Вечно молодой (СИ) - Ромов Дмитрий

— Да, я и не рассчитываю на это. Я по большому счёту о ваших делах вообще ничего не знаю, так что управлять ими не возьмусь.

— Возьмёшься. Не сейчас, но потом, попозже. Успеешь ещё.

— Да я не тороплюсь, Глеб Витальевич.

— Ладно. Я хочу, чтобы ты полетел к Давиду и выслушал его предложение. И не отказывался сразу. Давай поиграем с ним в игру.

— О да, — усмехнулся я. — Игра — это моя стихия. Но сначала мне надо смотаться в Верхотомск.

— Зачем ещё? — насторожился он.

— С Садыковым ведь тоже играть надо. Перетереть опять же.

— Что ты с ним будешь тереть?

— Очередная сессия вопросов и ответов. Я же его агент. Придётся держать ответ. Посмотрим, что ему взбредёт в голову.

— А что было в Стамбуле?

— Да ничего такого, — пожал я плечами. — Ничего особенного. Съезжу на денёк. А оттуда рвану к Давиду.

— Обедать будешь?

— Спасибо, но нет. Пойду куплю торт для Ангелины.

— Передай, чтобы приехала ко мне. Скажи, дедушка соскучился.

Я вышел в сад, ставший волшебным, красивым, белым, превратившимся в настоящую сказку. После турецкой промозглой погоды московская зимушка оживляла ностальгические чувства, да даже и романтические, чего уж там. Впрочем, нужно было заниматься делами.

Я достал телефон и набрал номер Жанны.

— Жанна Константиновна, — сказал я, когда она сняла трубку. — Привет.

— Привет от старых штиблет, — ответила она.

— Ты в Москве?

— В Москве. А ты?

— И я в Москве.

— Ну, значит, сегодня вечером встретимся и поговорим.

— Ты приняла решение?

— Да, — ответила она коротко.

— Положительное?

— Положительное. Впрочем, я не знаю, какое из моих решений для тебя является наиболее положительным. Ладно… Я буду часов до семи занята.

— До семи… — хмыкнул я. — Ну, тогда приезжай в аэропорт.

— В какой ещё аэропорт?

— В Шереметьево. Я лечу в Верхотомск.

— Заколебал ты летать уже, лягушка-путешественница. Лечу я, лечу… Ладно, я позвоню тебе часиков в пять. Постараюсь закончить пораньше.

— Хорошо, — согласился я.

Поговорив с Жанной, я набрал номер Михаила. Мишка не ответил. Через минуту пришло сообщение: «ПЕРЕЗВОНЮ».

Ну ладно. Я кивнул и пошёл не торопясь в сторону любимой кафешки Ангелины. От мыслей, которые лезли в голову, я отмахивался, не впускал их. Было хорошо, приятно и даже будто бы легко. Без всех этих мыслей жить было просто замечательно. Я шагал по мягкому снегу, слушал скрип, чавкающие звуки проезжающих машин. Смотрел на пешеходов. Кто-то спешил, а кто-то, как я, шёл не торопясь и наслаждался этой погодой.

Прохожих было не так много. Попадались одиночки и парочки. Я свернул в переулок, чтобы срезать путь. Одна парочка шла прямо передо мной метрах в тридцати. Я улыбнулся, глядя на них и вдруг… остановился как вкопанный.

Парень с девушкой подходили, к такси, стоящему в переулке за углом дома с кафешкой, где продавали самый лучший торт в жизни Ангелины, за которым я, собственно, и вышагивал. Да только, не дождавшись меня, она, похоже, уже сходила туда, в это кафе. И теперь возвращалась оттуда в обнимку с Мэтом.

Мэт открыл дверцу, а Ангелина чуть повернула голову, и я заметил выражение её лица. На мой взгляд, именно так и выглядело счастье…

ОТ АВТОРА:

БОЛЬШИЕ СКИДКИ на книги Михаила Дорина!

https://author.today/post/832242

Друзья, эти книги читают боевые лётчики, потому что они максимально достоверные, захватывающие и увлекательные. Присоединяйтесь!

24. Я мог бы выпить море

Земля не задрожала у меня под ногами, не закачалась и не разверзлась, открывая дорогу в Тартар. И небеса не обрушились на землю. Не потемнело в глазах, в голове не раздался колокольный звон и не случилось ничего нового, чего бы не случалось с людьми до нас и не будет случаться после. И я не получил никакого урока и не узнал о человеческой природе ничего нового. Всё это уже было и случится снова, как заметил Экклезиаст. Тем не менее, радость за счастье других людей я почему-то тоже не испытал.

