Я забралась на пассажирское сидение под всхлипывания служанки, хихиканье сестры и мрачный взгляд барона.
— Пришли мне свиток, как она доберется до поместья, — приказал он лакею. — За любую задержку шкуру спущу, — барон одарил нас неприязненным взглядом.
— Простите, дорогой муж, — возмутилась я, вылезая из окошка кареты. — Но я, как вы помните, больна.
— И? — презрительно поинтересовался мужчина. — Доедешь, скажи слугам, тебе вызовут лекаря.
— Не доеду, — отрезала я.
— Что?
Что слышал, удод.
— Я не в силах ехать сутки без сна, — буркнула я. — Нам нужна остановка.
— Ты ошалела? — барон с неприязнью шагнул к карете.
Я дернулась назад, но взяла себя в руки.
— А если мне дурно от того, что я беременна? — ехидно поинтересовалась я. — Рискнешь единственным ребенком, барон? Вдруг не выдержу поездки?
Мужчина побледнел.
Сжал губы. Нервно сглотнул. Мелкие глазки забегали от меня к кучеру и служанке.
— Да, леди жаловалась на тошноту, — вдруг подала голос она.
Я почувствовала прилив благодарности. Не жаловалась. Но эта неожиданная поддержка была как нельзя кстати.
Муж дернулся. Раздраженно покосился на Агнешку.
— Хорошо, — процедил барон. — Остановитесь в Ярденской гостинице на ночь. Третий этаж. Ты, — он уставился на наемника, — встанешь у дверей. Ты, — бросил лакею, выглядывавшему из кареты, — ночуешь в смежной с леди комнатой. Не спишь. Охраняешь покой, — ехидно добавил он.
То есть, следишь, чтобы леди в запальчивом безумии не попыталась удрать через окно, — мысленно перевела я его тираду. — А барон-то не дурак. Не ждет, что я как покорная овечка пойду на заклание.
То ли просто никому не доверяет, то ли все же заметил, что характер у его жены переменился. Только потом я узнала, что Аннабель, то есть я, уже пару раз пыталась от него сбежать. Но каждый раз он ловил строптивицу. И каждый раз становился все злее.
— Будет исполнено, — отрапортовали слуги.
Я отлипла от окна и упала обратно на мягкое сиденье. Карета тронулась, и через несколько минут мы мерно покачивались под стук копыт. Слуга, разместившийся напротив, сверлил меня взглядом.
Прикрыла глаза. Надо попытаться расслабиться и задремать. Меня ждала долгая, полная приключений и побегов ночь.
Глава 6
Несколько раз мы останавливались справить нужду. Я вылезала из кареты, вдыхала свежий, прохладный лесной воздух. Опавшие прелые листья, влажная после дождя земля.
Прислушивалась к пению птиц. Жмурилась, когда пригревало солнышко. Здесь было… хорошо.
С интересом поглядывала на лесную чащу. Если план с побегом из гостиницы не удастся, этот — потеряться в чаще во время остановки — станет запасным. Не самый удачный выбор, но попробовать стоит.
Пару раз заводила с кучером и лакеем разговор. Отлавливала по одному. Заходила издалека. Проверяла. Но оба оставались настороже.
Чем же ты их запугал, барон?
Преданность — это или любовь и уважение к хозяину или страх. В уважение к тебе, муженек, я не верю. А вот в страх — запросто.
До Ярдена доехали к вечеру.
Хоть и удалось подремать, я чувствовала себя уставшей. Голова подкруживалась, ноги затекли. Даже попу отсидела. Хотелось одного — немедленно упасть в постель и заснуть мертвым сном. До утра. А лучше до следующего вечера.
Но стоило нам подняться на нужный этаж, как я заголосила:
— Ой, тут пахнет так противно, меня тошнит! Не могу тут ночевать!
Сначала на меня просто рыкнул кучер. Потом попытался договориться лакей. Некоторое время запугивал наемник. Но я продолжала стоять на своем: “Я, похоже, беременна. Запах — кошмар. Спать не могу. Барон лишится ребенка. Всем кранты”. Парни не сдавались, и под конец я начала картинно рыдать.
Что меня не устроило в гостинице? Туалет в комнатах. В комнатах есть, а на этажах — нет. А он был частью моего основного плана. Еще в особняке барона я углядела привычный мне трубопровод. И созрел план.
