Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич
— Решать.
Задерживаться в палате интерн не стал и под стук костяшек домино вышел за дверь. Но далеко не ушёл, почти сразу до меня донеслись его ответные реплики:
— Гудвин? Да, здесь… Состояние средней тяжести, но идёт на поправку… Нет, вам всё правильно сказали: покидать больницу ему категорически запрещено… Да — скорее всего, его выпишут уже в самое ближайшее время, но для этого понадобится дополнительное рентгенологическое исследование. На текущий момент с учётом последствий черепно-мозговой травмы и восстановления после операции пациенту рекомендован полный покой.
И после небольшой паузы снова, уже чуть раздражённей:
— Да, вероятность того, что его выпишут завтра или послезавтра, сохраняется, но гарантировать этого не могу. И никто не сможет. В случае выявления каких-либо осложнений лечение может затянуться на недели. А с учётом сотрясения головного мозга какие-либо волнения пациенту сейчас категорически противопоказаны. У орков и без того чрезвычайно нестабильная психика, а уж после черепно-мозговой травмы…
В ответ послышался негромкий бубнёж, но слов разобрать не получилось, а вот интерн общался с непонятным посетителем на повышенных тонах, его расслышал прекрасно:
— Да, я понимаю, что вам согласовали общение с больным, но настоятельно рекомендую ограничиться общими вопросами и оставить беседу по существу до окончательной стабилизации состояния пациента.
Тут собеседник интерна вплотную приблизился к двери палаты, и до меня донеслось его негромкое брюзжание:
— Моим коллегам было разрешено опросить Гудвина уже на следующий день после госпитализации!
— Им пошли навстречу в виде исключения в связи с необходимостью проведения неотложных следственных мероприятий! — отметил интерн и спросил: — Ваше дело точно не может подождать несколько дней?
— У меня тоже, знаете ли, неотложные мероприятия! — последовал мягкий и вместе с тем безапелляционный ответ. — Иначе бы меня здесь не было.
К этому времени я уже лежал на кровати и вроде как бездумно пялился в потолок, а на деле усиленно косился в сторону входной двери. Обзор оставлял желать лучшего, но разглядел собеседника интерна сразу, как только тот возник на пороге палаты.
Тот оказался белобрысым лесным эльфом в накинутом на плечи больничном халате и, судя по привычности к подобным одеяниям, медицинские заведения незваный гость точно посещал на регулярной основе. Средних лет, насколько это можно было судить по белобрысой физиономии нелюдя, под белым халатом — брюки и пиджак неброской серой расцветки. Под мышкой — папочка, в руке — снятая с головы шляпа. Ухоженный и без малого лощёный, но точно мент.
Что ещё за хрен с горы, ля? Из какого отдела? Или прокурорский?
Неужто расследование нападения на меня ход набрало, если о какой-то там неотложности речь идёт?
Интерн вслед за незваным гостем проходить в палату не стал.
— Приду через десять минут, — заявил он, взглянул на приподнятое левое запястье и был таков, что меня вполне устроило.
Я бросил косить глаза на посетителя, уставился в потолок и душераздирающе засипел, начав тянуть в себя воздух исключительно через не успевший толком прийти в норму нос. Долговязый эльф подошёл и встал рядом, глянул с нескрываемым удивлением, и сразу стало ясно, что к расследованию нападения он не имеет никакого отношения. Иначе бы наперёд знал, что гражданин Гудвин не от работы отлынивает, а после серьёзной травмы восстанавливается.
Ну и какого чёрта он тогда припёрся?
Но интересоваться этим я не стал, воспользовался заминкой посетителя иначе: чуть оторвал от подушки затылок и сдавленно прохрипел:
— Пить…
Опасался, что испортит игру вредный гном, только нет — тот первый подскочил со своего места, наполнил из общего графина с кипячёной водой гранёный стакан и подскочил ко мне:
— Держи, сынок.
Я трясущейся рукой принял стакан и едва не расплескал его содержимое, но переигрывать всё же не стал и ограничился лишь тем, что несколько раз приложился стеклянной кромкой о зубы. Впрочем, и так впечатление на долговязого эльфа произвёл самое неизгладимое.
