Новая жизнь Эвелин (СИ) - Крамская Елена

Я присела рядом с ним на какой-то бочонок, не обращая внимания на то, что могу испачкать свое дорогое шелковое платье. Мой внутренний психолог из 21 века не мог пройти мимо такого махрового синдрома самозванца.

- Сонни, посмотрите на меня, - я строго заглянула ему в глаза, - Не говорите ерунды. Мисс Хадсон - взрослая, очень умная женщина, которая управляет школой, полной демонических подростков. Она прекрасно видит, кто вы такой. Вы не скрывали от нее свой золотой зуб, верно?

- Не скрывал.

- И она знает, что вы не профессор литературы, а «фармацевт» с интересными связями?

- Догадывается, - он шмыгнул носом.

- Если вы дожили до дня своей свадьбы, и она все еще хочет сказать вам «да», значит, уже не разлюбит. Женщины любят не за идеальную биографию, Сонни. Они любят за то, как мужчина заставляет их себя чувствовать. Вы заставляете ее чувствовать себя любимой и защищенной. Не позволяйте всяким дурным мыслям рождаться в вашей голове и портить этот день. У вас просто классический мандраж. Это бывает со всеми.

- Вы правда так думаете, Эви? - он посмотрел на меня с такой надеждой, словно я была оракулом, - Вы правда думаете, что я смогу сделать ее счастливой?

- Я абсолютно в этом уверена, - я тепло улыбнулась и похлопала его по широкому плечу, - А теперь, мистер Капелло, потушите свою зловонную сигару, расправьте плечи и пойдемте. Дайте шанс этой прекрасной женщине быть счастливой и, наконец-то, стать вашей законной женой. Иначе миссис Морган скормит вас рыбам в заливе, а я ей в этом помогу.

Сонни криво усмехнулся, бросил сигару на землю, тщательно растоптал ее блестящим ботинком и шумно выдохнул.

- Вы правы, Эви. Я же мужчина, черт возьми. Пойдемте.

***

Когда началась церемония, я стояла в первом ряду, рядом с сияющим Джеком. Я увидела Сонни, замершего у алтаря в счастливом, почти благоговейном ожидании. Он постоянно теребил пуговицу на пиджаке, но его глаза горели. Все-таки странно и удивительно порой наблюдать, как любовь способна расцвести там, где ее совершенно не ожидаешь - между криминальным авторитетом и чопорной учительницей.

А потом заиграл Бобби Морган (сын нашей экономки) и его джазовый бэнд. Они заиграли не классический свадебный марш, а красивую, медленную, немного меланхоличную мелодию. Двери старой каменной часовни распахнулись…

По толпе гостей пронесся коллективный вздох восхищения. И вот она, грациозная, ошеломительно красивая мисс Хадсон вошла в эти двери. На ней было платье цвета слоновой кости, расшитое бисером, а на волосах - изящная кружевная фата. Она выглядела не как строгая попечительница, а как настоящая кинозвезда немого кино.

Проходя мимо меня, она на секунду замедлила шаг.

- Спасибо, что поговорили с ним, Эвелина, - одними губами шепнула она мне.

- Как вы узнали, что он пытался сбежать? - так же тихо удивилась я.

Она хитро улыбнулась сквозь фату.

- Я знаю его. С виду он грозный медведь, но в сердечных делах робок и несмел, как мальчишка. Ему нужен был толчок.

***

Церемония была скромной, без лишнего пафоса, но невероятно душевной. Когда Сонни и мисс Хадсон, дрожащими голосами, произнесли свои клятвы верности, я почувствовала, как к горлу подкатывает предательский комок, а на глаза наворачиваются слезы. Я, прожженный циник из 2026 года, плакала на свадьбе гангстера. Настало время для поцелуя. Сонни обнял ее так бережно, словно она была сделана из тончайшего фарфора. Это был удивительный момент, и я не смогла бы подобрать слов, чтобы описать его красоту.

Торжественный прием на лужайке прошел бурно, шумно и оживленно. Шампанское лилось рекой (в обход «сухого закона», разумеется - Сонни обеспечил лучшие поставки), играл джаз, гости смеялись. Миссис Морган превзошла саму себя в своих кулинарных приготовлениях - ее трехъярусный торт стал звездой вечера и шедевром архитектурной мысли.

Я стояла у импровизированной танцплощадки, когда ко мне подошел Джек. Он выглядел умопомрачительно в своем темном костюме.

- Позволите пригласить вас, мисс Пелл?

- С удовольствием, мистер Хейзен.

