— Ну что ты такая непоколебимая? Есть у тебя сердце в конце-то концов? — произносит Киран и, чуть наклонившись, аккуратно спускает меня на землю.
— Есть у меня сердце, — демонстративно стряхиваю с платья несуществующую пыль. — Но ты все время взываешь не к нему, а к тому, что гораздо ниже грудной клетки.
— До тебя никто не жаловался! — злится герцог.
Бросаю на него предупреждающий взгляд. И лорд замолкает. Но вид имеет задумчивый, что дает мне понять — он не сердится, а пересматривает стратегию. Не могу сказать, что мне не нравится. Я, в общем-то, не против его ухаживаний. Просто время он выбрал не самое подходящее, хотя… говорят, для любви любое время подходит. И любой возраст.
Хмыкаю. И обращаю внимание, что вообще-то мы уже приехали. Герцог тактично спешивается и отходит вместе с конем подальше, оставив меня стоять перед высокими воротами.
Стучусь. Никто не отвечает. Но я не теряю решительности, стучу громче.
— Мне нужна леди Вероника Бошу!
В окне дома чуть сдвигается занавеска и снова опускается.
— Я не уйду отсюда! Мне нужно поговорить о графе Севард!
Занавеска опять дергается, но больше нет никакой реакции. Я продолжаю стучать. Открывается окно и из него выглядывает старушечье лицо:
— Подите прочь! Я позову стражей!
— Зовите, но я не уйду! Мне нужно поговорить с леди Бошу!
Окно закрывается, на доли секунды являя мне еще одну женщину, лицо которой я увидеть не успела. И снова тишина. А потом внезапно открывается дверь и ко мне быстрым шагом приближается худощавая, довольно привлекательная барышня лет тридцати, не больше.
— Зайдите! — распахивает передо мной калитку.
Без промедлений, захожу. Дальше мы не идем, леди остается стоять, закрыв за моей спиной калитку. Смотрит испытывающе.
— Кто вы такая?
— Графиня Алария Севард, — отвечаю, не опуская взгляд.
— Вы его жена? — спрашивает.
— Да.
— Я думала… я представляла вас другой. Из его рассказов.
— Вы говорили обо мне? — приподнимаю удивленно бровь.
— Не особо. Просто он упоминал иногда…
— И всегда в крайне уничижительном тоне, — продолжаю за нее.
— Да. Вы так спокойно говорите об этом, вас это не обижает?
— А должно? Обидеть нас могу только близкие и любимые нам люди. А граф и я отныне посторонние люди. Я развожусь с ним.
— Ого, — леди некрасиво выпучивает глаза. — Зачем вам это? Вы уверены в своем решении?
— Более чем. И к вам я пришла за помощью. Чтобы нас развели быстро, при этом оставив мне все то, что еще не успел потратить Амудсен, я должна доказать, что муж нарушал брачный договор. Изменял мне.
— О, нет! — леди отшатывается от меня. — Я не пойду против него!
— Почему?
— Все узнают, что я изменяла мужу! Вы вообще в своем уме предлагать подобное?
— Заседание будет закрытое…
— Уходите! — мне не дают договорить, резко распахивают калитку. — До свидания!
— Пожалуйста, подумайте еще. Если вопрос в деньгах, я заплачу. Если вам нужна услуга — я помогу. Просто окажите помощь и вы мне.
— Нет! Я ни за что на это не пойду! Уходите.
— Хорошо. Я не хочу скандала. Но если вдруг… передумаете…
— Я не передумаю!
— До свидания, — киваю и выхожу на улицу.
Расстраиваюсь, чего скрывать. Хоть и не было особой надежды, что кто-то откликнется, но все же…
— Графиня!
Вздрагиваю, оглядываюсь.
— Эм… я знаю, что граф как-то приглашал к себе одну леди… из полусвета. Ее дом тут недалеко, в одном квартале. У нее муж две недели как умер. Возможно, она сможет вам помочь.
— Дадите точный адрес и имя? — стараюсь не радоваться раньше времени.
— Дом на углу. Перекресток улицы Солнечной и переулка Тернового. Узнаете его по ярко красной калитке. Имени я ее не знаю… вроде бы Мариса… но это не точно.
— Спасибо вам большое. Вы мне очень помогли.
Уже разворачиваюсь, чтобы идти, когда меня за плечо хватает леди Бошу. Вздрагиваю.
— Накажите его!
— Кого? — я слегка теряюсь.
— Амудсена! Заставьте его страдать. Не знайте жалости, как не знал ее он!
