Говорящая с лесом. Дилогия (СИ) - Снежная Марина

Внутри копились обида и злость на Бедмара. Пусть даже решил жениться и окончательно вычеркнуть меня из жизни. Так почему не нашел в себе смелости признаться в этом лично? Более того, выбрал в жены одну из моих новых подруг. С сестрой Гайса — Карой — мы как-то сразу нашли общий язык. Да и трудно было не найти. Искренняя, добрая и хорошая девушка, лишенная и налета на высокомерие. Внешне тоже очень приятная и милая. Этот лицемерный гад точно не заслужил такого подарка судьбы! Потом вдруг обожгла догадка, еще сильнее пробудившая во мне злость.

— Гайс знал? — кратко бросила, прищурившись.

Арна с сочувствием посмотрела на меня и пожала плечами. Я ответила за нее, саркастически расхохотавшись:

— Конечно, знал. Не мог не знать. Гатан, его отец, посвящает сыночка во все, что касается дел государства.

— Может, еще ничего не решено… — начала Арна, но я не дослушала.

Вскочив на ноги, бросилась прочь из дома. По дороге едва не сшибла Мерна. Проклятого же предателя, которого считала другом, одарила таким убийственным взглядом, что он опешил. Не говоря никому ни слова, ринулась в лес — единственное место, которое могло хоть как-то успокоить, помочь пережить то, что на меня обрушилось.

Остановилась только когда силы окончательно оставили и ноги отказались нести дальше. Рухнув на землю, обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Слез, как ни странно, не было. Глаза щипало и резало, но злость была слишком сильной, чтобы разрешить рыданиям прорваться наружу. Напряжение копилось внутри, раздирало на части, но никак не могло выплеснуться.

В этот миг я ненавидела всех, даже Томиана и друзей. Они все знали, но никто не сказал ни слова! Плевать, из каких побуждений. Пусть даже ограждали от горя. Неужели не понимали, что рано или поздно я бы все равно узнала, и стало бы только хуже?

Но особенно ненавидела Бедмара. Вновь и вновь прокручивала в голове моменты нашей близости, видела его горящий взгляд, слышала лицемерные слова о любви. Ну как я могла поддаться на это?! Как позволила себе поверить? Ведь знала же… в глубине души всегда знала, что примерно так все и закончится. Меня снова обманут, растопчут. И хуже всего, что вместо того, чтобы раз и навсегда вырвать из сердца этого гада, продолжаю думать о нем.

Из-за деревьев бесшумно вышел Гайс. Я почувствовала его присутствие и подняла голову. Он даже остановился, видимо, прочитав по моему лицу все, что о нем сейчас думаю.

— Что случилось?

— А для тебя это имеет значение? — едко проговорила, с трудом удерживаясь от того, чтобы не приказать ветке дерева, под которой он стоял, хлестнуть по златоволосой башке.

— Имеет, раз спрашиваю, — невозмутимо отозвался кот, одаряя привычной мальчишеской улыбкой. — Мы ведь друзья.

— Да ну? Что-то я теперь в этом сомневаюсь, — я сверлила его тяжелым взглядом. — Ты ведь знал, что Бедмар женится на твоей сестре?

— Филдрику язык нужно отрезать, — помрачнел Гайс, верно догадавшись о том, откуда я получила информацию. — За то, что треплется с женой о том, что ей не нужно знать и в чем сам не разобрался до конца.

— Значит, знал, — удовлетворенно кивнула я. — Думаю, мне больше нечего делать на землях котов. Я соберу вещи и сегодня же уеду.

— Если ты и правда этого хочешь, задерживать не буду, — осторожно сказал Гайс. — Но ты уверена, что так будет лучше?

Я лишь передернула плечами.

— Послушай, тебе не говорили об этом не просто так. — Кот вздохнул и подошел ближе. Устроился рядом и внимательно посмотрел в глаза. — И скоро ты поймешь, что не все так скверно, как тебе кажется.

— А яснее выражаться можешь? — с раздражением спросила.

— К сожалению, большего сказать не могу.

— Тогда иди к черту! — рявкнула и, помолчав, сухо добавила: — Даже если это всего лишь политический брак, мне кажется, я заслуживала объяснений. Впрочем, плевать. Бедмар свой выбор сделал. И по какой бы причине ни решил жениться на твоей сестре, меня он однозначно потерял. Если, конечно, его это вообще волнует.

— В тебе сейчас говорит гнев, — резонно заметил Гайс.