Мы вышли в центр круга. Заиграла медленная, тягучая мелодия. Джек обнял меня за талию, притягивая к себе ближе, чем того требовали приличия 1920-х годов.

- Отличная вышла свадьба, не правда ли? - шепнул мне Джек на ухо, когда мы плавно кружились в танце.

- Просто великолепная. Они выглядят такими счастливыми. У меня даже появилась надежда на человечество.

- Как думаешь, Эви, мы когда-нибудь окажемся на их месте? - его голос вдруг дрогнул, став серьезным.

Я подняла на него глаза. Мое сердце замерло.

- Все возможно, Джек. В этом безумном мире возможно абсолютно все.

- Тогда, я хочу, чтобы оно было у тебя, - Джек остановился прямо посреди танцующих. Он залез в карман пиджака, достал знакомую маленькую коробочку из зеленого, потертого бархата и с замиранием сердца протянул ее мне.

Коробочка щелкнула. На белом шелке лежало оно. То самое старинное, платиновое, с огромным бриллиантом прабабушкино кольцо. То самое кольцо, которое успело побывать на пальце Мари, которое я утопила в японской раковине, и которое Джек героически спасал из канализационной трубы в Токио.

- Боже, Джек. Ты сохранил его?

- Выходи за меня, - он тихо рассмеялся, видя мою панику, но в его глазах стоял вопрос.

У меня перехватило дыхание. Вся моя жизнь, все мои прыжки во времени, все потери и победы свелись к этой одной секунде.

Я достала холодный металл из коробочки, полюбовалась несколько мгновений тем, как бриллиант ловит лучи закатного солнца, и сама, не дожидаясь, надела его себе на безымянный палец левой руки. Оно село идеально. Словно всегда там и было. Словно ждало именно меня сквозь поколения.

- Я буду носить его с огромным удовольствием, Джек Хейзен, - прошептала я, чувствуя, как по щекам снова катятся слезы.

Джек наклонился и поцеловал мои пальцы легко и нежно, а потом притянул меня для настоящего поцелуя.

- Тетя Эви! Тетя Эви! Джек сделал тебе предложение?! - нашу интимную идиллию прервал восторженный детский визг. Ко мне, расталкивая гостей, подбежала раскрасневшаяся и абсолютно счастливая Шарлотта, - Это правда?! Я видела коробочку!

Я еще не успела открыть рот, чтобы что-то сказать, как моя девятилетняя племянница схватила мою левую руку, на которой ярко сверкало кольцо, и завизжала от радости с такой силой, что оркестр сбился с ритма.

- Какое оно красивое! Оно огромное! Значит, Джек теперь будет жить с нами?! Ура!

- Шарлотта, ш-ш-ш, тише! Погоди! - я в панике попыталась спрятать руку за спину, оглядываясь по сторонам, - Давай пока оставим это в строгом секрете. Сегодня другой праздник, мы не должны перетягивать внимание с невесты!

Но было поздно.

***

- Минуточку внимания, господа и дамы! - раздался звонкий голос.

Мисс Хадсон - точнее, уже полноправная миссис Капелло - стояла на ступеньках веранды и звонко стучала серебряной ложечкой по хрустальному бокалу с шампанским.

- Пора кидать букет! Традиция есть традиция! Незамужние дамы, подходите ближе! Не стесняйтесь! Эвелина! - она вдруг уставилась прямо на меня, как коршун на добычу, - Эвелина Пелл, идите сюда и не пытайтесь спрятаться за спиной мистера Хейзена, я все прекрасно вижу! Вы от меня в школе не спрятались, и сейчас не выйдет!

- О, Господи, только не это, - простонала я, пытаясь ретироваться в сторону кустов, но гости уже выталкивали меня в центр лужайки.

- Девочки, Шарлотта, Элен, тоже идите сюда! - командовала миссис Капелло, - Если уж мне, в моем почтенном возрасте, приходится участвовать в этом мракобесии, то и вы должны быть здесь. Вы тоже когда-нибудь выйдете замуж!

Выстроилась жидкая шеренга из смеющихся девушек. Я встала в самом конце, намереваясь в нужный момент просто пригнуться. В 2026-м я терпеть не могла эту унизительную традицию битвы за веник, и здесь мое мнение не изменилось.

Невеста повернулась к нам спиной, размахнулась и бросила. Букет роскошных белых пионов взлетел в воздух, описал идеальную параболу и, словно самонаводящаяся ракета (я клянусь, она целилась именно в меня, используя какие-то математические расчеты из геометрии!), спикировал прямо на меня. Я инстинктивно, чтобы он не ударил меня по лицу, выставила руки и поймала его. Хлоп!