Дракон! И-гад-же-ты! - Мамаева Надежда

Чувства благодарности, недоумения и легкого разочарования, исходившие от нее, буквально оглушали.

– И ты не должна на нее опоздать, – меж тем закончила Маршива.

– С чего бы? – прищурилась я, пуская в сторону адептки волну раздражения: пусть проникнется ко мне прежней антипатией.

– С того, что я вообще-то староста. И отвечаю за посещаемость, успеваемость…

– И прочую гадость, – подхватила я.

– Но не стервозность, – продолжила Маршива наш марафон слов на «–ость». – За нее у нас ты отвечаешь.

– Что ты, за это звание мне нужно побороться с половиной группы…

Адептка поджала губы и развернулась на каблуках, собираясь уходить. Но, сделав шаг, замерла, посмотрела на меня через плечо и бросила:

– Иногда мне кажется, что ты специально хочешь быть плохой, а иногда я в этом просто уверена.

И она ушла, гордо цокая каблуками. Вот, стоило лишь ненадолго отвлечься и… Все труды дракону под хвост!

Осталось только выдохнуть, еще раз пожелать одному психу всего наихудшего и… отправиться на лекцию по лингвоэволюции, где мы уже несколько лет изучали, как руны дошли до жизни такой, в смысле превратились в литеры, и при этом утратили магическое наполнение.

А после – привычный перекус на бегу и библиотека, где на этот раз смена прошла в тишине и спокойствии. Жаль, на душе не было ни того ни другого.

Правда, уже на эволюции я смогла обуздать свою тревогу и паниковала теперь подконтрольно, за несколькими пси-щитами. Так что внешне была сама невозмутимость.

И домой вернулась, улыбаясь как обычно, а за ужином как бы невзначай обронила, что подруга позвала на пижамную вечеринку, так что я приду поздно или вовсе заночую… Выбрала именно этот предлог, поскольку была не уверена, когда закончится эта «маленькая услуга» психу.

Тетя с дядей ничего не заподозрили. Лишь обрадовались, что не очень-то общительная я сама решила провести время в кругу подруг, а не книг. А легкое дуновение сомнения Розалии и Томариса я приглушила своим даром, так что мне пожелали лишь хорошо повеселиться.

Вот только, поднявшись к себе и распахнув шкаф, я ощутила, как в животе что-то екнуло. Но я решительно выдохнула и, вспомнив слова Дэккера о том, что нужно выглядеть соблазнительно, протянула:

– Та-а-акс, и какую «пижамку» взять?

Ровный строй из пары вполне себе скромных платьев, джинсов, закрытых блузок и джемперов был явно в недоумении.

ГЛАВА 6

В верхней одежде я предпочитала неброскость. Меньше внимания. Меньше контактов. Меньше людей… Хотя розовые волосы сводили половину этих трудов насмарку, но все же… вторая-то часть оставалась!

А вот нижнее и домашнее белье – да, тут и пошалить можно. Озорные полосатые теплые чулки, ночные шортики с розовыми мишками, кружевные комплекты… но не пойдешь же в этом к психу…

Так что вздохнула, запустив руку вглубь гардероба. Пальцы наткнулись на что-то плотное. Платье. Новое. Еще с биркой, где размашистым почерком кузины было написано: «Использовать сегодня, на ведьмин шабаш, и чтобы пугать злых духов и болтунов». Помнится, это одеяние мне малая дарила на прошлый день рождения в шутку: ну куда в летнюю жару я бы носила такое… По ощущениям, тогда мне показалось, этот наряд сделан из плотного хлопка и огня. И плевать, что я сама вроде как маг пламени. Огневикам тоже бывает жарко!

А вот сейчас мне было не до этих самых шуточек в том числе и кузининых… Так что я критически оглядела пойманную в шкафу одежду.

Длинные рукава прямого кроя, небольшой вырез, юбка облегала до верхней трети бедра, а к щиколоткам расходилась широким колоколом. Такие платья по фасону называют русалочьими. Ну, значит, и я сегодня буду… Русалкой с придурью.

«Или все же лучше джинсы и водолазку? Или клетчатый сарафан до середины колена…» – ни один мужчина никогда не познает всю ту глубину мук выбора, которые испытывает женщина перед гардеробом. Даже если она – еще девочка, или девушка, или уже бабушка… Это у нас встроенная в организм функция.

