Нежеланный брак, или уроки любви для герцога (СИ) - Владмар Кати

Прямо над ухом, будто в ответ на мои мысли, раздался едкий смешок.

— Несчастная моя крошка! — толстушка, не замечая моей растерянности и ехидства мужлана, все еще державшего мой локоть, продолжала изливаться потоком причитаний. — Как теперь быть? Репутация погублена! Опорочена! В приличном обществе теперь…

Опорочена? О чем вообще речь? Я ведь просто упала в обморок… Хотя, если допустить безумную мысль, что я действительно каким-то образом оказалась в чужом теле, нужно хотя бы понять, что здесь происходит. Я медленно опустила взгляд, пытаясь оценить ситуацию.

И тут же заметила, что с моим внешним видом что-то категорически не так. Будто дурацкого платья и удушающего корсета было недостаточно! Тончайшее кружево на груди было изорвано в клочья, а через разошедшийся шов на рукаве виднелась бледная кожа. Горло перехватило от внезапной догадки. Кто-то… кто-то пытался…

Накатила тошнота. Обрывки фраз, перешептывания гостей, их осуждающие взгляды — всё вдруг обретало жуткий смысл.

— Я прекрасно понимаю свои обязательства, леди Уилмор, — процедил холодный незнакомец рядом со мной таким тоном, будто каждое слово причиняло ему физическую боль. — Завтра же пришлю своего поверенного, чтобы обсудить все детали.

— Какого… какого поверенного? — пробормотала я, с трудом выдавливая из себя слова. — Что обсудить?

Он повернул голову, и его серые глаза впились в меня, как острые льдинки.

— Нашу свадьбу, конечно же.

Глава 2. В тисках

— О, ваша светлость! — глаза леди Уилмор моментально просияли. — Вы так благородны! Я и не сомневалась в вашей чести!

Её лицо, секунду назад искаженное страданием, теперь светилось неприкрытым торжеством. Она суетливо поправляла складки моего платья, не переставая щебетать о том, какая честь для нашей семьи породниться с родом Бельмонтов.

Я смотрела на неё в полном замешательстве. Как она может радоваться? Этот человек только что пытался… От одной мысли к горлу подступала тошнота. И теперь она готова отдать свою дочь тому, кто едва не обесчестил её?

— Но… — я попробовала что-то сказать, однако леди Уилмор словно не слышала меня.

— Милая, нам лучше отправиться домой, тебе нужно прилечь, ты так бледна! — щебетала она. — Позвольте, ваша светлость, я провожу…

— Я сам, — холодно оборвал ее герцог.

Его рука вновь до боли сжала мой локоть, он придвинулся ближе, делая вид, что поддерживает меня. Его дыхание обожгло шею, когда он прошептал так тихо, что только я могла слышать:

— Не думайте, что вы победили, дорогая. В конце концов, есть немало способов избавиться от нежеланной супруги. И поверьте, я найду самый… действенный.

Меня затрясло. В его голосе звучала такая неприкрытая ненависть, что стало трудно дышать. Но хуже всего было то, что никто, казалось, не замечал этого — или не хотел замечать. Леди Уилмор продолжала сиять, гости перешептывались с понимающими улыбками, а я… я оказалась в ловушке, из которой не видела выхода.

Герцог повел меня к выходу сквозь расступающуюся толпу. Гости кланялись, дамы приседали в реверансах. Я пыталась идти ровно, но предательская слабость в коленях и путающиеся юбки делали каждый шаг испытанием. К тому же его железная рука на моем локте не оставляла возможности замедлить шаг.

— Розали, дорогая! Ваша светлость! — голос леди Уилмор доносился откуда-то сзади. — Умоляю, не так быстро!

Герцог словно не слышал её. Он стремительно спускался по мраморной лестнице, практически таща меня за собой. Я спотыкалась, путаясь в складках платья, и только его безжалостная хватка удерживала меня от падения.

У парадного входа герцог наконец отпустил меня. Почти сразу же лакей накинул мне на плечи тяжелую накидку с меховой оторочкой. Я машинально запахнула её, радуясь возможности спрятаться от пронизывающего взгляда своего… жениха.

Боже, как странно было даже думать так об этом человеке!

— Прошу, — процедил герцог, указывая на распахнутую дверцу кареты.