— Позвольте, — озадаченно произнёс тот, — вас же собираются выписать со дня на день! Возможно, уже даже завтра!
Я поставил стакан на тумбочку, после откинулся на подушку и слабым голосом пояснил:
— Так санитар же в скорой… На дежурство ставить некого — что ещё остаётся? Да оклемаюсь за ночь, поди…
Послышался сдавленный смешок кого-то из моих соседей по палате, но он сразу перешёл в кашель, и эльф неладного не заподозрил. Вроде бы нет. Не выказал никаких эмоций, пожал плечами безразличней некуда.
— Допустим, — хмыкнул он, переставил к моей кровати стул и уселся на него, уместил на коленях чёрную кожаную папку, сверху положил шляпу. — Старший инспектор по дознанию Приозёрного РОВД Валдис Лепп, — представился после этого, попутно выудив из внутреннего кармана пиджака и отточенным до автоматизма движением раскрыв красную книжицу служебного удостоверения.
В глазах у меня уже не двоилось, но я всё же зажмурил левый в мнимой попытке разглядеть ксиву гостя, потом слабо выдохнул:
— На меня не на вашей земле напали…
Может, в иной ситуации и бросил бы ломать комедию, если б только не был по отношению к Приозёрному РОВД предвзят. Это ж там мне дело шили после того, как эльфийских мажоров на пляже разогнал! И поскольку расследование того инцидента забрал себе горотдел, понадобился я старшему инспектору по дознанию отнюдь не из-за Коробейникова-младшего. Да и к уголовной ответственности этого щегла привлекать не стали, не могло никакой необходимости в дополнительном опросе возникнуть! Тем более — неотложной.
И чего тогда понадобилось от меня товарищу Леппу? Припекло-то его точно всерьёз — иначе подождал бы, пока из больницы выпишут.
Белобрысый дознаватель убрал в карман корочки и веско обронил:
— Я здесь по другому вопросу.
Если он рассчитывал, что я поинтересуюсь, по какому именно, ставка эта не сыграла — любопытства я не проявил. Просто молча уставился в потолок.
Милиционер спокойно убрал шляпу на угол моей прикроватной тумбочки, затем расстегнул молнию папки и достал из той лист желтоватой бумаги. Всё так же неспешно он вооружился шариковой ручкой и, оказавшись вынужден проявить инициативу, уточнил:
— Гражданин Гудвин?..
Ещё и дату и место рождения следом озвучил, чем в случае непреднамеренной или даже осознанно допущенной неточности запросто мог посадить меня в лужу, поскольку я так до сих пор ни того, ни другого запомнить не удосужился.
Впрочем — плевать! Всегда оставалась возможность списать собственную ошибку на плохое самочувствие и банальную невнимательность, так что я коротко подтвердил:
— Он.
Старший инспектор по дознанию после этого в общем-то однозначного ответа кивнул и принялся заполнять шапку протокола, явно сочтя меня вполне пригодным для опроса или даже допроса. И раз уж он не поленился оторвать задницу от стула, приехать в другой район города и заручиться согласием на беседу у больничного начальства, я счёл более вероятным именно второй вариант. Ничего хорошего мне это обстоятельство не сулило: и без того проблема на проблеме и проблемой погоняет, а тут ещё и этот припёрся!
— Место работы? — вопросительно произнёс эльф и уставился на меня в ожидании ответа.
— Санитар в здешней скорой, — просипел я.
— И ещё трудоустроен рабочим пляжа в спортобществе «Динамо», — выдал дознаватель уже без намёка на вопросительные интонации.
Ничего не оставалось, кроме как подтвердить:
— Ага.
— И ваша смена была… — Он достал из папки блокнот, полистал его и озвучил дату, которая мне ровным счётом ничего не сказала — по крайней мере, с эльфийскими мажорами я столкнулся самое меньшее за неделю до того.
Возникло опасение, что собираются вменить преступную халатность из-за почти утопшей гномихи, но от попыток прояснить ситуацию я вновь воздержался, ограничился ни к чему не обязывающим:
Похожие книги на "Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ)", Корнев Павел Николаевич
Корнев Павел Николаевич читать все книги автора по порядку
Корнев Павел Николаевич - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.