— Нет. Мне просто надоело чувствовать себя идиоткой. Ждать непонятно чего, как какая-то глупая романтичная дура. Прятаться от всех, страдать из-за того, кто этого совершенно не заслуживает. Хватит с меня.

В голову стукнула новая мысль, и я резко дернула ворот платья, разрывая мелкие пуговки. Гайс вскинул бровь, непонимающе глядя на меня.

— Что ты делаешь?

— Насколько помню, ты как-то предлагал мне развлечься? — я чувственно облизнула нижнюю губу и придвинулась ближе. Толкнула его рукой, опрокидывая на землю и залезая сверху. — Если я по-прежнему тебе нравлюсь, то почему бы и нет?

Гайс дернулся и сбросил меня, потом прижал к земле и укоризненно заглянул в глаза.

— Ну и зачем все это? Думаешь, тебе от этого станет легче?

— Станет, — уверенно заявила, одаривая его призывным взглядом.

— Не думаю. В тебе сейчас говорит злость и желание отомстить Бедмару.

— Не думала, что прославленного покорителя женских сердец придется уговаривать! — хмыкнула я издевательски. — Или я недостаточно хороша для тебя? Только не говори, что ты меня не хочешь.

Чуть приподняв бедра, я красноречиво потерлась о явно увеличившуюся в размерах выпуклость в его штанах. Расширившиеся зрачки тоже говорили о том, что равнодушным Гайс не остался.

— Хочу, но… — он решительно слез с меня и поднялся на ноги. Отвернулся, стараясь не смотреть на мое бесстыдно разметавшееся на земле тело. — Это неправильно. Думаешь, я не понимаю, зачем ты это делаешь? Сама же потом пожалеешь! А я слишком дорожу нашей дружбой, чтобы воспользоваться твоей слабостью. Да и Бедмар при более близком знакомстве оказался вполне даже нормальным парнем.

— Ты еще, оказывается, с ним подружился? — это известие совершенно меня добило. — Ладно, уговаривать не буду.

Я тоже поднялась и кое-как оправила одежду.

— Думаю, найти кого-то посговорчивее будет нетрудно.

Гайс резко развернулся, в один прыжок оказался рядом и схватил за плечи.

— Неужели и правда считаешь, что тебе от этого станет легче? — он смотрел с искренним беспокойством. — Послушай, не будь Бедмара, я бы сделал все, чтобы завоевать такую женщину, как ты. Почел бы за счастье иметь такую жену. Но единственный, о ком ты вообще можешь думать в этом плане, Бедмар. И не обманывай саму себя, считая иначе!

— И что ты предлагаешь? Всю жизнь страдать по нему? — зло выплюнула я.

— Я прошу тебя всего лишь немного подождать. Мог бы объяснить тебе все, но это должен сделать сам Бедмар.

— Что-то не заметила, что он особенно спешит мне все объяснять, — саркастически возразила я.

— А тебе не приходило в голову, что у него могут быть причины?

— Гайс, хватит! — злость вдруг разом утихла, сменившись усталостью. — Не нужно опять дарить мне надежду. Лучше помоги смириться и принять то, что должна. — Помолчав, добавила: — Прости за то, что повела себя, как истеричная дура.

Мне и правда было стыдно перед ним за эту глупую попытку обольщения. То, что хотела его использовать для дурацкой мести. Да и какая месть, черт возьми?! Бедмару плевать на меня и на то, со сколькими мужиками я пересплю. Стало противно из-за того, как низко готова была пасть, тем самым выдавая свою слабость. Разве это можно считать чем-то иным? Всего лишь жалкой попыткой доказать самой себе, что хоть кому-то нужна, раз оказалась не нужна Бедмару. Готова была рискнуть дружбой с Гайсом ради временного удовлетворения своего эго? И как бы потом в глаза ему смотрела, зная, что всего лишь использовала?

Но уехать я и правда должна. Только вот куда? В Лодар — точно не вариант. Отец тоже прекрасно знал обо всем и ничего не сказал. Он друг Бедмара и вряд ли захочет портить с ним отношения. Да и вообще ставить его перед таким выбором с моей стороны низко. Я всего лишь чужачка, занявшая место дочери Томиана, и не имею право требовать от него и дальше отказываться от тех, кого он любит, ради меня. Так что в этот раз я не стану втягивать дарунита. В конце концов, можно уехать в Финиль. Госпожа Сарне наверняка согласится на время приютить меня, а то и помочь с работой.