Долг человечества. Том 5 (СИ) - Попов Михаил Михайлович

По всему телу крепко сложенного мужчины, прямо поверх брони, проскочили всполохи молний, которые рвались и бесились, аккумулировались, готовые разрядиться. Я не знал, что именно делает эта его способность, но мог предположить, что атаковать его было бы опрометчиво.

Тем не менее, я не собирался вступать в конфликт. Надо бы объяснить, что только что произошло, успокоить людей и, сохраняя невозмутимый вид, самому понаблюдать, что произойдет.

— Ма-а-арк! — Жалобно протянула Варя.

— Да-да. — Я отпрянул от постели умирающего и повернулся всем корпусом к Муромцу. — Выдохни, я все объясню.

— Христа ради, поспеши, потому что ты в шаге от смерти. — Пригрозил мне Илья, но я воспринял эту угрозу философски, а если еще точнее, то никак. Не проняло.

— Вячеслав выживет. — Решил я зайти сразу с козырей, дабы не нагнетать сильнее, заходя с предыстории. — Скажу больше, будет бодр, силен и крепок, как в те дни, когда он еще не получил свой таймер.

— Как⁈ — Граница с истерикой у Агнессы была почти стерта, не знаю уж, что именно помогало ей держать себя в руках.

Муромец скорчил лицо, на котором неприкрыто читалась неприязнь и злоба. Но электрические сполохи как будто немного утихомириилсь, однако же не исчезли.

— Теперь к объяснениям, полагаю, вам интересно узнать, как именно я этого добился. — Начал я спокойно, понимая, что этим двоим жизненно необходимо узнать правду, ведь иначе они оба сильно рисковали, и не могли допустить открытого саботажа с моей стороны, ясно понимая, к чему это приведет. Я тоже это понимал, потому и занял позицию миротворца, как и предписывал мне мой статус. — Ранее в своих исследованиях территории я наткнулся на крайне редкий и мощный артефакт. К сожалению, он одноразовый, но к вашему счастью, нашел я его сразу после того, как поговорил с Вячеславом.

— И ты потратил его? Что он делает? Марк, прошу, — Агнесса едва не упала на пол от пережитого стресса, — объясни!

— Я этим и занимаюсь. — Откашлялся я, одним глазком посмотрел на притихшего Вячеслава, и продолжил. — Ядра коррекции эволюции. Все что тут происходит, все эти навыки и магия, это никакая не магия, это недоступная нам наука. Мы понятия не имеем технологический уровень наших сюзеренов, кто за нами бдит денно и нощно. Тем не менее, вам наверняка известно, что они по полигону раскидали специальные коробки с дарами.

— Известно. — Сухо, но куда спокойнее бросил Илья.

— Вот и отлично. В одной из таких я нашел это ядро. Оно позволяет сбросить весь накопленный экзистенциальный опыт и перераспределить его по своему разумению. Прямо сейчас, — я вновь перевел взгляд на Вячеслава, — он проходит процедуру переделывания собственного генома, и сказать наверняка, когда он очнется, я не могу, однако то, что негативные последствия и изменения в организме, вызванные использованием им навыка с высокой, — я подчеркнул это слово, — стоимостью, будут нивелированы, я уверен.

— Ты сам пробовал⁈ — Осознав сказанное мной, Муромец в очередной раз напрягся.

— Да. — Ответил я полуправду, черное ядрышко, позволяющее переделать собственные навыки я, конечно, не применял, но вот синее, позволившее мне сделать невероятной силы навык, вполне работает, и я даже видел, как именно оно действует, что еще и соотносится с тем, что рассказали мне ребята в лагере, когда поглотили свои ядра. — Так что все будет в порядке, смены власти не произойдет, а мы вполне сможем обсудить дальнейшую дипломатию тогда, когда ваш глава придет в себя.

— Ой! — Воскликнула Агнесса. — Что происходит?

Взгляд ее был устремлен на человека в постели. Покрывшись темной дымкой, он стремительно регенерировал, обрастал плотью, приобретал правильный цвет кожи, увеличивался в размерах на глазах — сильно же он усох. Полагаю, страдания, которые он выносил последние дни, не сравнимы ни с чем. Даже запах вокруг изменился, ослаб этот удушающий фон гниения. Склеры его перестали быть такими мутными, провалы затягивались, разве что седина никуда не девалась.

