Когда секретарь вышла, я несколько секунд просто смотрела на конверт, не решаясь открыть его. Прошла неделя с того дня, как Родерик и Софи неожиданно появились в школе. Неделя, в течение которой я старательно убеждала себя, что эта встреча ничего не значит, что прошлое осталось в прошлом, что мои чувства к Родерику давно умерли.
Наконец, я вскрыла конверт и развернула письмо.
«Мисс Свон,
Надеюсь, это письмо застанет Вас в добром здравии.
Софи не перестаёт говорить о Вас с момента нашего визита в школу. Она очень хотела бы продолжить общение. Если Вы не возражаете, я был бы признателен, если бы Вы назначили удобное для Вас время встречи.
С уважением,
Р. Бельмонт»
Письмо было коротким, формальным, почти деловым. Никаких личных ноток, никаких намёков на наше прошлое. Только вежливая просьба о встрече для Софи.
Я не знала, чувствовать облегчение или разочарование. С одной стороны, формальный тон письма делал ситуацию проще — никаких эмоций, только договорённость о встрече с Софи. С другой… часть меня, та самая предательская часть, которая всё ещё хранила воспоминания о счастливых днях в поместье Бельмонт, ожидала чего-то большего.
Я взяла чистый лист бумаги и написала ответ, стараясь выдержать такой же нейтральный тон.
«Герцог Бельмонт,
Благодарю за письмо. Я буду рада увидеться с Софи в эту субботу, если это удобно. Предлагаю встретиться в Центральном парке у фонтана в два часа пополудни.
С уважением,
О. Свон»
Запечатав конверт, я отдала его миссис Джексон для курьера и вернулась к проверке тетрадей, но сосредоточиться уже не могла. Мысли постоянно возвращались к предстоящей встрече. Я скучала по Софи, действительно скучала. Но встреча с ней означала и встречу с Родериком. Была ли я готова к этому?
Суббота выдалась на удивление тёплой для начала осени. Я пришла в парк немного раньше назначенного времени и села на скамейку у фонтана. Вокруг гуляли семьи с детьми, влюблённые пары, пожилые люди, наслаждающиеся погожим днём. Я наблюдала за ними, думая о том, как странно устроена жизнь — у каждого из этих людей своя история, свои радости и печали, свои тайны.
Ровно в два часа я увидела их — Родерик и Софи шли по главной аллее парка. Он опирался на трость, но двигался уверенно, лишь слегка прихрамывая. Софи что-то оживлённо рассказывала ему, размахивая руками, а он слушал с лёгкой улыбкой.
Когда они приблизились, Софи заметила меня и бросилась вперёд.
— Ольга! — воскликнула она, обнимая меня. — Я так рада тебя видеть!
— Я тоже рада, Софи, — ответила я, обнимая её в ответ.
Родерик подошёл медленнее, с достоинством кивнул мне.
— Мисс Свон, — сказал он.
— Герцог Бельмонт, — ответила я так же формально.
Софи переводила взгляд с него на меня, явно недовольная этой официальностью.
— Родерик, ты пойдёшь с нами гулять? — спросила она.
Он покачал головой.
— Нет, идите вдвоём. Я только буду вас задерживать, — он слегка постучал тростью по земле. — К тому же, вам наверняка есть о чём поговорить без меня.
Я поняла, что дело не только в его травме. Он не хотел смущать меня своим присутствием, давал нам с Софи возможность пообщаться свободно.
— Я буду ждать вас здесь, — добавил он, садясь на скамейку. — Не торопитесь.
Мы с Софи пошли по аллеям парка. Она держала меня за руку и без умолку болтала — о новой гувернантке, о книгах, которые читает, о визитах в дом Рочестеров и играх с их внучкой. Я слушала её, задавала вопросы, рассказывала о своей школе и ученицах.
— А ты правда теперь директор школы? — спросила Софи.
— Да, — ответила я. — Помнишь, я рассказывала тебе о проекте школы для девочек? Теперь это стало реальностью.
— И ты учишь их географии? — в её глазах загорелся интерес.
— Конечно. И истории, и математике, и естественным наукам.
