Замененная невеста дракона (СИ) - Кашмир Ивина

— Тебе лучше не лезть к Лиме! — шипит Карда, вступаясь за меня.

Эльф переводит на неё взгляд, и уголки его губ дёргаются в улыбке.

— А с каких пор вы подружки? Помнится, ты её утопить хотела. Что изменилось?

Бросаю быстрый взгляд на гнома, который усиленно делает вид, что ничего не слышит.

Вот вам и преподаватель. Одно название.

— Карда, права, это не твоё дело, — хмуро говорю я, посмотрев на эльфа. — Отвернись и больше не поворачивайся.

— Ты мне не указ, проклятая выскочка, — выплёвывает он, прищурившись. — Теперь, когда Сарт тебя бросил, ты приравниваешься к грязи. Любой, кто будет с тобой общаться, станет изгоем.

Волна ярости накрывает с головой. Хочется открыть рот и нагрубить в ответ, но я подавляю в себе этот порыв. Я сейчас не в том положении, чтобы вступать в глупые перепалки.

Под смех сокурсников, медленно опускаюсь на стул.

Вскоре смешки утихают, и гном возвращается к лекции.

— Ты всё правильно сделала, — шепчет на ухо Карда. — Арианэль — эльфийский принц. И близкий друг Сартара. С ним лучше не ругаться.

Я не отвечаю. Отворачиваюсь к окну.

Аудитория на втором этаже. Некоторое время смотрю на деревья во дворе, на узкую лужайку, припорошённую инеем… пока взгляд не цепляется за старуху в лохмотьях.

Стоит под деревом и улыбается. Будто ждёт.

По коже бежит холод.

Отвожу взгляд. Какое-то время смотрю перед собой, не слыша ничего вокруг.

Надо узнать, кто она. Если она вообще существует…

Какое-то время сижу, стараясь не дышать.

Вскоре разбитая губа снова начинает ныть. Машинально провожу по ней пальцем и… натыкаюсь на чужой взгляд.

Сартар.

Он сидит рядом с Арианэлем, чуть развернувшись в мою сторону.

Когда он успел прийти?

Его взгляд медленно, неприятно скользит по моему лицу. Задерживается на губе. Потом опускается ниже, к пальцам, которые я так и не успела убрать от лица.

Сердце падает куда-то вниз, когда он вдруг выпрямляется, отодвигает стул и встаёт.

Глава 12

Пока местная звезда, хмурясь, шагает в мою сторону, в аудитории повисает звенящая тишина. Сокурсники вместе с преподавателем жадно следят за Сартаром, неумолимо надвигающимся ко мне.

Я гулко сглатываю, дрожащими пальцами впиваясь в бёдра.

Он идёт меня убивать за то, что я его вчера укусила.

А я сижу мышью, парализованная страхом.

Боже, как же мне надоело бояться, надоело быть жертвой… Попав в этот мир, я только и делаю, что трясусь от страха.

Я вскакиваю аккурат в тот момент, когда между мной и Сартаром остаётся около метра. Резко разворачиваюсь, ловлю ошарашенный взгляд Карды — и…

Меня хватают за шкирку.

— Прошу нас извинить, — цедит сквозь зубы Сартар, зажимая ладонью мой рот. — Но нам с адепткой Харвуд нужно кое о чём поговорить. — С этими словами он шагает к двери, таща меня за собой.

— Конечно, конечно, — доносится до меня голос противного гнома, который ни черта не препод, а равнодушный предмет мебели.

Они все здесь чокнутые.

Мотаю головой, пытаюсь вырваться, пока эта груда мышц тащит меня к выходу. Мои мышиные трепыхания ему по боку. Изловчившись, кусаю его ладонь и тут же слышу злой выдох.

Вытолкав меня из аудитории, как мешок, он прижимает меня к стене, убирает ладонь с моего рта и, наклонившись так, чтобы наши лбы были почти на одном уровне, цедит сквозь зубы:

— У тебя есть ровно минута, чтобы сказать, кто ты.

Душно. Тесно. Тяжело. Меня словно в печь засунули и надавливают сверху крышкой…

Выставляю руки, пытаясь его оттолкнуть, но всё тщетно — он делает рывок, прижимая меня к стене своим телом. Пальцы оказываются на моей шее.

Вот… сволочь.

— Ну, — цедит, сильнее прижимаясь. — Я жду.

— Ты не мог бы… — шепчу, пытаясь отодрать его пальцы от своей шеи.

— Не мог бы.

Просто прекрасно.

Липкая паника окутывает тело, а сердце бьётся в груди так, словно вот-вот выпрыгнет из груди.

