Пригородная готика (ЛП) - Кин Брайан

Ее вырвало на бетонный пол, когда похититель снял ее со своего плеча и опустил на металлический стол с кожаными ремнями по углам. Уроды лапали ее, разрывая и срывая с нее одежду. Лиззи пыталась сопротивляться, но ее все еще тошнило, а силы, казалось, иссякали. Они легко одолели ее. Через нескольких секунд она была полностью обнажена. Они растянули ее конечности и прикрепили ремнями к столу. Пленница кричала, требуя отпустить ее, но они только смеялись в ответ и злорадно смотрели на нее. Тот, у которого вместо кисти была клешня-ласта, облизнул губы и стал лапать ее грудь своим жутким придатком, отчего девушка закричала еще громче. Она забилась о стол, извиваясь и пытаясь освободиться от своих оков, когда придаток задержался у нее между ног.

Откуда-то из темноты раздался истошный крик. Мучитель Лиззи с ужасающей быстротой отдернул от нее ласту, и склонившись вместе со своим столь же отвратительным сородичем, отступил от стола.

В наступившей тишине Лиззи отчетливее услышала многоголосые стоны Столба.

Она подавила всхлип и вновь попыталась освободиться от ремней, но безуспешно.

По бетонному полу загрохотали шаги. Было похоже, что кто-то передвигается в обуви на высоких каблуках. Она подняла голову и увидела высокого мужчину в хэллоуинской маске и забрызганном кровью белом лабораторном халате, распахнутом поверх зеленой спецодежды. То, что это мужчина сомневаться не приходилось – выпуклость в промежности была вполне красноречива, несмотря на то, что на нем были черные туфли на шпильках. При ходьбе он немного горбился, пытаясь сохранять равновесие. Маска, надетая на нем, изображала лицо президента Ричарда Никсона.

Несмотря на испытуемый невыразимый ужас, Лиззи с замешательством оглядела подошедшего.

- Ты кто, блять, такой?

Его гортанный смешок прозвучал приглушенно за пластиковой маской.

- Я - Доктор Полночь.

Лиззи не закричала. Она не хныкала, не умоляла и не плакала.

Вместо этого она рассмеялась.

- Да ладно, - выдавила она, с трудом уняв приступ истеричного смеха. - Это самое смешное, что я когда-либо слышала. Как твое настоящее гребаное имя?

- Имя, данное мне при рождении, тебя не касается. Как повелитель этого царства, я отвергаю все, что было до моего появления здесь.

Она открыла рот, чтобы ответить, но он прервал ее.

- Здесь, в этом месте моего творения, я сам выбираю себе личность. Итак, я - Доктор Полночь, архитектор кошмаров и темных судеб. Твоя судьба находится в моих руках - руках, способных вершить такую жестокость, такие мерзкие и невыразимые вещи, что худшие изверги истории содрогнутся от одного только их созерцания.

Бравада Лиззи испарилась, когда тот склонился над ней и пристально посмотрел на нее через прорези в пластиковой маске.

- И все же, - продолжал он, - в крайне редких случаях я способен на милосердие. Последнее более вероятно, когда мои подданные относятся ко мне с уважением и почтением, которых я требую. Ты понимаешь?

Лиззи вздрогнула, когда его пальцы в перчатках прикоснулись к ее запястью и нежно стали поглаживать ладонь.

- Да. Я... понимаю. Пожалуйста, не делайте мне больно.

Те двое, которые привели ее сюда, захихикали над ее жалобным тоном, с которым была произнесена эта просьба.

- Молчать! - Голос Доктора Полночь был громким, он гулко отдавался по всему подземному гаражу, от которого уроды мигом заткнулись. Даже страдающие души, привязанные к Столбу, притихли.

С запозданием и с нарастающей паникой Лиззи поняла, что количество пленников не ограничиваются несчастными, пришитыми к Столбу. Столб окружали еще по меньшей мере полдюжины металлических столов, и на всех, кроме одного, были распластаны обнаженные люди. Рядом со столами находилось оборудование, некоторое из которого, похоже, имело медицинское назначение, а другое выглядело как орудия пыток, притащенные прямиком из средневековой темницы. Она не заметила их раньше, либо из-за шока, либо из-за тусклого освещения, либо из-за того, что Столб занимал все ее внимание. Теперь же, рассмотрев все в страшных подробностях, она полностью расклеилась и зарыдала в голос.