— Родерик купил мне несколько книг о разных странах, кораблях и навигации, — сказала она с гордостью. — Но мне пока сложно в них разобраться. Там столько незнакомых слов и странных карт.
Она немного помолчала, а потом добавила решительно:
— Я хочу изучать географию. Когда я вырасту, я стану капитаном корабля и буду путешествовать по всему миру.
Я улыбнулась её энтузиазму.
— Это замечательная цель, — сказала я. — Но знаешь, настоящие капитаны изучают не только географию. Они должны хорошо разбираться в математике, чтобы рассчитывать курс корабля. Знать историю разных стран и народов. Владеть иностранными языками, чтобы общаться в портах.
Глаза Софи расширились.
— И всему этому учат в твоей школе? — спросила она с восхищением.
— Да, — кивнула я. — Мы стараемся дать нашим ученицам разносторонние знания. Чтобы они могли выбрать любой путь в жизни.
Лицо Софи приняло серьезное выражение. Я видела, что в её голове роятся какие-то мысли, но она пока не готова ими поделиться.
Мы гуляли около часа, потом купили мороженое у уличного торговца и медленно пошли обратно к фонтану. Родерик всё ещё сидел на скамейке, читая книгу. Увидев нас, он убрал её в карман и поднялся.
— Как прогулка? — спросил он.
— Замечательно! — воскликнула Софи. — Ольга рассказала мне о своей школе и о том, чему там учат девочек.
— Я рад, — сказал Родерик, и в его голосе действительно звучало удовлетворение. — Нам пора, Софи. Не будем злоупотреблять временем мисс Свон.
— Но мы ведь ещё увидимся? — спросила Софи, глядя на меня с надеждой.
Я посмотрела на Родерика. Он слегка кивнул, давая понять, что не возражает.
— Конечно, — сказала я. — Может быть, в следующую субботу?
Мы договорились о времени и месте встречи, и они ушли. Я смотрела им вслед — высокий мужчина с тростью и маленькая девочка, держащая его за руку. Что-то в этой картине заставило моё сердце сжаться от непрошеной нежности.
Глава 57. Жажда знаний
Так начались наши регулярные встречи с Софи. Каждую субботу Родерик привозил её в условленное место, а затем ждал, пока мы нагуляемся. Иногда это был парк, иногда — книжная лавка мистера Картера, который был в восторге от любознательной девочки, иногда — кондитерская, где мы пробовали разные десерты.
Родерик всегда держался на расстоянии — вежливый, сдержанный, ненавязчивый. Он никогда не присоединялся к нашим прогулкам, хотя Софи часто приглашала его. Всегда находил какой-нибудь предлог — то нога беспокоит, то есть дела, требующие внимания.
Я замечала, что его хромота то усиливалась, то становилась менее заметной. В хорошие дни он почти не опирался на трость, в плохие — заметно щадил правую ногу. Но он никогда не жаловался, не говорил о своей травме. Только однажды, когда погода резко испортилась во время нашей прогулки, и начался дождь, я заметила, как он поморщился, вставая со скамейки.
— Колено? — спросила я, не удержавшись.
— Ничего страшного, — ответил он. — Просто реагирует на перемену погоды.
Больше мы об этом не говорили.
Софи тем временем становилась всё более открытой. Она приносила показать свои рисунки, рассказывала о книгах, которые прочитала, делилась своими мечтами о путешествиях. Я видела, как расцветает её личность, как растёт её уверенность в себе, и это радовало меня.
В начале октября я организовала для своих учениц экскурсию в Естественнонаучный музей. Там была новая выставка, посвящённая великим географическим открытиям, с моделями кораблей, старинными картами и навигационными приборами — всё то, что могло заинтересовать девочку, мечтающую о путешествиях.
— Софи бы это понравилось, — подумала я вслух, планируя экскурсию.
И тут меня осенило — почему бы не пригласить её? Это было бы познавательно и интересно для неё, а также дало бы ей возможность пообщаться с другими девочками её возраста.
В следующую субботу я предложила эту идею Родерику.
— Я организую экскурсию для своих учениц в Естественнонаучный музей в следующую среду, — сказала я. — Там сейчас выставка о великих географических открытиях. Думаю, Софи было бы интересно. Если вы не возражаете, конечно.