Так что вдохновенно страдала я с четверть часа, потом плюнула и все же взяла подарок Мии. Надо же его хотя бы куда-нибудь выгулять. Пусть и на шабаш!

Шабашить, жаль, буду до седьмого пота и не за деньги, а за страх и свою тайну – но это уже детали.

Платье село… удивительно хорошо. Облегало фигуру, подчеркивая линии, которые я обычно прятала под свитерами. Я покрутилась перед зеркалом – и чуть не застонала. Выглядела я как минимум на пять лет старше, а двигаться было на сто процентов неудобнее. Но Дэккер сказал «соблазнительнее». Будем считать, что это самое соблазнительное в моем гардеробе. А на что-то более откровенное надо было выделить мне аванс.

Обувь – любимые сапоги-трубы на низком каблуке. Что такого? Ну кто под юбкой в пол их увидит? А мне еще и ковылять на шпильках – нет, уж, увольте… Накинула короткую кожаную куртку на плечи: не хватало еще замерзнуть из-за этого платинового «начальника на одну ночь».

Последний взгляд в зеркало: розовые волосы, обычно собранные в хвост, теперь рассыпались по плечам. Лицо бледное, глаза слишком широкие – от страха или от ожидания, сама не знала. Я накрасила губы помадой, которую еле отыскала в тумбочке. Потом достала карту города и глянула, куда же меня послали. Оказалось – неблизко. Запомнив дорогу, сложила карту в сумочку, накинула ту на плечо и выдохнула:

– Пора – не пора, я чудить пошла!

А затем, спустившись, тихо, точно ночной тать, выскользнула из дома.

Каблуки застучали по брусчатке, куртка согрела от стылого ветра, а вот юбка не могла придумать ничего лучше, чем мешать. Нет, так я далеко не уйду. Приподняла подол, задрав его до колен, и дело пошло быстрее. И я тоже.

Так что добралась до остановки и с двумя пересадками очутилась на улице, что вела к «Ватному голему» – заведению, о котором я не слышала ровным счетом ничего вплоть до вчерашнего дня.

Бар оказался в старом промышленном квартале, в здании, у которого из богатств было только прошлое. Ну и шикарная магическая плесень с эффектом флюоресценции. Она раскинулась по наружной стене и успела поглотить под собой часть рунических граффити. Кстати, как специалист, могу сказать, что символы были выведены с дичайшим количеством ошибок. Я не считала себя педантом, но если уж вы используете бранные слова и символы, то пусть прохожие, читая их, краснеют за смысл, а не за исполнение!

Над тяжелой дверью висела вывеска «Ватный голем», и над ней кружил фантом какой-то кляксы. Надо полагать, того самого истукана, в честь которого и названо заведение.

Я замерла перед входом, выпустила из пальцев подол платья. Ткань упала, а с ней – и какой-то ком из горла провалился в грудь. И враз в ней я ощутила какую-то тяжесть.

Руки, на удивление, не дрожали. Вместо них тряслась душа. Где-то в районе пяток. На миг прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Три раза напомнила сама себе, что меня, вообще-то, пытались выжить… И из дома отца, и с этого света разом, но ничего у мачехи не вышло. А все потому, что у Джи Макклейн упорства было не занимать (хотя бы потому, что здесь не у кого). Так что и сейчас буду настойчивой, осторожной, хитрой и… если что – бить сзади по голове по примеру Мии. Маги этого ожидают меньше, чем боевых арканов.

План был прост, но придал бодрости, так что я взялась за ручку двери и опустила щиты. Они, конечно, были слабой защитой – при моем-то небольшом уровне дара, но помогали порой не дернуться. Но сегодня мне нужны были все эмоции вокруг, чтобы ничего не упустить и самой не попасть в еще большие неприятности.

Распахнула створку – и меня окутали густой курительный дым, запах солода, пота и порока. Внутри было тесно, шумно, тускло. Барная стойка из грубого дерева, столики в глубине, по центру – помост, на котором извивался грудастый девичий фантом.

Дэккер сидел у стойки, полуобернувшись ко входу. Он сразу заметил меня.

Ну и я бы никак не пропустила самые широкие плечи этого зала. Белая футболка и почти такие же светлые в тусклом местном свете волосы.