Я – король Баварии 3 ((Немного богатый Людвиг)) (СИ) - Тарханов Влад

Виктор Эммануил, как любой государь, основам военного ремесла, конечно же, обучался. Высот в этом деле не достиг. На поле боя не появлялся и даже сейчас. Когда враг подходил к его резиденции, этого тем более делать не собирался. Жаль, что генерал Козенц застрял под Венецией! Ему так его не хватало… Впрочем, у него еще были военачальники, на которых можно было положиться. Тот же миланец Рафаэле Алессандро Кадорна! Он начинал свою офицерскую службу еще в Крымскую кампанию, возглавляя один из батальонов стрелков под Севастополем. И далее его карьера шла исключительно в гору: командовал достаточно крупными подразделениями, был назначен руководить войсками на Сицилии, подавил мятеж в Абруццо. В Милане оказался на отдыхе и вот тут его застали боевые действия. Он оказался самым высокопоставленным генералом в окружении короля и сразу же был назначен на должность командующего Миланской армией. Поэтому за готовность своего войска к битве его величество был спокоен.

Конечно, если бы он потратил немного времени и постарался вникнуть в ситуацию хотя бы на вершок глубже, от королевского спокойствия не осталось бы и следа, но тратить время на такие мелочи Виктор Эммануил не собирался. Конечно, перед битвой он поменял свое местоположение с комфортного дворца на роскошный королевский шатер, установленный, впрочем, достаточно далеко от будущего места событий. Окружение короля беспокоилось, чтобы случайный снаряд не потревожил покой государя. В восемь часов по утру король прибыл, позевывая, в свой полевой штаб (сегодня его разбудили безбожно рано) и тут же отдал приказ генералу Кадорна начинать! А сам сел за щедро накрытый стол — ведь из-за спешки он не успел в Монце даже перекусить. Так себе, выпил бокал вина и закусил кусочком сыра, без аппетита! Это ведь не еда, так, разминка перед принятием пищи! Конечно, походный стол короля был на отвращение беден: всего только шесть видов сыра! Давно так плохо его величество не питался! Что-то королевские интенданты совсем мышей не ловят! Надо будет им устроить! Что устроить, его величество продумать не смог: невдалеке заговорили пушки, чем окончательно расстроили пищеварение короля. Чтобы соответствовать, он вышел из шатра, и, в специально подготовленном месте, под навесом, даже попытался в подзорную трубу оглядеть, что там, на поле боя, происходит. Но ничего, кроме клубов дыма, рассмотреть не смог.

В десять часов ему сообщили, что после артиллерийской подготовки итальянские войска перешли в атаку по центру позиции.

— Передайте генералу Кадорно мое благословение! — величаво проронил король, после чего уселся в удобное кресло. Буквально через четверть часа перед ним поставили столик с вином и сырной нарезкой. На сей раз там насчитывалось двенадцать сортов сего продукта и его величество решил, что главный армейский интендант взялся-таки за ум! Занятый вином и закуской король даже не обратил внимание на сообщения о том, что противник артиллерией разносит его левый фланг — есть ответственный генерал, пусть у него за это голова и болит! Вино подействовало на хозяина Апеннинского полуострова слишком уж расслабляюще, и его величество тривиально задремало. Он очнулся только тогда, когда из клубов дыма и пыли выскочили кавалеристы в строгой черной форме и понеслись прямиком на его ставку.

— Чёрные гусары! — взвизгнул кто-то из окружения его величества. Большая часть свиты и охраны бросилась наутек, только один сержант гвардии, герой Италии (посмертно), Маурицио Сальгальдо попытался как-то организовать отпор противнику. Но… у королевской охраны даже ружья оказались не заряжены! Пока они сбили строй и попытались взять его величество в коробочку, кавалеристы врага уже были тут, разметав немногочисленную охрану. И Виктору Эммануилу не оставалось ничего другого, как отдать свою шпагу командиру эскадрона.

— Как вас зовут? — поинтересовался он у статного кавалериста.

— Капитан Пауль фон Шеллендорф, к вашим услугам, Ваше Величество! — отрапортовал тот (говорили они на французском, который оба знали превосходно).

— У вас сегодня удачный день, капитан. — пробурчал король и вернулся к столику с вином, который, по счастливой случайности, не опрокинулся. Налил себе дешевого кьянти, пить что-то более изысканное в этой ситуации у него не поднялась рука, после чего в сопровождении нескольких преданных слуг отправился в плен к врагу.