- Пожалуйста, отпустите меня. Я никому не расскажу обо всем этом, клянусь. Я... Я сделаю все, что вы захотите. Все, что угодно. Я на все готова.

Теперь рассмеялся Доктор Полночь.

- Твое предложение бессмысленно. Я и так могу сделать с тобой все, что пожелаю. Ты же это понимаешь?

- Я понимаю. Но я могу быть вам полезна. - Она приподняла голову и оглянулась вокруг, глядя на других пленников. Некоторые из них тоже глазели на нее. Но многие были без сознания или просто не двигались, возможно, даже были уже мертвы. – Я могу вам помогать. Вам нужен кто-то поумнее этих уродов, которые схватили меня. Я докажу свою состоятельность, оперируя одного из ваших... - она хотела сказать "пленников", но решила высказаться более нейтрально, - подопечных. Под вашим руководством, конечно.

Доктор Полночь с минуту с интересом смотрел на нее.

- Интригующе, - пробормотал он наконец.

Противно захихикав, он стал расстегивать ремешок на ее правом запястье.

Лиззи прикусила нижнюю губу. Она боялась, что это уловка.

Доктор Полночь поднял указательный палец, призывая девушку к вниманию к своим следующим словам:

- Разумеется, за тобой будут следить. Не тешь себя надеждой на побег и не строй планов нападения на меня и моих помощников. Любая попытка сделать это приведет к печальному исходу. Для тебя.

Он кивнул на Столб.

- Я не подведу вас, Доктор Полночь.

Он полностью отстегнул ее от стола.

Вот дерьмо, - подумала Лиззи. - Это действительно сработало. Он глупее, чем я думала.

Она села и потерла натертые запястья.

- Спасибо.

- Ну что, начнем, моя новая ученица.

- Могу я... сначала попить воды?

Он покачал головой.

- После того, как мы закончим. Сначала нужно сделать работу. Великое дело.

Он развернулся и подошел к другому столу.

У Лиззи был порыв схватить со стола скальпель и всадить ему в спину, но она не решилась, покосившись на двух уродов, притащивших ее сюда и зорко наблюдавших за ней. После недолгих колебаний она встала и последовала за человеком в маске.

Глава 9

- Кто эти парни, мать их?

Люди из фургона разбежались как тараканы, высыпавшись из автомобиля, преследуя Логана и Тару, окружая их. Поскольку все пути отхода были отрезаны, они стали отступать к заколоченному входу в торговый центр. У Логана возникло ощущение, что их специально загоняют туда, как охотники дичь.

Логан не хотел умирать. Столкнувшись с этим кошмаром, он понял, что ценит жизнь. Бесконечные пьянки и употребление наркотиков, к которым он пристрастился после смерти отца, были лишь способом справиться со своим горем, попыткой заглушить его. Только сейчас, когда его жизнь была под угрозой, он понял, что хочет покончить со своим беспутством. Хочет жить нормально, как все. Вернуться в школу, голосовать на выборах, найти новую работу, жениться и завести семью. Все, что ранее презирал, убеждая себя, что разгульное существование из разряда "бери от жизни все" и есть настоящая жизнь.

И ему стало жаль, что он потратил столько времени, прожигая свою жизнь.

Логан на бегу покосился на Тару. Она была красива. И умна, несмотря на ее взбалмошной характер. Возможно, такая же умная, как и Лиззи. Тара не заслуживала смерти. Так же, как и Лиззи, пусть такие люди, как они, и делали несчастными всех, с кем сближалась. Но в том, что она стала такой, была не ее вина. Вина лежала на ее чудовищном отце.

Но Тара... она была не так порочна, как Лиззи. Она была не бездушная, равнодушная ко всем, включая себя. Она была лучше.

Они добежали до заколоченного входа и развернулись, прижавшись спинами к фанере.

Дальше бежать было некуда.

Логан быстро взглянул на Тару. Ее лицо было мокрым от слез и перекошено в панике. Он крепче сжал монтировку. Они были в меньшинстве, но не беззащитны. К черту. Он будет сражаться за свою жизнь. И за жизнь Тары.