Через две тщательно исследованных гостиницы и замотанных вконец сопровождающих, я, довольная собой, нашла то, что искала.
Туалеты на этаже. Я тут же юркнула в тот, что на первом — сославшись на длинную дорогу. Удостоверилась, что мне все подходит.
Вышла, довольная собой.
— Будем ночевать здесь, — объявила я.
— Это дешевая таверна, — не понял моих предпочтений кучер. — Вам, леди, действительно здесь ничем не воняет? — с подозрением уставился он на меня. Уверена?
Воняло здесь жареным луком и пролитой на дощатый пол выпивкой. А еще громко ржали засидевшиеся до полуночи посетители. Из туалетов на этаже тоже амиачно попахивало.
Сюда меня явно притащили сравнить условия. Мол, посмотрит леди как тут все устроено, закроет ротик и вернется в нормальное место. Прекратит истерику.
— Все шикарно, — широко улыбнулась я. — Идемте спать. Устала я. Замотали вы меня, ребят.
Сопровождающие раздраженно переглянулись.
Честно? Я думала они меня сейчас убьют. Прямо на месте.
Но мужчины молча потащились к комнатам. Кучер разместился по соседству, наемник встал у дверей. Все, как барон требовал. Даже этажность соблюли. Оплатили комнатушки на третьем, самом верхнем, этаже.
И каморку лакею нашли. Крохотную такую. Без окна и только кровать помещалась. И та — больше раскладушку напоминала. Не самый комфортный отдых в жизни баронского лакея.
Судя по его бормотанию, он меня полночи проклинал.
Ну и отлично. Мне все равно спать нельзя. Я забралась под одеяло. И несколько часов так и лежала, пялясь в потолок и изображая похрапывание, когда лакей подозрительно затихал в коморке.
На рассвете я выбралась из постели. Бодренько отбросила одеяло, оделась и выглянула за дверь. Наемник ожидаемо сидел на полу, прислонившись спиной к стене. К сожалению не спал. Лениво водил кончиком ножа под доскам пола. Рисовал что-то воображаемое. Под глазами у него от усталости залегли синяки.
Отлично, отлично.
— Я в туалет, — обрадовала наемника я.
И тут же потрусила в нужную сторону.
— Эй, — наемник вскочил на ноги. Охнул — отсидел себе все, бедняга. Но все же схватил меня за запястье. — Одной не велено, — ощерился он.
— Я с вами в туалет не пойду! — праведно возмутилась я.
— Не со мной, — разочарованно буркнул наемник.
Открыл дверь в мои комнаты и крикнул:
— Эй, друг! Сопроводи леди нужду справить, — он снова ощерился, оглядывая меня.
Мрачный, невыспавшийся лакей появился через минуту. Одарил меня зверским взглядом, обещавшим месть по приезду в особняк барона.
И молча двинулся следом к туалетам.
Едва забравшись в кабинку, я достала еще ночью припасенные тряпки. Тонкая нижняя рубашка, шелковое белье. Жалко, но что поделать. Их я по очереди бросила в унитаз. Включила смыв, удостоверилась, что план удался. Повторила.
И расстроенная сверх меры выскочила за дверь.
Лакей мрачно взирал на меня.
Прекрасно, прекрасно.
— Тут засор, — запричитала я. — Очень писать хочется.
Лакей раздраженно сжал челюсть. Рывком открыл дверь кабинки. Удостоверился, что я не вру.
— Идемте… леди, — рявкнул он.
Я послушно засеменила за ним в туалеты на втором этаже. К удивлению лакея они тоже оказались в нерабочем состоянии.
Уж простите меня владельцы таверны. Как заработаю, пришлю вам денег на ремонт. Но сейчас моя жизнь важнее ваших унитазов.
Наконец, мы оказались на первом этаже.
Я с благодарностью юркнула в туалет. Заперла дверь и усиливалась на небольшое окошко под потолком. Ох, надеюсь, я все правильно рассчитала и смогу в него пролезть.
Через пару минут, кряхтя и чертыхаясь, я змейкой просочилась через окошко туалета. Шлепнулась на землю заднего двора. Встала, отряхнулась. Мысленно поблагодарила владельцев и посетителей таверны за чистоту снаружи.
И ринулась прочь.
Мои сопровождающие уже через пару минут заподозрят, что что-то не так. Начнут стучать и орать. Еще через десять решатся выломать дверь в туалет.
