Джаггер (ЛП) - Рафти Кристофер

Кресло она купила в комиссионном магазине.

На желтом подносе было несколько пятен, которые она никак не могла вывести, а на одном из углов были оплавленные затвердевшие наросты. Кресло выглядело не очень привлекательно, но оно было достаточно дешевым, и она могла себе его позволить. Кроме того, Натан не был против. Он ел в кресле каждый день и не возражал. Вскоре он уже не сможет в нем поместиться.

Дженис подошла к телевизору и включила его. Послышался восторженный смех Натана.

- Губка Боб! - радостно воскликнул он у нее за спиной.

- Я знаю, я знаю.

В такое время дня "Губку Бобa" не показывали по телевизору, но у нее всегда был DVD-диск в видеоплеере. Она нажала на пульт, переключив видеовход. DVD-плеер находился на нижней полке подставки для телевизора. Пальцами ноги она нажала на блок питания.

Через несколько мгновений на экране появился "Губка Боб". Натан с улыбкой на лице смотрел на экран, запихивая в рот небольшие кусочки хот-дога.

Она прошла на кухню. От гостиной, кухня почти ничем не отличалась, за исключением изменений в напольном покрытии – ковролин сменился кафельной плиткой.

Она открыла холодильник и услышала стук банок на дверце.

Банки "Бад Лайт" стояли в два ряда. У нее пересохло в горле. Так сильно ей захотелось выпить одну. Прошлая ночь была настоящим адом. Она выпила всего две бутылки и почти не спала.

Она проснулась раньше Натана на целых два часа и слонялась по кухне, куря сигарету за сигаретой. В какой-нибудь другой день она бы не проснулась, услышав стук Элли в ее дверь.

Элли рассказала ей, что у Эми пропала собака, и спросила, не видела ли она ее. Дженис, разумеется, не видела, но обещала обязательно сообщить если увидит.

После того как Элли ушла, Дженис принялась снова ходить по комнате, размышляя над кое-какими вопросами. Она решила отнести Эми Снайдер платеж за аренду участка.

Когда в ее голове немного прояснилось, она забеспокоилась, что Эми может надоесть ее халатное отношение к деньгам. После того, что прошлой ночью произошло у Эми, она могла быть не в духе и искать того, на ком можно выместить свою злость.

Она покинула спящего Натана, пошла к Эми и положила у задней двери ее дома деньги в качестве оплаты за просроченную аренду участка. Всего за один месяц.

Но так будет лучше. Теперь мне придется еще больше экономить на всем, чем обычно. Натан смеялся из гостиной. Она не понимала, почему ему до сих пор кажутся смешными те же сцены, которые он уже видел бесчисленное количество раз. У Дженис раскалывалась голова от одного только звука мультфильма.

Пиво должно было облегчить боль.

Ее горло словно пересохло. Она представила, как пиво потечет по нему, увлажняя язык, утоляя жажду.

Я не могу так поступить. О чем я только думаю?

Она решила потерпеть. Вчера она приняла решение поменьше пить, и в тот момент идея показалась ей неплохой. Сейчас, когда прошло немного времени, она поняла, как сложно справиться с поставленной задачей.

Не вздумай пить.

Она надеялась, что отказ от пива смягчит ее отвращение к жизни. И отвращение к сыну.

Дженис протянула руку в сторону пива, но затем схватила банку "Пепси". Она открыла банку. Опираясь одной рукой на дверцу холодильника и запрокинув голову назад, она выпила половину банки.

Потом она отрыгнула.

- Фу, мамочка!

Затем отрыгнул Натан.

Дженис засмеялась, и тогда рассмеялся Натан. Она отошла от дверцы холодильника и слегка толкнула ее бедром, закрывая холодильник. Она подошла к тому месту, где плитка стыковалась с ковролином, и принялась наблюдать за тем, как ест ее сын. Он выглядел таким жизнерадостным. Дженис задумалась, была ли она когда-нибудь в своей жизни такой же жизнерадостной, как Натан в данный момент.

Очень сомневаюсь.

Может быть, когда она была замужем, то была счастлива. И как ты выражала свою привязанность? Трахалась с другим мужчиной и была застукана. Не просто застукана, ты забеременела.

