Говорящая с лесом. Дилогия (СИ) - Снежная Марина

Гайс шепотом указывал мне на самых влиятельных придворных или наиболее интересных личностей, чтобы я не чувствовала себя здесь чужачкой. Некоторых я уже видела, когда появлялась в городе, но издалека и мельком. Рассказы Гайса о них, конечно, были интересны и как всегда остроумны, но я даже не пыталась запомнить имена и лица. Понимала, что, скорее всего, вижу этих людей в первый и последний раз. И все же одна парочка буквально приковала мой взгляд. Сама не знаю, почему, но стоило посмотреть на них, как внутри что-то сжалось от непонятного предчувствия. Попыталась проанализировать это ощущение, но так и не смогла. Чутье будто о чем-то пыталось предупредить, но конкретной информации не было.

Если смотреть со стороны, то ничего особенного в этой паре не было. Некрасивый худощавый мужчина с черными волосами, посеребренными сединой, и скучным выражением лица. Ничего примечательного в нем не было. Разве что взгляд — колкий и неприятный. Хотя, прислушавшись сильнее к своим ощущениям, поняла, что опасения у меня вызывает не он, а женщина, стоящая с ним рядом. И вот это наиболее странно. Как раз таки эта кроткая невинная овечка вряд ли могла пробуждать столь странные эмоции. Тихая блондинка, выгодно отличавшаяся от других дам скромностью наряда и неброским макияжем. На ней даже украшений не было. Впрочем, они могли быть скрыты глухим черным платьем, лишенным и намека на декольте. Но вряд ли бы она надевала украшения, если их все равно никто не увидит, так что я отмела глупую мысль. Застенчивая скромница, совершенно неприметная и не бросающаяся в глаза. Что же так насторожило меня?

Когда блондинка снова на краткий миг вскинула глаза и тут же опустила, я вдруг поняла. Это несоответствие взгляда и манеры держаться. Взгляд буквально обжигал, выплескивал из себя силу и энергию, что слишком не вязалось с остальным обликом. При виде этой женщины поневоле вспоминалась поговорка про чертей, водящихся в тихом омуте. Имя мужчины я уже знала: советник дар Мидрис, один из приближенных гатана котов. А вот кто его спутница, понятия не имела. Так что в этот раз сама проявила энтузиазм и задала вопрос Гайсу. Он почему-то изменился в лице и быстро произнес:

— Это новая пассия советника. Появилась в Салдире несколько месяцев назад. Вдова из какого-то захолустья в Одмии, решившая поселиться на наших землях. Обедневшая дворянка.

Мне хотелось узнать подробнее, но Гайс свернул тему, указывая в сторону вошедшей в зал старушки в не по возрасту ярком платье и увешанную украшениями, как новогодняя елка.

— Вот, взгляни лучше на эту женщину. В прошлом о ней прямо легенды слагали. Сейчас в это трудно поверить, но в молодости она была настоящей красавицей. Была официальной фавориткой предыдущего короля Одмии и едва не стала королевой.

Не скажу, что история, которую рассказывал Гайс, была неинтересна, но все равно большее любопытство у меня вызывала спутница советника. Сама не знаю почему. Впрочем, появление принцессы Кары все же заставило отвлечься. Милое очаровательное создание, такое же златокудрое, как и ее брат, буквально сияло от счастья. И это настолько ударило в самое сердце, что я некоторое время даже дышать не могла. Трудно было не понять очевидного — Кара в восторге от предстоящего замужества.

Девушка, найдя в толпе брата, помахала ему рукой, и тот, извинившись передо мной, сказал, что поприветствует сестру и скоро вернется. И чтобы я никуда не уходила. Может, так бы и сделала, но не успел Гайс отойти, как меня буквально атаковали только и ждавшие этого придворные. Голова разболелась почти сразу от множества завуалированных намеков и назойливого внимания. Так что я под благовидным предлогом выскользнула из зала и решила укрыться где-нибудь в уединенном месте, пока не начнется официальная церемония. Этого следовало ждать минут через пятнадцать, так что не так и долго.

Гайс в мой первый визит во дворец устроил детальную экскурсию, так что я знала, куда направить стопы. Двинулась в сторону библиотеки, находящейся в правом крыле дворца. Пока шла, намеренно делала вид, что спешу куда-то, чтобы те, кто встречался в коридоре, не вздумали останавливать. Впрочем, чем дальше шла, тем меньше попадалось на пути придворных. Здесь им делать точно было нечего, когда главное развлечение совсем в другом месте. Стражники, застывшие на ключевых постах, тоже не пытались останавливать. Видать, я не казалась им угрозой, да и все в Салдире знали об особом отношении ко мне Гайса.

