Это была не та, которую легко обмануть.
И не та, которая легко доверяет.
— Миледи, — сказала она, как только увидела Марту. — Мне уже сказали, что вы придёте.
— И что сказали?
— Что у вас есть еда, за которую люди будут платить.
Марта поставила миску на стойку.
— Проверим?
Женщина не спешила.
Сначала посмотрела на неё.
Потом на Фиону.
Потом на миску.
Потом сняла крышку.
Запах поднялся вверх.
И на секунду таверна… замолчала.
Не полностью.
Но рядом — да.
— Это что? — тихо спросила хозяйка.
— Еда, — сказала Марта. — Которую будут просить.
Женщина взяла ложку.
Попробовала.
Замерла.
И это было лучше любого слова.
Потом медленно выдохнула.
— Чёрт… — сказала она.
Марта чуть склонила голову.
— Вот именно.
Женщина поставила миску.
— Сколько?
— Десять процентов с продажи.
— Много.
— Мало, — спокойно ответила Марта. — Ты будешь зарабатывать больше.
— А если не пойдёт?
— Тогда не будешь платить.
Пауза.
Женщина смотрела.
Долго.
— И рецепт?
— За отдельную плату.
— И сколько?
Марта назвала цену.
Фиона рядом даже не дышала.
Женщина хмыкнула.
— Смело.
— Практично.
— А если я просто… попробую сама?
Марта чуть улыбнулась.
— Попробуй.
Пауза.
И вдруг женщина рассмеялась.
Громко.
— Вот это мне нравится! — сказала она. — Ладно. Десять процентов.
Она протянула руку.
— Марта.
— Хильда.
Они пожали руки.
И это был первый контракт.
Без бумаги.
Но с пониманием.
— Сегодня попробуем, — сказала Хильда. — Если люди съедят — завтра варим больше.
— И специи покупать будешь у меня.
— У тебя?
— Через меня.
Женщина прищурилась.
— Ты не только готовить умеешь.
— Я умею жить.
Хильда усмехнулась.
— Это видно.
Когда они вышли, Фиона не выдержала.
— Миледи… это… это получилось!
— Да.
— Это деньги!
— Да.
— Настоящие!
— Да, Фиона.
Она остановилась.
Посмотрела на неё.
— И это только начало.
Фиона кивнула.
Серьёзно.
Как взрослая.
К тому времени, как они вернулись в замок, во дворе уже ждали.
Хасан.
И…
Мойра.
Она стояла у колодца.
Лицо — натянутое.
Глаза — злые.
Но уже не уверенные.
— Миледи, — сказала она. — Нам нужно поговорить.
— Нет, — ответила Марта.
И пошла дальше.
Это было хуже, чем крик.
Игнор.
Мойра побледнела.
— Вы не имеете права…
Марта остановилась.
Медленно повернулась.
— Я имею месяц, — сказала она тихо. — И этого достаточно.
Пауза.
— Ты воровала, — добавила она.
Тишина.
— Ты кормила дом хуже, чем могла.
— Я…
— Молчи.
И впервые Мойра… замолчала.
Потому что в голосе Марты не было ни злости.
Ни крика.
Только уверенность.
Та, которая не оставляет места для спора.
— Завтра ты покажешь мне кладовые, — сказала Марта. — Всё.
— Это моя работа!
— Уже нет.
Она отвернулась.
И ушла.
Хасан пошёл за ней.
Фиона — тоже.
А за спиной осталась женщина, которая впервые за долгие годы не знала, что делать.
Иэн ждал.
У окна.
Свет ложился на его лицо так, что подчёркивал уже не слабость.
А силу, которая возвращалась.
— Ну? — спросил он.
— У нас есть деньги, — сказала Марта.
Он усмехнулся.
— Так быстро?
— Да.
Она подошла ближе.