Я замешкалась, глядя на высокую подножку. В обычной жизни я бы без труда запрыгнула на нее и забралась внутрь, но сейчас на мне было это невозможное платье с кринолином…

— Не заставляйте меня ждать, — в его голосе прозвучало столько раздражения, что я невольно вздрогнула.

Его рука неожиданно скользнула по моей спине, вторая подхватила под локоть, и через мгновение я уже оказалась внутри кареты. Прикосновение было таким… деловитым, словно он поднимал мешок с мукой, а не помогал даме. Но я была даже рада этому — после его угроз любая галантность пугала бы меня куда больше.

Леди Уилмор наконец догнала нас, тяжело дыша и прижимая руку к груди.

— Ваша светлость, — выдохнула она, — я думала… мы могли бы… обсудить…

— Завтра, — отрезал герцог. — Мой поверенный будет у вас в полдень.

Он подал руку леди Уилмор и, едва она устроилась рядом со мной, захлопнул дверцу с такой силой, что карета вздрогнула, развернулся на каблуках и, не прощаясь, стремительно зашагал прочь.

— Бедная моя девочка, — пробормотала леди Уилмор, когда карета тронулась. — Но всё к лучшему, вот увидишь…

Я собралась с духом. Нужно было хоть попытаться объяснить всю абсурдность ситуации.

— Леди… — начала я и тут же осеклась, — матушка, послушайте. Этот человек… герцог… он ужасен! Вы же видели, как он себя ведёт. Я не могу выйти за него замуж!

Леди Уилмор охнула, испуганно оглядываясь на окна кареты, словно боялась, что нас кто-то может услышать.

— Розали! Что ты такое говоришь? — она понизила голос до шепота. — Тебе двадцать четыре года, милая. Двадцать четыре! В твоем возрасте нужно благодарить небеса за такую партию. Герцог Бельмонт! Подумать только!

— Но он же… он… — я замялась, не зная, как объяснить очевидное.

— Он просто обескуражен, дорогая, — леди Уилмор похлопала меня по руке с покровительственной улыбкой. — Всё изменится, когда вы начнете жить вместе. Мужчины всегда так — сначала упираются, а потом не могут жить без жены.

Она заговорщически подмигнула.

— В конце концов, именно этого ты и добивалась, разве нет? Твой план сработал просто превосходно! Признаюсь, я сомневалась, что всё получится, но ты, как всегда, оказалась права.

Глава 3. Первое утро

Сквозь полудрему я услышала далекий перезвон часов. Шесть утра… Ещё немного можно полежать, но скоро надо вставать — до школы двадцать минут пешком, а перед занятиями нужно подготовить наглядные пособия для урока Окружающий мир. Вчера так и не успела вырезать карточки с названиями деревьев…

Я повернулась на другой бок, и в этот момент что-то странное коснулось моей щеки. Что-то мягкое, воздушное, совсем не похожее на мою привычную хлопковую наволочку. Тонкое, искусно сплетенное кружево… Господи!

Я резко села в постели, распахнув глаза. В предрассветных сумерках, пробивающихся сквозь неплотно задернутые портьеры, проступали очертания незнакомой комнаты. Вчерашний вечер не был кошмарным сном. Всё было реально: бал, герцог, эта ужасная помолвка…

Постель подо мной был непривычно мягкой: пуховая перина, атласное белье, подушки как произведение искусства. Я медленно осмотрелась. Комната поражала размерами — наверное, в ней поместилось бы два моих школьных класса. Массивная мебель из явно дорогого дерева, гобелены на стенах, и повсюду какие-то вазочки, статуэтки, безделушки.

У дальней стены стоял туалетный столик с огромным зеркалом. Я встала с постели, ноги утонули в пушистом ковре, и неуверенно подошла к нему. Столешница была уставлена множеством флаконов, баночек и шкатулок. Я взяла один наугад — какая-то розовая жидкость в изящном хрустальном пузырьке. Духи? Тоник? Яд для неугодных женихов? Я нервно хмыкнула и поставила флакон на место.

А потом наконец посмотрела в зеркало.

Светловолосая незнакомка уставилась на меня удивленными серо-голубыми глазами. Не писаная красавица, но, пожалуй, довольно миловидная: мягкие черты лица, чуть вздернутый нос, россыпь едва заметных веснушек на щеках. Совсем не похожа на мою прежнюю внешность.