Я чувствовала, что от меня идет невероятная мощь ненависти к Черной мгле.
Медленно свечение мое разгоралось и как огромным грибом накрывало защитным куполом границу. Огромным синим куполом над всем мысом. За который Мгла не могла зайти.
Израненные драконы, почувствовав неожиданную помощь, ныряли под купол и возвращались в небо.
Поднимались с земли истерзанные драканы, они могли частично регенерировать, и снова шли в бой.
— Ну, здравствуй, легенда, — прохрипел у моих ног Дэб, весь в стрелах. — Я знал, я верил, что ты повторишь подвиг матери. Теперь у нас две легенды.
— Дара, Дара, наша Дара! Ты смогла, ты всех спасла, снова спасла! — слышу я со всех сторон.
Да, смогла. Смогла!
Если есть Зло, то должно быть и Добро, равное или превосходящее по силе. Иначе зачем было призывать меня в этот мир?
Но битва ещё не закончена.
Я чувствую, как шипит и скукоживается Черная мгла, сыпет именно мне свои чёрные проклятия.
Откуда эта связь, почему я её чувствую?
И битва ещё продолжается, ведь мы отыграли только этот плацдарм.
Я прихожу в себя, меня ещё всю потрясывает. Смотрю на свое синее тело, синие руки, постепенно меняющие цвет на нормальный.
Медленно возвращается сознание. Понимаю, что даже ещё не могу говорить.
Откуда-то из подземных ходов в холме, о которых я даже и не знала, и не слышала, выныривают и выползают раненые бойцы западной и восточной частей границ. Им удалось уйти, когда границу захватили, и удалось не привести за собой врага.
Граница в западной и восточной частях пала, на востоке вообще не было подкрепления драконами, а силы были слишком, слишком неравны.
Оба боевых командира погибли смертью храбрых. Их тел даже не найти, поглотила Мгла.
Прощайте, Вилли Раймонд и Гектор Риччи, друзья моего Маркуса. Вы были славными командирами.
Ещё долетают оттуда, с обеих сторон, раненые драконы, утыканные стрелами, с ранами от взрывов, ныряя с ходу под купол. Но среди них нет их взрослых командиров.
Это молодняк, драконий молодняк, прошедший сегодня войну.
Ставшие воинами. Теперь они здесь взрослые!
Все сосредоточились около и внутри синего купола, который стал намного больше. Примерно в пять раз шире по площади. Драконы для защиты теперь могут бить огнем из-под него, а это очень существенно.
И драконы по команде короля Арчибальда меняют тактику, встают не перед куполом, а под ним, но по периметру и на переднем крае. Держат огнём Чёрную армию, обступившую нас со всех сторон.
Я оглядываюсь, смотрю, какие силы остались у нас.
Уцелело много из тех, кто собрался под куполом или добрался до него.
Но, увы, не все.
Я не чувствую Маркуса. Совсем не чувствую.
Уцелели не все…
Не все!
Глава 34. Потери. Сила истинности
Потери наши огромны...
Сейчас под куполом многократно большей площади, чем он был ранее, можно понять масштабы наших потерь.
Погибло больше половины от тюремного гарнизона Дэба. Самых сильных драканов границы, защищавших нас, магов.
Друзей и соратников командира Дэба Бароу.
Именно благодаря им купол так долго держался, они защищали нас.
Герои Вольтерры!
Погибло много заключённых тюрьмы, пришедших на помощь в самый горячий момент нападения.
Они ведь фактически голыми руками кинулись на врага. Оружие добывали себе в битве. И большинство погибло…
Погибло двое магов. Старший и младший. Маги тихо оплакивают их. Они ведь никуда не уходили, были с нами все время, помогая голубыми нитями и лечением раненых.
Дэб сильно ранен, но держится. Он защищал меня до конца, пока не свалился на развалины памятника.
Он был в этой битве как легендарный король Джоржан, могучий и кряжистый, как дуб.
И рядом с ним также тяжело раненый Черный Ворон, предводитель арестантов. Тоже огромный и могучий.
Они как белое и чёрное, бились рядом последние мгновения битвы.
Все они герои Вольтерры.
Около них хлопочут Грегор, санитарки и маги.
