Макс Лазарь. Книга 3 (СИ) - Кощеев Владимир

На самом деле была ещё одна причина взять не огнестрельное оружие. «Синие» в Долине работали с некой страной, и все, кому нужно об этом знать на Земле, всполошатся, когда Мира выложит видеозапись убийства Селиванова. Потому что, однажды увидев активированное энергетическое оружие, его уже ни с чем не перепутать.

А это, в свою очередь, заставит тех, кто управляет «синими» всполошиться. Ведь если они не отдавали приказа убивать русского дворянина, значит, это сделал кто-то со стороны. Кто-то, у кого есть то же самое оружие, которое создаётся в Долине в ходе секретной операции.

Так что пусть ищут крысу в своих рядах и задают квадратные вопросы «синим».

Никогда не был в Париже, а вот теперь довелось.

На мне был длинный тёмный плащ, под которым на петлях разместились детали снайперской винтовки. Перенос протащил меня в промышленный район, и до начала операции у меня было ещё как минимум три часа — достаточно, чтобы добраться до нужной точки и устроить себе лёжку.

Григорий Ильич только через два часа ступит на французскую землю. Его будут охранять очень тщательно, не позволяя никому ни приблизиться, ни убить Селиванова. Но в номере гостиницы, в которой он остановится, неизбежно оставят одного.

Потому что никому и в голову не придёт, что его могут снять через бронированное стекло.

Вставив наушник, я направился на выход из переулка, и машина такси остановилась рядом со мной. Мулат за рулём слабо говорил по-французски, но адрес был вбит Мирой при заказе, так что я расположился на заднем сидении и спокойно любовался городом из окна автомобиля.

Ассистентка появилась рядом со мной — на этот раз в образе деловой леди. Планшет в её руках отражал маршрут самолёта, на котором полетит Селиванов. Мне не требовалось глядеть на виртуальный экран, чтобы понимать — пока что глава рода всё ещё сидит на прусской базе. И явится в аэропорт он в последний момент, когда борт будет не только готов к взлёту, но и осмотрен спецслужбами.

— Я по-прежнему не вижу связей между правительствами Земли и «синими», — доложила Мира. — Возможно, всё засекречено куда глубже.

Я нажал пальцем на наушник, чтобы водитель решил, что мне позвонили. Вряд ли он знает русский, но в салоне висит камера, снимающая пассажира, так что осторожность не повредит.

— Это неудивительно, — произнёс я. — На их месте я бы тоже прятал все концы в воду. Но сегодня, когда будет официальное признание, им так или иначе придётся проявить себя. Слишком наглядным будет дело.

Блондинка кивнула, жестом меняя масштаб карты на планшете.

— Началась предполётная подготовка, — сообщила она. — Экипаж отдыхает, прусские солдаты проверяют борт. На месте командует полковник Штауб.

Я вздохнул чуть глубже, никак не комментируя эту информацию. Да и не так чтобы полезна она была. Договорённости у Селиванова не с отдельными военными, а с руководством стран, именно отсюда защищённые перевозки, полный комплект милостей.

— А что наши? — уточнил я.

— Официальная точка зрения была донесена, — пожала плечами Мира. — Была объявлена подготовка к удару, но реальных шагов никто не предпринял. Судя по тому, что я вижу, ближайшее окружение будущего императора — советники его отца, — отговаривают своего монарха от решительных действий.

— Они действуют разумно, — хмыкнул я. — Прецедент никому не нужен. Тут уже не важно, кто будет прав, важно, кто первым нажмёт на кнопку. Всё это выглядит как одна большая провокация, медведя как специально дразнят.

Или ей и является.

Селиванов долгое время работал с европейскими странами, выводил деньги за границу. Приобретал недвижимость и активно сотрудничал с Орсини. Можно ли считать, что и императора он убил, чтобы развязать войну, в которой Европа покажет энергетическое оружие, накапливавшееся всё это время на складах?

