На темной стороне (СИ) - Кас Оксана

Ха Ари все еще смотрела на племянницу с подозрением, потом обратилась к Минсо:

— Ваша группа, судя по всему, весьма успешна, раз айдолы могут себе позволить… такие дорогие вещи.

— Костюм действительно подарили спонсоры, но вряд ли вы имели в виду его, — улыбнулась Минсо.

В ее голосе слышалось нечто елейное, словно она едва сдерживается, чтобы не послать Ха Ари максимально далеко и максимально неприлично, поэтому и добавила в голос побольше «мёда». Видимо, они не ладят. Хару певица тоже не понравилась, поэтому он спокойно дополнил:

— Часы — это семейная реликвия. Скорее всего, именно их вы имели в виду.

— Семейная реликвия? — вздернула брови Ха Ари.

— Ученики и друзья моего прадедушки купили ему эти часы как подарок к юбилею… увы, но прадедушка не успел его получить — умер раньше. Часы в итоге передали дедушке, а он подарил их мне, — пояснил Хару.

Такая подробность совершенно не была необходима, но он тоже начал испытывать некоторое раздражение по отношению к Ха Ари. Какая-то неприятная особа. Всего лишь певица, а общается будто королева.

— И кем же был ваш прадед, что его ученики сделали ему настолько дорогой подарок?

— Вы вряд ли его знали, он был ученым. Нам Хансу, — спокойно ответил Хару.

Ха Ари вряд ли его знала, у нее на лице ни один мускул не дрогнул, но тут к Хару подошла госпожа Ли.

— Простите великодушно! — извинилась она перед Ха Ари, — Но с Хару очень хочет познакомиться один человек. Я вас представлю, пойдёмте. Еще раз простите!

Судя по тому, как Ха Ари кланялась госпоже Ли, ее-то она знала, причем, хорошо. Насколько Хару вообще понял из рассказов бабули, личная коллекция произведений искусства четы Ли уже в начале нулевых была одной из самых больших в стране. Прошло уже двадцать лет и, скорее всего, они только увеличили количество редкостей в своем доме. Господин Ли — крупный акционер сразу нескольких компаний. Раньше он активно вкладывал деньги в бизнес, сейчас они, кажется, живут на дивиденды с прошлых вложений.

Госпожа Ли познакомила Хару с владельцем достаточно крупной косметической компании, который когда-то сотрудничал с его прадедушкой. Хару так и не понял, как человек из научной лаборатории с военным уклоном начал производить тени и помаду, но знакомству был рад. Затем Хару познакомили с нынешним куратором национального музея. Потом был мужчина, который сейчас занимает бывшую должность прадедушки, он тоже физик. И уже почти в самом конце Хару познакомили с владельцем частного университета, в который хотел поступить Хару.

— Я очень рад познакомиться с правнуком Нам Хансу, — с улыбкой сказал директор Хван, владелец университета, — Когда-то он поддержал меня в выборе профессии, поговорив с моими родителями и… так сказать, благодаря ему я не сбежал из дома в восемнадцать. Я всегда считал его очень мудрым человеком.

— Спасибо, приятно это слышать, — смущенно поклонился Хару.

— Хару хочет поступать в ваш университет, — с улыбкой добавила Минсо.

— Правда? — удивился директор Хван. — А на какую специальность? У нас, увы, слабое продюсерское направление, мы только начали его развивать.

— Меня интересует самое сильное направление, — с улыбкой ответил Хару, — Маркетинг и реклама. Я бы хотел получить профессию, которая не будет тесно связана с музыкой, чтобы иметь возможность развиваться в других областях. Пока не уверен, что мне хватит баллов, желающих ведь всегда много.

— Замечательный, хотя и неожиданный выбор! Вы сдаете экзамен в этом году? Позвоните мне позднее, я посмотрю, чем можно вам помочь.

Хару снова поклонился, благодаря, и двумя руками принял протянутую визитку. Когда директор Хван отошел, Минсо не смогла сдержать смешка:

— Кажется, тебя только что приняли в университет без экзаменов.

— Если я завалю сунын, об этом напишут в газетах и меня даже со связями не возьмут, — шепотом ответил Хару. — Но приятно осознавать, что мои шансы выросли. Маркетинг — популярная специальность в этом университете.