Так что я с облегчением проскользнула в нужный коридор и двинулась по нему. Впрочем, стоило услышать сквозь приоткрытую дверь одного из помещений знакомый голос, как я застыла столбом. Ноги дальше просто отказались нести. Досадуя на саму себя, пыталась унять бешено заколотившееся сердце и жадно прислушивалась к тому, что происходило за дверью. Впрочем, ни о чем секретном там не говорилось, и мне нечего было стесняться. Гатан котов развлекал важного гостя дружеской беседой. Собственно, именно личность этого самого гостя и вызвала во мне такую реакцию. Бедмар. За этой дверью находится тот, встречи с кем я одновременно ждала и боялась. И звук этого уверенного голоса, обманчиво мягкого и глубокого, заставлял сердце томительно ныть. Только сейчас в полной мере осознала, как же соскучилась. Как же сильно хотелось вернуть то, что было между нами прежде!

С трудом заставила себя преодолеть нахлынувшее волнение и продолжить путь. Проклиная пышное платье, запуталась во все еще отказывающихся двигаться ногах и рухнула на пол, больно ударившись коленками.

— Вот черт! — вырвалось у меня в сердцах.

Пока неуклюже пыталась подняться, раздались стремительные шаги внутри помещения, у которого я наглым образом подслушивала. Дверь распахнулась шире и в поле зрения оказались чьи-то начищенные до блеска туфли с серебряными пряжками. Молясь, чтобы это оказался кошачий гатан, скользнула взглядом выше и опять чертыхнулась. Видать, сегодня судьба решила окончательно повернуться ко мне филейной частью. На меня с высоты своего немалого роста смотрел Бедмар.

Удивление в его глазах сменилось вдруг такой радостью и огнем, что я позабыла о том, что вообще-то встать собиралась, и так и осталась в нелепой позе на полу. Миг — и сильные руки подхватили и вздернули вверх. А потом меня поволокли куда-то, пользуясь полнейшим замешательством, в котором пребывала. Мозг отстраненно отметил, что втолкнули именно туда, куда я, собственно, и направлялась. В библиотеку.

Додумать что-либо еще попросту не успела, оказавшись прижата к стене и практически впечатана в нее мощным мужским телом. Бедмар покрывал мое лицо и обнаженные плечи такими жадными горячими поцелуями, что я совершенно опешила, не зная, как реагировать. Первым порывом было податься навстречу, тоже обнять и ответить такой же страстью. Как же не хватало мне этих жарких объятий, этого напора страсти. Каждая клеточка ныла от желания еще большей близости. Только постепенно оживающий мозг прервал всю эту вакханалию ехидным замечанием: а кто хотел раз и навсегда покончить с этим?

Вспомнив о том, зачем, собственно, находится во дворце Бедмар, я окончательно пришла в себя и стала яростно отталкивать. Почувствовав мое сопротивление, он неохотно отстранился. Но, тяжело дыша, продолжал удерживать у стены, пытаясь справиться с эмоциями.

— Уберите руки, великий сирн! — прошипела я как можно холоднее.

На лице Бедмара промелькнула досада, но он все же послушался.

— Гайс сообщил, что тебе сказали о помолвке. Послушай, я планировал встретиться с тобой уже после. Может, тогда и объяснения бы воспринялись по-другому. Но… когда я увидел тебя в коридоре, просто не выдержал. Не представляешь, как я по тебе соскучился! И чего стоило все это время держаться в отдалении.

Совершенно ничего не понимая, я недоверчиво изучала знакомое до боли лицо. Такое же, каким видела его прежде. Сияющее внутренним светом от чувств ко мне. И чем больше уверялась, что интерес Бедмара никуда не делся, тем больше не понимала его поведения на протяжении всех этих долгих месяцев. Почему не пришел раньше? Боялся, что не пойму, почему он женится на другой, и восприму все, как предательство? Так неужели не осознавал, что потом станет только хуже? Я бы поняла и приняла все, как есть, пусть было бы больно. Смирилась бы с мыслью, что он должен жениться на более подходящей по статусу женщине, хоть при этом любит меня. Но он предпочел вообще на глаза не показываться, пока не свершится то, что должно. Или опасался, что попытаюсь помешать? В таком случае, плохо же он меня знает. Неужели не понял, что я не стану устраивать истерик, а просто уйду с его пути, если так будет нужно. Или останусь, если причина такого его поступка будет достаточно веской.