И леди Бошу резко поворачивается ко мне спиной, громко захлопнув калитку. Да уж, умел мой почти бывший муж заводить друзей.
Глава 19-1
Сверяюсь со своим списком. И с удивлением вижу в нем третье женское имя. Мариса Верн. Ух ты. Ну, значит, точно нужно туда идти. Цокот лошадиных копыт отвлекает меня от бумажек.
— Ты выглядишь довольной, — замечает герцог.
— Ты так и будешь за мной ходить? — спрашиваю прямо.
— Не ЗА тобой, а С тобой. Ты против?
Подумав, отвечаю:
— Нет, не против.
— Куда теперь едем?
— А мы можем пройтись пешком? Тут недалеко, — спрашиваю.
— А почему нет? Давай погуляем. Погода стоит чудесная. Ты мне расскажешь, зачем ты ходишь по этим адресам?
— У данных леди был роман с моим супругом. Если кто-то из них согласится выступить на суде, я выиграю дело и смогу развестись на тех условиях, какие нужны мне, — отвечаю, пока мы медленно идем по улице. Я — по тротуару, герцог — по дороге.
— Думаешь, кто-то из них согласится придать огласке факт измены?
В голосе герцога вполне оправданное сомнение.
— Сомневаюсь. Но я должна попытаться хоть что-то сделать.
— Возможно, тебе стоит взять хорошего адвоката? — предлагает вариант.
— У меня уже есть. И ей удалось не только добиться принятия заявления, но и договориться о скором заседании.
— И тем не менее. Я тут поговорил со знакомыми, и уже договорился о твоей встрече с еще одним адвокатом, его имя…
Я резко останавливаюсь. Смотрю на герцога.
— Что? — спрашивает.
— Наверное, я не четко сказала, поэтому повторю — у меня уже есть адвокат.
— Нельзя быть такой упрямой, — укоряет герцог, почему-то решивший, что может меня поучать.
— А я на целых пять минут поверила, что мы сможем найти общий язык. Идите домой, Ваша Светлость.
Отворачиваюсь, собираясь перейти улицу и идти к калитке, мы уже пришли. Но меня останавливает герцог. Хватает за руку и удерживает до тех пор, пока я не повернулась и не подняла на него глаза.
— Алария, я тебя подожду здесь. И потом мы еще поговорим.
Киваю и забираю свою руку. Перехожу дорогу, стучу в ворота, потому что калитка заперта. Почти сразу из дома показывается женщина. Пухленькая, хорошенькая. За ее подол цепляются маленький ребенок, а дитя чуть постарше боязливо выглядывает из-за мамкиной спины.
— Кто вы такая и что вам надо? — спрашивает женщина, не выходя из дома.
Кратко ей, как и двум остальных сообщаю имя и зачем я пришла.
— Мне нечего сказать. Уходите!
— Вам нужна помощь. И мне нужна. Почему бы нам обеим не оказать друг другу услугу.
— Вы…
— Я дам вам денег.
Женщина всерьез задумывается. Потом берет младшего ребенка на руки и выходит во двор, чтобы открыть мне калитку.
— О таком не стоит кричать на всю улицу, — говорит мне и жестом показывает, чтобы я шла за ней.
Мы заходим в дом. Небольшой, аккуратный. Кругом почти стерильная чистота, что, учитывая двоих маленьких детей, сравни чуду.
— Леди Верн… — начинаю я.
— Я не леди. Зовите просто по имени. Мой муж был уважаемым человеком, купцом, но мы не знатного рода. Шарль мечтал купить нам титул хотя бы барона. Все копил деньги, — Мариса вздыхает, придвигает мне стул к столу и ставит небольшой, сияющий чистотой чайничек на огонь.
— Мне очень жаль, что у него не получилось, — говорю, чтобы хоть что-то сказать.
— И мне жаль, — женщина садится напротив меня, долго смотрит пустым взглядом в сад за окном. — Я была такой глупой, совершенно не ценила того, что он делал для нас. Почему так в жизни бывает, что начинаешь что-то ценить именно тогда, когда это теряешь?
— Я не знаю. Но так часто бывает, это да.
— Отец выдал меня замуж за Шарля против моей воли. Он был простой рабочий, но для своей дочери хотел другой жизни, лучшей. Это я сейчас только понимаю, а прежде… прежде отказалась от родителей. Даже на похороны не приехала. Ни к отцу, погибшему на шахте. Ни к матери, простудившейся зимой, когда стирала в ледяной реке.
