И действительно. Спустя десять минут поверенный стоял посреди просторной спальни, которая ну никак не сочеталась с обшарпанным интерьером дома. Хорошая мебель, дорогие шторы и баснословно дорогой ковёр.
Мадам Офелия, как и полагается “больной”, пребывала в постели. Она встретила визитёра выразительным стоном.
Тот опять-таки не посочувствовал. Даже ухом не повёл.
Во-первых, дела важней, а во-вторых, Офелию в кругу поверенных Бертрана знали. Уж кто, а эта дама своего не упустит. Извлечёт выгоду в каком бы состоянии ни была.
– О-о-о, – повторила Офелия приподнимаясь.
Скользкого вида служанка, которая всегда вертелась вокруг толстухи, к этому моменту из спальни исчезла.
– О-о-о…
Поверенный молчал, позволяя доиграть этот маленький и в целом талантливый спектакль.
Затем был короткий монолог о том, насколько “бедняжке” плохо. И сетования на ставшую слишком беспокойной жизнь. Слова про попорченные нервы, которые не позволяют переносить подобные нагрузки и, наконец, мадам задалась главным вопросом:
– Уважаемый, мне так приятно вас видеть… Но всё-таки, зачем вы пришли?
Мужчина недобро улыбнулся и произнёс:
– Мой господин приказал забрать пилюли. Уже ясно, что впихнуть их в Алексию вы не сможете.
– Впихнуть?
Изумление, прозвучавшее в голосе Офелии, было вполне натуральным.
– Эти пилюли были призваны помочь леди успокоиться, – начала мадам, хотя ситуация оправданий не требовала.
Визитёр перебил её хмыканьем.
Он был не последним человеком во внутренней иерархии, и прекрасно знал, что именно в результате приёма пилюль наследница рода стала безвольным овощем. Но даже это, увы, не помогло.
– Ох, мне так сложно встать… – продолжила Офелия. – Но я, конечно, попробую.
Дама выбралась из постели, явив визитёру весьма соблазнительные формы. Её ночная сорочка была огромной, но практически прозрачной. На несколько долгих секунд поверенный, невзирая на весь опыт и скепсис, попал в плен женских прелестей. Как примороженный уставился на пышную грудь.
Ниже – ещё лучше. Корифий, который был знаком с Офелией в разнообразных смыслах, предупреждал, что мадам может внезапно обнажиться. Он разрешил воспользоваться моментом для собственного удовольствия, но требовал не терять головы.
Когда Офелия извлекла из настенного сейфа нужную коробочку и приблизилась, чтобы передать остатки пилюль, соблазн стал особенно сильным. Оба понимали насколько положение Офелии уязвимо, и оба знали, что ради информации и помощи эта мадам пойдёт на всё.
Даже с ним. С невзрачным функционером, который не имеет ни малейшего влияния на господина, зато способен преподнести эту встречу в выгодном для Офелии свете.
Мужчине пришлось приложить усилие, чтобы переместить взгляд выше.
И ещё выше.
И остановиться на довольно привлекательном, уже раскрасневшемся лице.
Шаг назад, убранные во внутренний карман пилюли, и поверенный произнёс:
– Мой лорд крайне недоволен тем, как развернулись события. Вы ничего не предприняли. А леди Алексия сблизилась с самим Дрэйком, и это многое усложняет. Если в ближайшее время ничего не изменится, мой лорд будет вынужден отозвать у вас право на владение поместьем.
Эротичный флёр, который окутывал Офелию, исчез.
Его не просто сдуло – сорвало, как оставленную в ураган тряпку. Женщина сильно побледнела и выдохнула:
– Что?
– Что слышали. Можете забыть о землях, доме и спокойной старости, за которую вы так усердно боролись.
– Но… – Офелия совсем растерялась. – Но…
Помолчала и выпалила:
– Вы не можете! Бумаги оформлены по закону! Поместье принадлежит мне по праву! Я пойду в суд!
Поверенный ухмыльнулся. Кажется мадам забыла о возможностях рода Майрис и самого Бертрана. Или просто не читала сноски в договоре?
В том же, что касается судебного производства, Офелии просто нечего предъявить.