Я вынул из кармана мобильный и набрал номер Ангелины.

— Сергей! — воскликнула она так, будто действительно была рада меня слышать и не могла дождаться, когда же я наконец-то позвоню.

— Привет, — сказал я.

— Привет. Ты что, уже закончил? — спросила она удивлённо.

— Угу.

— И тебя дедушка уже отпустил?

— А ты ждала, что не отпустит?

— В смысле? Вы что, уже пообедали так быстро?

— Нет, я не стал с ним обедать, — хмыкнул я. — Хотел пообедать с тобой.

— Блин… — протянула она, как будто действительно расстроилась. — Блин, Серёжа. Ну… Ты ещё у дедушки?

— Нет, я уже у тебя. Правда, у меня ключей нет, поэтому мне приходится стоять под дверью и превращаться в сугроб.

— Блин, блин, блин! Слушай, ну я не ожидала, что ты так рано закончишь. Мне тут надо было смотаться в одно место… Выбрать платье. Как раз сейчас оказалось свободное окно в салоне.

— Платье? — переспросил я.

— Ну да, платье. На обручение. На помолвку то есть. Ладно, Сергей, слушай, зайди пока в кафешку, пообедай, а я приеду где-то… — она задумалась, соображая, сколько ей надо времени, — через час или полтора. Ты как раз поешь спокойно, не торопясь, и я вернусь.

— Угу, — сказал я. — Ладно. Без проблем. Скажи только точнее, во сколько ты будешь дома?

— Ну… давай для верности через два часа. Через два часа уже точно буду.

— Думал, что выбор платья значительно более долгая процедура.

— Я постараюсь всё сделать быстро, — засмеялась Ангелина.

Я усмехнулся. Любопытно, что и радость, и вина, и сожаление, как и все остальные эмоции, которые она выдала за время нашего разговора, казались вполне искренними.

— Хорошо. Тогда я приду через…

— Я зайду за тобой в кафе. Жди меня там…

— Не нужно, — ответил я. — Я приду к тебе домой примерно через два часа.

Завершив разговор с Ангелиной, я собрался звонить Жанне, но телефон пикнул. Пришла смска от генсека.

«Можешь позвонить?»

Я тут же набрал его номер.

— Миш, привет.

— Привет, Серёга. Короче, обращения к базе данных были. Но откуда, я пробить не сумел. Я все временные отрезки, полчаса до и полчаса после, там, где ты был зафиксирован, всё определил. Ты в принципе засветился, но мало где. Поэтому можно ломануть видео, создать проблемы с изображением и оставить нетронутыми всего несколько кадров.

— Так и несколько кадров могут иметь решающее значение, — с сомнением сказал я.

— Могут, но можно кое-что организовать. Сам я монтаж сделать не смогу, но знаю одного человечка, который точно сможет. Весь этот чейндж, конечно, будет стоить до хрена тугриков, но зато результат получится… скажем так, очень даже приемлемым. Мы сильно усложним опознание, и если файл ещё не ушёл далеко, этого будет достаточно. Исходник мы подчистим, но на скачанные копии я уже не повлияю, естественно. В любом случае, можно сделать так, что лицо будет не уликой, а грязным пятном.

— Понятно, — проговорил я. — То есть будет видно, что исходник правили?

— И да, и нет. Смотря как копать будут. Мы заменим твою рожу. Вряд ли кому-то придёт в голову проверять, редактировали ли запись. С чего бы? Но если специально копать, подозрения могут остаться. Только быстро и уверенно доказать монтаж довольно трудно. Вот такое предложение. Если знаешь, кто уже скачал материалы, могу попробовать заглянуть к ним на серваки, но это очень вряд ли. Из раздела фантастики. Ферштейн?

— Я понял. Миша, я понял. Ферштейн. Спасибо. Делай, пожалуйста. Оплата по первому требованию.

Закончив с ним, я позвонил Сучковой.

— Жанна Константиновна, привет. Слушай, у меня тут всё очень быстро меняется. Давай поговорим, не откладывая на вечер. Мало ли что там случится. Ты что, даже на полчаса вырваться не можешь? Нахрена тогда было перебираться в Москву, если ты здесь сама себе не принадлежишь?