* * *

Ставка германской императорской армии.

Когда в ставку привезли пленного короля Виктора Эммануила, битва стала стихать сама по себе. Новость о пленении монарха быстро разнеслась по рядам макаронников и их атакующий пыл, не слишком-то и великий, угас окончательно. Баталия была фактически выиграна и до этого счастливого для нас момента. Атаки противника по центру отразили более чем успешно и на правом фланге наша пехота медленно наступала, вслед за валом артиллерийского огня. Когда восемь десятков орудий перепахивают относительно небольшой участок земли, противник в этом аду удержаться не в состоянии! Поэтому и продвигались мои войска почти без потерь, зажимая противника в клещи. А обходной маневр гусарских полков оказался той каплей, которая перевесила всё! В четыре часа по полудни прибыли парламентеры от генерала Кадорна. По приказу короля армия складывала оружие. Более всего я был доволен низкими потерями в нашей армии. Всего триста одиннадцать убитых против трех с половиной тысяч у противника!

Я решил не делать из Италии непримиримого противника. Не потому, что я опасаюсь итальянской армии, нет, она нам, как показали бои — на один зуб, что называется. Нет, мне необходимо было сделать так, чтобы против нас никакой коалиции не возникало. И Рим из этой группировки необходимо убирать. Во-первых, Республика Венетто получала небольшие территориальные приращения, но не более того. Мы никаких земель у Виктора Эммануила не затребовали. А вот приличную контрибуцию (денежная компенсация за ратные подвиги всегда пригодиться) взяли. И гарантами стали германские гарнизоны в Милане и окрестностях. После выплат мы их выведем. Хорошо стимулирует, знаете ли. Тем более, что снабжение и содержание этих подразделений тоже ложится на казну Италии. Королевство признавало наш протекторат над Венецией! Еще один плюс в копилку! Половину военного флота тоже отдавали венецианцам. Этот пункт сильно раздражал короля, но я посоветовал ему сплавить республике устаревшее барахло, от которого все равно следовало бы избавляться. И нагрузка на финансы королевства уменьшиться, и можно будет построить более современные батл-шипы.

В общем, ситуация для нас оказалась более чем интересной. Чтобы уменьшить размер контрибуции, король согласился на поставки итальянской продукции (в первую очередь сельского хозяйства) по льготным ценам в Рейх. А что? Пусть немецкие фрау заправляют в картофельный салат оливковое масло! Кому от этого хуже станет?

Ну а почти в полдень следующего дня нас решили порадовать парадом. Сначала прошли мои войска — аккуратный марш, спокойный сдержанный шаг — как и положено, без всяких там выкидонов ноги на уровень глаз. Ну а потом начался цирк. Не-а, настоящий цирк! Ибо двинулась итальянская армия. Господи, такого расслабленного марша, при котором ноги почти не отрывают от земли, а половина бойцов еще и умудрялась периодически сбиваться с ритма и путать ноги… это нечто! Нет, я муштру терпеть не могу, хотя и понимаю ее психологическое значение, типа единство армии, мы плечом к плечу и так далее… Но такой расхлябанности я еще не видывал! Потом прошла сводная рота берсальеров — мобильных стрелков, ну как прошли, они, скорее пробежали, то ли шагали, то ли бежали — типа фирменный стиль? Ничем не запомнились кроме дурацких шляп с фазаньими перьями. Ну чисто боевые петухи! Видя мой такой чуть ироничный настрой, король пробормотал, что вот сейчас. Ну, тут прошли его личные гвардейцы. Вот эти шли слишком даже красиво, делая мах почти по уровню поясницы. Мой уровень иронии падать не думал…

— Ну да, у меня маршем шли воины, а не цирковые клоуны. — заметил побагровевшему от гнева корольку. Ничего, ему полезно! Неча было принцессу от меня зажимать! Теперь пусть расплачивается! И вообще, будучи в ТОМ времени я аз в году. Как минимум, пересматривал кадры Парада Победы. И что? Там никто ногу не тянул — шли воины, настоящие, шли победители, сломавшие хребет немецкому нацизму вместе со всей Европой в качестве немецких сателлитов! Вот это был самый торжественный марш из тех, что я когда-нибудь видел. И немецкие штандарты и знамена перед мавзолеем Ленина тому свидетели!