Как она обоснует причины передачи ей поместья? Признается, что это были отступные за некоторую «тупость», проявленную при продаже имущества Рэйдсов? А чем докажет, что Бертран приплатил именно за это?
О, нет… Бертран честный человек! Акт дарения был обусловлен тем, что Офелия надавила на стариковские чувства. Обманула богатого человека, но позже он очнулся и восстановил справедливость.
– Проще вернуть контроль над Алексией, – передавая слова Бертрана, произнёс визитёр.
– Проще? – взвизгнула мадам. – Да это вообще невозможно! Думаете я не пыталась?
– Ваши проблемы. – Мужчина снова цитировал хозяина.
– Эта договорённость не касалась свадьбы! Эту часть сделки я выполнила. Поместье уже моё!
Мужчина промолчал, а из глаз Офелии покатились слёзы. Однако оставаться на второй акт пьесы одного актёра поверенный не желал. Он развернулся и вышел, а Офелия всхлипнула:
– Козёл!
Соглашаясь на сотрудничество с Бертраном, дама понимала, что что-то может пойти не так. Знала, что мерзкий старик может передумать или взять за горло. Именно поэтому не согласилась на предложенные изначально ежегодные выплаты, а потребовала недвижимость.
Земля – это всегда надёжно. Особенно, когда она в собственности. Но Бертран…
Рыдая, Офелия упала на кровать. Совсем недавно Бертран вызывал к себе, угрожал и требовал, а теперь решил ударить по самому больному. Она очутилась меж двух огней и действительно ничего не могла предпринять.
Помочь старому лорду не получится даже если захочет. Сближение с Алексией тоже не клеилось. Опекуншу как будто выбросили на обочину. Ещё вчера она находилась в эпицентре жизни этого дома, а сегодня – словно её и нет.
Кажется, если исчезнет, то никто не заметит. Разве что Хонна, которую тоже выбросят. Мгновенно! Впрочем, какое ей дело до этой служанки?
– У-у-у! – тихонечко взвыла женщина. – Я не могу остаться нищей! Поместье моё. Так не честно!
Но что делать она не знала.
Было очевидно, что торопиться нельзя, необходимо выжидать. Рано или поздно Алексия придёт, и тогда… Мадам непременно убедит подопечную в своей правоте.
Офелия хорошая! А они плохие. Все, включая Бертрана. Ведь старый лорд давил, манипулировал и заставлял.
Это всё он. А она… Глуповата, да. Но разве глупость – порок?
Истинное преступление – это лишить одинокую женщину честно заработанного поместья! Да пожрут бесы старого извращенца.
Пусть всех пожрут. И Бертрана, и Корифия, и идиотку Алексию. За то, что посмела разрушить такой великолепный, такой выгодный для всех, включая саму наследницу рода, план!
Глава 7
Часом позже, приёмная Дрэйка
Просачиваясь в дядин кабинет, Нэйлз нервно размышлял о том, чем ещё провинился. Ведь он точно не успел натворить ничего нового. Или всё-таки успел?
Зачем его вызвали?
Задумчивый взгляд, которым встретил восседавший за письменным столом Дрэйк, уверенности не прибавил. Нэйлз, как бывало в таких случаях, опустился на самый краешек кресла – сел, как воробей на жёрдочку.
Высокий лорд смерил очередным задумчивым взглядом, а потом заявил:
– Ты справишься.
Юноша, невзирая на переполнявшие эмоции, сразу понял о чём речь.
Он застыл, непроизвольно округлил глаза и хотел возразить, но Дрэйк перебил:
– Обязательно справишься. Ты молодой, горячий, тоже учишься на пурпурном факультете. У вас с Алексией много общего, ты запросто найдёшь к ней подход.
– Запросто? – Нэйлз даже воздухом подавился. – Много общего? Дядя! Да я… Я чувствую себя младенцем рядом с ней.
– Ну, это как раз объяснимо, – не проникся трагизмом Дрэйк. – Девушки взрослеют быстрее, но со временем эта разница испарится.
Нэйлзу аргумент не понравился. Он пребывал во власти эмоций, и выпалил первое, что пришло в голову:
– А что скажет мама?
– Леди Эсхилия одобрит, – заявил дядя уверенно. – Невзирая на слухи, которые ползут сейчас по столице, она будет невероятно рада.