Если точнее — это самое популярное направление. Сейчас этот университет занимает четвертую строчку в списке лучших университетов страны, он специализируется на профессиях нового поколения: IT, дизайн, менеджмент, маркетинг, PR, реклама и продюсирование. Поступление именно в этот вуз — это весьма амбициозный план. Запасной вариант у Хару тоже имелся, разумеется.

Вообще, Хару крайне удачно появился на этом событии и очень уж удачно его узнала чета Ли. Если бы не они, Хару бы ни за что не удалось познакомиться с таким количеством людей. Если господин Со не станет инвестировать группу, есть шанс собрать других инвесторов, просто это будет дольше и сложнее.

С вечеринки Хару поехал не в общежитие, а домой. Сначала водитель оставил Минсо около ее дома, а потом уже начал пробираться по загруженным улицам к дому Хару.

Сам Хару без дела не сидел. Он понимал, что познакомился с слишком большим количеством людей, столько новой информации просто нереально удержать в памяти надолго, поэтому прямо в машине он начал конспектировать все в «заметках» телефона — порядок встреч, имена, кто это, что спрашивали, получил ли Хару визитку. Дорога была действительно долгой: скоро Чхусок, многие направляются из города к родне, так что у Хару было достаточно времени, чтобы все записать.

А еще Хару понял, почему Минхёк несколько раз повторил, что подождет и что не обязательно выплачивать сумму максимально быстро, можно сначала сделать ремонт. Перебирая визитки, Хару осознавал: в мире «старых» семей никто не будет приглашать друзей в кафе или ресторан, их пригласят на ужин к себе домой, особенно, если решаются не вопросы бизнеса, а что-то более личное. Если Хару реально хочет налаживать связи с теми, кто знал и уважал его прадеда, ему нужно привести в порядок «общие» помещения, куда есть доступ у гостей. То есть всё, кроме спален, гаража и кладовок. Но как же страшно тратить отложенные деньги…

Очень хотелось есть — днем он не смог заставить себя пообедать. На вечеринке были фуршетные столы, но Хару так волновался, что смог съесть только одно канапе, и то потому, что надо было чем-то заесть два крошечных глотка шампанского. Сейчас голод навалился на него в полной мере и он нетерпеливо посматривал в окно автомобиля — когда уже дом. Честно написал бабуле, что безумно голоден и его нужно накормить, иначе он за себя не отвечает. После такого заявления, разумеется, дома его ждал шикарный ужин. Рыбка жареная… вкуснятина.

Уже после ужина он подробно обо всем рассказал, дедушка дотошно спрашивал его даже о точности формулировок, что не всегда удавалось вспомнить. Но они с бабулей посмеялись над «восстановлением сливового сада». Слива — символ стойкости, в Корее это дерево считают еще и символом весны, вишню-сакуру предпочитают осторожно игнорировать из-за тесной ассоциативной связи с Японией. Деревья сливы достаточно устойчивы к погодным условиям, обычно нет смысла годами их выхаживать. Поэтому слова Хару — это примерно как «мы не рады вас видеть, но подумаем о том, чтобы изменить свое мнение». Хару знал, что говорит: это был его способ завуалированно и необидно дать понять, что пока бабушка с дедушкой не готовы налаживать связи с семьей Со.

Было уже достаточно поздно, поэтому вскоре Хару пошел спать. Он оставил дверь в комнату приоткрытой, так что оба кота снова спали у него в ногах.

Куки и Джелли ладили по-прежнему превосходно, не считая одного момента. Новый кошачий комплекс отец собрал сам, без Хару. Его уже установили на веранде, рядом с одним из окон. И самая верхняя лежанка стала причиной кошачьих войн. Куки взрослее и сильнее, поэтому пока Джелли не удается посидеть на вершине этой кошачьей царь-горы. Это единственное место в доме, где Куки не позволяет Джелли спать вместе с ним. Хару эта особенность забавляла. Да и Куки, сидящий на уровне человеческого роста, выглядел до смешного важно.

Приехать к господину Со на ужин нужно в шесть, до этого момента Хару был свободен, мог наблюдать за домашними и отдыхать.