Я переживаю, что не вижу Маркуса. И, что хуже всего, что после своего факельного свечения я и не чувствую его.
Но драконов именно под куполом нет. Ни одного. Неужели все смогли восстановиться?
И все снова на линии огня, снова бьются?
Я помню, как тяжелораненый дракон Маркуса упал к моим ногам, то есть под купол.
Или я уже тогда вышла к памятнику, за пределы? Нет, не так, он упал под купол, тот стал разрушаться, а я вышла к памятнику. И там уже горела синим светом.
Смог мой муж регенерироваться или нет? Там была сильнейшая рана в боку от снаряда, он же почти не дышал! А купол в это время рушился.
Меня мучает сознание, что я не понимаю, где Маркус. Я как будто выгорела, вообще его теперь не чувствую.
Свечение факелом будто убрало из меня истинность, когда я чувствовала мысли дракона.
И это меня очень беспокоит, всегда с этой магией такие фокусы!
А битва все ещё продолжается, просто к куполу теперь никто из врагов не может подойти близко.
Он очень мощный, защитный, ещё и лечит, даёт драконам силы.
Под ним все заживает быстрее.
Драконы словно по очереди залетают в него для восстановления. И снова возвращаются на позиции.
Я и Чёрную мглу больше не чувствую. Ни Маркуса, ни мглу. То ли выжата вся до предела, то ли ещё что.
Мы снова втроём, три женщины-вэлби, стоим, обнявшись. Еще и похожи между собой, все светлые, как раньше говорили — “белая линия” вэлби.
Словно сестры.
Столько эмоций пришлось пережить в этой битве, сердце зашкаливает.
И дикобразики мои все трое с нами рядом. Руська цепляется за мою юбку, плачет от переживаний. Глажу её по волосам, успокаивая.
Она такая маленькая и такая сильная.
Глядя на неё, сердце болит, где и как мой маленький Алекс? Где Маркус, ничего не чувствую…
Слава Богам, многие уцелели И группа уцелевших магов — тоже рядом. И оставшиеся жители.
Многие оплачивают погибших, собирают тела погибших воинов, арестантов и жителей. У них не было магии регенерации.
У них не было шансов уцелеть при стычке со Злом.
Их много, Боги, как их много…
Наконец-то, наконец-то я вижу Маркуса! Кидаюсь к нему. Просто он не в виде дракона. То есть он обратился в человека, не регенеровавшись. И это плохо.
Боги, сколько ран, сколько крови! Около него сидит на земле Барт, он держит голову и плечи Маркуса у себя на коленях. Мэлли уже здесь, смотрит встревоженно.
— Помочь может только истинная. В облике человека помочь может только истинная, — задумчиво повторяет королева Мэлли.
Мой дорогой лорд-дракон лежит с закрытыми глазами, без сознания, прямо на земле. И мне очень тревожно, смогу ли, получится ли у меня.
— Помни про истинность, — говорит Мэлли. — Позволь вашим магиям найти друг друга и соединиться.
И я лечу Маркуса голубыми ладонями, отражающими магическое тепло. Сколько раз на границе я помогала Грегору при операциях, снимала боль.
Но сейчас я одна, при таких тяжёлых ранах.
И я кладу ладони на самые тяжёлые места и смотрю, как под голубым светом раны потихоньку становятся меньше, словно скукоживаются, стягиваются.
Одежда на Маркусе до пояса снята, подложена под него. Ран много, и я передвигаю ладони и свет на новые и новые места.
Руся помогает мне своим волшебным коконом игл, втыкает свои иголочки и в меня, и в кожу рядом с ранами, передаёт энергию Маркусу и мне.
Медленно, медленно стягиваются ужасные раны, бледная кожа на лице слегка розовеет, начинают дрожать веки.
Я снова и снова отдаю Маркусу свое тепло и энергию, пока не начинаю чувствовать ответное тепло, словно наши магии сплетаются вместе.
Маркус открывает наконец-то глаза, смотрит непонимающе, сознание медленно приходит к нему.
— С возвращением, любимый, — смотрю на него сквозь слезы.
— Боги, ты жива, — хрипит он, — все было не напрасно, ты смогла.
