоренс, глава семьи, – добавила Амелия, обращаясь уже ко мне.

Маргарет продолжала изучать меня с той же пристальной неторопливостью.

– Винтерскай, значит, – протянула она. – Неужели у моей внучки появились какие‑то… отношения? С выходцем из этой семьи?

Я заметил, как Амелия чуть порозовела.

– Нет! То есть… Ив просто мой друг, – она запнулась, и это было настолько непохоже на её обычную невозмутимость, что я едва удержался от усмешки. – Он практик шестого уровня Закалки и имеет полное право присутствовать здесь.

Старуха позволила себе едва заметную усмешку. Потом снова посмотрела на меня, и улыбка исчезла.

– Я слышала, что Виктор выгнал тебя из семьи, – сказала она прямо, без обиняков. – Объявил изгоем, лишив фамилии и наследства на глазах у всех.

– Это так, – я не видел смысла отрицать очевидное.

– Что ж… Семейные дрязги Винтерскаев меня не интересуют, – продолжила Маргарет. – Но раз уж Амелия привела тебя сюда от группы Флоренсов, пусть так и будет. Можешь спокойно присутствовать и наслаждаться едой и напитками.

Она отвернулась от меня, давая понять, что разговор окончен, и направилась к группке из четырёх стариков, стоявших у соседнего стола. Судя по гербам, там собрались главы других семей.

Я проводил её взглядом.

Прагматичная старуха.Она не устроила сцену, не задала лишних вопросов и не выразила своего отношения к «изгою». Вместо этого спокойно приняла происходящее и без лишних эмоций двинулась дальше. Мне всегда было проще иметь дело с людьми, которые руководствуются логикой, ведь их действия более предсказуемы.

Амелия смотрела вслед бабушке, и на её лице застыло странное выражение. Что‑то среднее между облегчением и лёгким раздражением.

Закончив с приветствиями и обменом формальными репликами с остальными Флоренсами, Амелия повернулась ко мне и кивнула в сторону столов.

– Угощайся.

Фуршет оказался богатым. Блюда из мяса разных видов, овощные закуски, фрукты на серебряных подносах. Всё было разложено с той тщательностью, которая выдаёт работу профессионалов.

Взял кусочек хлеба, намазал на него что‑то похожее на овощную икру, откусил.

И сразу почувствовал, как по телу разливается прохладная энергия. Словно внутри дунул освежающий ветерок, который прошёлся от желудка к кончикам пальцев.

Хм.

Посмотрел на недоеденный кусок в руке с новым интересом.

Даже фуршетные закуски здесь работали на прокачку. Впрочем, чему я удивляюсь? Воздух насыщен духовной энергией, растения впитывают её из почвы, животные едят эти растения, а потом всё это оказывается на столе.

Открыл интерфейс Системы. Ведёрко, которое после прорыва на шестой уровень было абсолютно пустым, теперь показывало несколько капель на самом дне.

Я прикинул в уме.

Насыщенный духовной энергией воздух вокруг, еда и постоянное присутствие рядом с источником силы. Если бы я мог жить здесь постоянно, то за год с легкостью дотянул бы до седьмого уровня. Без особых усилий, просто дыша и питаясь.

А ведь у обычных практиков на достижения этой границы уходит пять, десять лет, а некоторые и вовсе застревают на шестом уровне до конца жизни.

– Как часто вы здесь бываете? – спросил у Амелии, которая стояла рядом и делала вид, что разглядывает ближайший поднос с фруктами.

– Резиденция доступна только пятнадцати семьям, – ответила она. – И то лишь раз в пять лет, на праздник древа. В остальное время сюда могут попасть только главы семей.

Раз в пять лет, и то с ограничениями, иначе и быть не могло. Такой лакомый кусок никто не станет раздавать направо и налево.

Я взял стакан со светящимся морсом, что переливался мягким золотистым сиянием. Сделал глоток. Кисло‑сладкий, освежающий, с лёгким привкусом чего‑то цветочного. Энергии в нём было достаточно, чтобы почувствовать, но до напитков Игниса этому морсу было как до Луны.

Оглядел павильон поверх стакана.

Эдриан Вайт стоял в центре одной из групп, размахивая руками и что‑то оживлённо рассказывая. Его павлиний халат с золотыми птицами бросался в глаза даже издалека. Рядом с ним кивали и смеялись несколько молодых людей, явно из той же семьи.

Молли Шторм держалась чуть в стороне от основной группы Штормов, но её серебристые волосы служили отличным маяком. Она разговаривала с каким‑то высоким парнем, и её смех звенел немного громче, чем следовало.

– Расскажи мне о них, – попросил Амелию, кивнув в сторону гостей. – Кто есть кто.

Она достала свой неизменный веер и начала указывать им на группы стоящие у столов.

– Семья Ферумов, – первым делом она указала на группу в тёмно‑коричневых одеждах с серебряной вышивкой. – Контролируют кузнечные гильдии. Их наследник, Дерек, шестой уровень, пробудил родословную Железного ящера. Говорят его молот способен сокрушить даже тварь второго этапа.

Я кивнул, укладывая в голове полученную информацию. Если когда‑нибудь понадобится качественное оружие, буду знать к кому за ним обращаться.

– Семья Шторм, – веер сместился к серебристой копне волос. – Молли ты уже видел. Шестой уровень, родословная Грозовой Ласточки. Её отец контролирует добычу руды в северных горах.

Амелия продолжала перечислять семьи одну за другой. Короткие справки: имя, родословная, сфера влияния, наследник. Я слушал, запоминал, выстраивал в голове схему связей и противоречий.

Семьи Форест, Бьёрден, Мунлун, Айрен и другие. У каждой из них в молодом поколении был кто‑то одарённый, на кого возлагали большие надежды.

Большинство наследников находились на шестом уровне Закалки Тела, некоторые на седьмом. Ничего удивительного.