И Натан теперь был всем, что у нее было.

А я - все, что у него есть.

От осознания этой истины у нее на глаза навернулись слезы. Единственный человек в жизни Натана хотел бы, чтобы его не было в ее жизни.

Я хочу, чтобы он был со мной.

Неужели?

- Ешь свою еду, Натан.

Натан посмотрел на нее, с его лица не сходила улыбка.

- Хорошо, мамочка.

Он по прежнему улыбаясь, схватил кашицеобразный кусочек хот-дога и засунул его себе в рот.

А Дженис представила себе, как она бьет его по лицу. Все выглядело настолько реалистично, что она вздрогнула, представив, что действительно ударила его. А Натан уже отвернулся от нее, он смотрел телевизор и увлеченно жевал, он языком облизывал губы, пока тщательно пережевывал пищу.

Ее ладонь до боли сжала горло. Она разжала пальцы, оставив на коже покрасневшие от сдавливания следы.

Она поспешно прошла мимо него и направилась по короткому коридору в свою спальню. Оказавшись в комнате, она закрыла дверь. И заперла ее.

Присев на край кровати, она зарыдала. Она должна была находиться рядом с Натаном на случай, если он вдруг подавится. Вместо этого она, закрыв на ключ дверь сидит одна в спальне и жалеет себя.

Ей очень хотелось пить. Она никак не сможет продержаться весь день без выпивки. Она пообещала себе, что будет пить только после того, как Натан уляжется спать.

Так она сможет проводить с ним время без головной боли, без помутнения зрения или головокружения.

И она хотела, чтобы он видел свою маму не под воздействием алкоголя.

Однако ее постигла неудача. Может быть, не сегодня, но к завтрашнему дню она точно не выдержит.

Смахнув выступившие на глазах слезы, она запрокинула голову назад и посмотрела вверх. На потолке были темные пятна от протекания крыши. У нее не было денег, чтобы залатать крышу, поэтому, если снова начнется дождь, ей придется подставлять горшки для сбора воды.

Какая же я унылая дрянь.

Иногда ей нравилось притворяться, что она сможет повернуть все вспять. Снова вернуться работать в школу, получить сертификат или какую-то степень и начать все с чистого листа для себя. И для Натана.

Проблема была в том, что у нее не было никого, кто мог бы посидеть с Натаном, пока она будет на занятиях.

Когда она работала, то оставляла его в бесплатном детском саду, который финансировала Баптистская церковь на Юго-Востоке, но детский сад каждый день в пять часов закрывался. Родители обвиняли ее в разводе и не желали признавать Натана своим внуком, поскольку он родился в результате ее прелюбодеяния. Будучи ревностными сторонниками баптизма, они воспринимали собственную дочь как невесту Cатаны, а Натана - как порождение демона. Впрочем, особого значения это не имело. Она была не в состоянии оплатить расходы на обучение и книги. Ее кредитная история была подпорчена, так что ни о каких кредитах не могло быть и речи.

И осознание этого обстоятельства всегда сводило на нет ее фантазии о том, чтобы убраться из парка для трейлеров.

А еще рядом был Натан - талисман всех ее неудач.

Раньше она не воспринимала его подобным образом. Только в последний год или немного больше. Два месяца назад, когда ему исполнилось четыре года, она даже не поздравила его с днем рождения. Она вообще никак не отпраздновала его День рождения. Она тогда была слишком пьяна, чтобы испечь торт, и находилась в депрессивном состоянии, чтобы заботиться о нем.

Она любила его как ребенка. Любила, когда ему исполнился год, два, и даже немного, когда ему исполнилось три. Она снова хотела любить его.

Несмотря на то, что Натан не испытывал к Дженис ничего, кроме искренней любви, когда он вырастет, то будет ненавидеть ее, как и все другие. И во всем случившемся будет виновна она, как и с другими людьми в ее жизни.

И тогда у нее никого не останется в жизни.

Дженис подумала, может быть, так будет даже лучше. Возможно, она поможет Натану избавиться от страданий, выпавших на его долю с такой отвратительной матерью.