— Метаморфоза. Дайте ему время, возможно, такое стремительное изменение структуры его тела будет трудным. Теперь, когда я раскрыл все карты, где мы можем присесть? — Развел я руками, а окошко инвентаря мыслекомандой закрыл, почему-то я был уверен, что в ближайшие часы оружие мне не понадобится.

Почему я был так уверен в своих действиях? Почему еще до того, как собственными глазами увидел результаты своих деяний, убеждал встревоженных, разгневанных сторонников Вячеслава в том, что все будет хорошо? Дело в том, что я приметил одну важную деталь. Система, дарованная нам для отслеживания собственного прогресса в эволюции, чертовски логична. Это позволяет строить если не далекоидущие прогнозы, то хотя бы точечно прогнозировать события и действия, а также их результаты.

Рисковал ли я? Точно рисковал. Но что, если подумать, могло бы быть хуже? Разве что пришлось бы труднее и дольше объяснять причины своих поступков, а тот факт, что Вячеслав так и так бы умер, конкретно меня почти не задевает. И ровно по той же самой причине я не стал ничего объяснять им заранее — потратить время в длительных обсуждениях с не совсем гарантированными последствиями было по меньшей мере глупо.

В текущий момент я, получается, освободил себя от участи разрываться на два фронта и, вероятно, загасил волнения в зародыше. Определенные преференции я себе тоже, непременно, выторгую, но это будет позже, сейчас же необходимо разобраться с тем, как действовать дальше.

Я, Варя и Муромец последовали прочь из спальни Вячеслава. Агнесса, сославшись на то, что желает лично наблюдать за процессами со своим лидером, осталась, напоследок одарив меня взглядом, который я мог бы назвать… восхищением, что ли?

И действительно, в ее глазах я появился в самый последний момент и не торгуясь сотворил чудо. Осталось подстелить соломку, сделать так, чтобы эскалации и гражданской войны не случилось. Для этого-то мне Илья и был нужен.

Оказались мы буквально в соседней комнате, в помещении, которое я мог бы обозвать как «кабинет». Стол, стул, пара табуретов, книги и письменные принадлежности. Убранство все такое же, как и везде.

— Почему ты ничего не объяснил? — Нетерпеливо задал вопрос Илья. — Ты же понимаешь, что я чуть тебя не грохнул там?

— А зачем? — Спросил я ему глядя в глаза. — Вячеслав так и так умирал, нужно быть слепым, чтобы этого не заметить. Начни я объяснения, возникли бы споры, теории, предположения. Я к такому не привык, и действую так, как сам считаю нужным. А что до тебя и твоей реакции… Какой у тебя уровень?

Муромец заметно смутился, надвинул на глаза кустистые черные брови, помедлил, но все же ответил.

— Седьмой, но не думай, что мне не хватило бы скорости одним махом снести тебе голову. — Продолжал он ерепениться.

— Окстись. — Бросил я. — Я, вроде как, помог, а ты продолжаешь мне угрожать. Илья, так мы каши не сварим.

— Мужчины всегда такие, — игриво промурлыкала Варя, — в присутствии красивой девушки начинают распушивать хвосты.

Ее вовремя брошенная фраза обстановку разрядила. Я понимал причины такого поведения Муромца — какой-то неизвестный ему человек, с неизвестными способностями и мотивами, пришел и учиняет свои порядки. Да, Агнесса наверняка рассказала обо мне, детально передав суть и первой встречи, когда она явилась под гору с группой парламентеров, так и второй, когда мы лично провели разговор с лидером Коммунистов.

— Давайте сядем уже наконец, и обсудим, что будем делать дальше. — Переключился я на следующую тему, ставшую животрепещущей с тех самых пор, когда стало понятно, что Вячеслав выживет.

— Как считаешь, долго он будет восстанавливаться? — Кивком на дверь указал Илья.

— Понятия не имею. — Честно признался я и, принюхавшись наконец, маску снял, сильно уж она мешала.

Варя не последовала моему примеру, все еще закрывая лицо респиратором.

— Надень обратно, не глупи. — Отреагировал Илья. — Агнесса не объяснила, что у нас тут эпидемия?