Мы ведь пока не обнаружили портал «синих», но это не значит, что его нет. Мы просто его не нашли. И как долго вояки сидят вне зоны интересов кланов, тоже не знаем. Вполне реально, что работа ведётся не один год, и на Землю уже были переправлены энергетические стволы в количестве достаточном, чтобы европейские страны почувствовали собственное превосходство.

— Следи, пожалуйста, ещё и за этим, — произнёс я. — Не хотелось бы оказаться между двух огней, когда всё начнётся.

Мира кивнула, и я откинулся на спинку, глядя в окно.

Не знаю, кто сказал, что Париж — красивый город. Может быть, когда-то он таковым и был, но теперь бетон и стекло превратили его в такой же безликий мегаполис, как и остальные столицы мировых держав. Безусловно, туристическая часть, которую я видел мельком на соседних улицах, сохраняла колорит древности, но в остальном Париж не впечатлял.

— Так, — начала ассистентка. — Я забронировала четыре автомобиля для отхода. Все в разных точках. Арендованы восемнадцать номеров в гостиницах самого разного уровня. Все, разумеется, на подставные лица. После выстрела я сменю твою внешность и ещё раз переделаю тебя, когда будет ясно, куда ты будешь отходить.

— Это замечательные новости.

— И я предлагаю оставить винтовку на месте, — проговорила Мира. — Отпечатки я твои подделать, конечно, не могу. Но у тебя есть перчатки, так что переживать об этом не стоит. Да и нет у Франции с Пруссией доступа к делам дворян Российской Империи. Если на оружии и останутся следы, им никто не скажет, что выстрел совершил русский.

— Считай, что это согласовано, — ответил я. — Сам думал о том же.

Одно дело — видеозапись выстрела, и совсем другое — вещественное доказательство. Естественно, энергетическую ячейку я заберу. Оставлять в руках французов совершенное оружие никто не собирался. Так что снайперская винтовка имеет специально созданный изъян, и я легко смогу её сломать.

Восстановить технологию в результате поломки сможет только тот, у кого она уже есть. И за этим Мира тоже проследит. Понятно, что ответ у нас появится не сегодня и не завтра — нам ещё в Долину возвращаться придётся.

— Особый отдел государственной безопасности уволил всю группу Королёва, — сообщила ассистентка. — Все, кто занимался разработкой дела Селивановых, либо отстранены, либо уволены без сохранения положенных наград и пенсий, либо получили пожизненный приговор.

Я искренне улыбнулся.

Наследник престола, похоже, понял, благодаря кому Григорий Ильич не только всё это время расширял свою сеть, но и смог сбежать, убив императора. Ведь у Королёва и его начальства уже имелось достаточно доказательств, чтобы взять Селиванова за задницу. Но нет, ждали, боялись резких движений.

И вот результат их медлительности.

— Ты в порядке? — заметив моё состояние, уточнила Мира.

— В полном, — ответил я. — Знаешь, я так хорошо, как в последние дни, вообще давненько себя не чувствовал. Разве что в детстве.

Грела мысль, что отмщение постепенно настигает виновных. Пусть и не я зачистил особый отдел, но было чертовски приятно осознавать, что хоть у кого-то в руководстве Российской Империи нашлись яйца, чтобы принимать жёсткие решения. Отец бы порадовался, что справедливость восторжествовала.

Жаль, что семью это мне не вернёт. Или, учитывая, что я живу исключительно благодаря смерти всех Врановых, жалеть всё же не стоит? Я всё-таки ни Алексей и ни Максим, а некое среднее между этими двумя личностями.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от нахлынувшей философии, я увидел вывеску ресторана. По карте до точки назначения оставалось ехать метров пятьсот, так что я постучал водителя по плечу.

— Стоп здесь, — указал на вывеску я.

Мулат с готовностью кивнул и принял к обочине. Я выбрался наружу, как только машина остановилась — заказ был оплачен онлайн, так что можно было не возиться с деньгами и мелочью. Тем более бумажных денег у меня как раз и не было.

Но в ресторане придётся оставить некую сумму. Да и удобнее платить наличными, чтобы не привлекать лишнего внимания системы. Не чтобы я боялся — Мира может затереть любые следы, но порой именно их отсутствие говорит больше, чем наличие.