Что делать-то?

Вчерашний финт с укусом не пройдёт, вон как зыркает, явно ожидая от меня нечто подобное. Ну и правду я не могу сказать: вдруг пойдёт и расскажет всем, кто я на самом деле, и что тогда? И тогда мне точно крышка.

— Ты не Лимелия, — хрипло говорит капитан очевидность. — Кто ты?

Набираю в лёгкие побольше воздуха и прикрываю глаза. Мысленно считаю про себя, пока рука этого изверга не начинает трясти меня со всей дури за плечо.

— У меня, знаешь ли, нет времени выколачивать из тебя ответы.

— Ну так отпусти!

— Пока не скажешь, кто ты и откуда взялась, так и будем стоять.

— Ты сам себе противоречишь, — фыркаю, пытаясь рукой дотянуться до плеча.

— Ага. А ты странная девица, которая вчера меня укусила. Я бы мог заявить на тебя, но, как видишь, я этого не сделал.

— Это и удивляет, — язвительно тяну я, задираю голову. — Такой, как ты, склочный, надменный мужик вполне способен по-бабски пойти и нажаловаться.

На краткое мгновение на его лице расцветает растерянность, он непонимающе хлопает глазами, но быстро берёт себя в руки.

Ох, Вася. Язык твой — враг.

— Ты кого склочным мужиком назвала⁈ — рычит, сильнее прижимая меня к стене так, что спина начинает неприятно тянуть от боли.

— Тебя.

Зажмуриваюсь, но, на удивление, реакции с его стороны не последовало.

Разлепляю один глаз, потом второй.

Синие глаза дракона прищурены и скользят по мне пристальным, изучающим взглядом. Так смотрят лаборанты на существо, которое вот-вот прихлопнут.

— Ладно, — выдыхаю, отворачивая голову. — Я не Лимелия. Доволен?

— Это я и без тебя знаю, — хмыкает, разжимая пальцы на моей шее. — Я спрашиваю: кто ты и откуда взялась.

— Всё-то тебе скажи, — бурчу, потирая шею и окидывая коридор отчаянным взглядом. Как назло, здесь никого.

Хотя, постойте-ка…

В конце коридора замечаю силуэт старухи. На этот раз она не улыбается. Смотрит исподлобья, да так, что я мгновенно превращаюсь в одну большую мурашку.

Холодею, ощущая, как пересыхает в горле.

— Что с тобой? — Сарт поворачивает голову в ту сторону, куда я смотрю.

Он не видит её. Её никто не видит.

Но тут случается совершенно неожиданное.

— Ты её знаешь?

— Что? — потрясённо переспрашиваю, переводя на него взгляд.

— Эту женщину ты знаешь? — он прищуривается, и его зрачки становятся вертикальными. — Хотя… наверное, нет. Она давно мертва.

После его слов старуха дёргается, меняется в лице, а затем её силуэт растворяется в воздухе.

Ну раз старуху ещё кто-то видит, кроме меня, значит, я не сошла с ума, и мне не привиделось. Это хорошая новость. Наверное.

Сартар смотрит на пустое место, где только что стояла старуха, слишком долго.

— Это тёмная сущность, — произносит он наконец. — И мне очень интересно, что тёмная сущность делает в академии.

Переводит взгляд на меня и прищуривается.

— А ещё интереснее, кто ты такая на самом деле.

Я дёргаю плечом.

В голове каша. Ни слова не могу из себя выдавить.

В следующую секунду кожа лица начинает нестерпимо жечь. Дотрагиваюсь до лица подушечками пальцев, втягиваю воздух и, не сдержавшись, вскрикиваю.

— Спокойно. Я лишь убираю твои синяки.

— Ты больной⁈ — рычу я, пытаясь оттолкнуть его. — Кто тебя просил!

— Меня не надо просить, — парирует. — Просто твоя разукрашенная мордашка меня жутко раздражает.

Жжение исчезает так же быстро, как появилось.

Отвернувшись, начинаю хватать ртом воздух в жалкой попытке выровнять дыхание.

— Нас с тобой ждёт очень долгий разговор, НеЛима.

Боже, как от него теперь избавляться-то?

Глава 13

— И что, он так просто тебя отпустил? — спрашивает Карда, скептически выгибая бровь.

Мы торопливо уходим от академии в сторону площади, где, по её словам, можно нанять повозку до центра.

— Ну… не просто, — морщусь, невольно вспоминая, как Сартар прижимал меня к стене, вызывая удушливую панику. — Мне пришлось признаться, что я не Лима.