Настя, остановись! (СИ) - Зырянова Ирина

— Ну, что-то мы тебя совсем заговорили, — спохватилась хозяйка. — Накладывай рагу, салат. Большое блюдо с мясным рагу источало такой невероятный запах, что я разве что слюной не изошла. Быстро набрав себе полную тарелку, наконец-то приступила к еде.

— Вот это аппетит! — восхитился отец семейства, отчего я чуть не поперхнулась.

— Простите, — отложила я вилку, — дорога сюда была длинной и утомительной.

— Не стоит извиняться, девочка, — по-матерински, ласково произнесла Лорейн. — Мы знаем, как далеки отсюда земли магов. Я бы сроду, не отпустила свою дочь так далеко. Хоть у нас и уважительно относятся к женщинам, но не редко попадаются и те, которых не устраивает такое положение дел, — перешла она на полушёпот.

— Просто, таким мужчинам не повезло ещё встретить свою женщину, — вставил свои пять копеек отец семейства.

— Ты прав, дорогой, — одобрительно похлопала она по его руке, сев от мужа по левую руку.

На следующий день я была нагло разбужена Рутой:

— ПРОСНИСЬ И ПОЙ!!! — заявила она мне, стаскивая с меня тёплое одеяльце.

— Ты точно не иномирянка? — пробурчала я, пытаясь кутаться в ускользающее одеяло.

— Нет. Мирта — моя родина. Но, ты права. Это выражение я заимствовала у одной попаданки.

От полученной информации, сна как и не бывало.

— Она живёт в городе?

— Да. Она супруга местного мясника.

— Я бы хотела с ней познакомиться.

— Так, собирайся скорей. Сегодня открытие ежегодной ярмарки. Там все будут. И, Катерина с мужем и детьми.

После года походной жизни, собраться я могла и за минуту. Отправив Руту накрывать нам завтрак, подойдя к напольному зеркалу, произнесла заклинание чистоты и собрала волосы в сложную «эльфийскую» косу. Быстро сообразила на себе платье из зелёного шёлка с пышными шифоновыми рукавами и удобные туфельки чёрного цвета на невысоком, устойчивом каблуке. В цвет туфель создала поясную сумочку, что пользовалась большой популярностью среди студентов. Не прошло и десяти минут, как мы, заправленные сытной кашей и фруктовым компотом, слившись с толпой, чеканили шаг по каменной мостовой в сторону городской площади.

Размах ярмарки поражал своим масштабом и красочностью. Чего только стоил цирковой шатёр, что высотой и занимаемой площадью затмил здание ратуши.

Прогуливаясь по ярмарочным рядам, от одного прилавка до другого, я уже жалела, что плотно позавтракала. Торгаши, то и дело всучивали мне в руки свою продукцию. А, один, особо предприимчивый делец, подцепив меня под локоть, и усадив на высокий стул, всучил мне в руки бокал вина. И пока я наслаждалась цветочным букетом напитка цвета бордо, этот манигер с творческой жилкой изобразив меня в стиле Брюллова, тут же размножил мои портреты, прочитав над холстом замысловатые фразы. Ахнуть не успела, как плакаты с моим фейсом разлетелись по всей площади. Стоит ли говорить, что после такого пиара, любителей отведать молодое тело/вино прибавилось в разы.

Винцо хоть и без выдержки, о чём говорили натуральные пузырьки, играющие в прозрачном напитке розового цвета, но в голову ударило знатно. А, тут ещё Рута уговорила меня прокатиться с ней на карусели, что походила на наши «земные» цепи. В общем, вертолёты в моей голове кружили как на параде к девятому мая. Заметив моё позеленевшее лицо, Рута, чувствуя за собой вину, поджала нижнюю губу и предложила мне свою помощь. Проведя рукой над моей головой, что-то бурча себе под нос, она словно забрала у меня все симптомы интоксикации, возвращая мне хорошее настроение.

— Куда в тебя столько лезет? — усмехнулась я, наблюдая за девушкой, что лакомилась поп-корном обильно залитым карамелью.

— Ничего не могу с собой поделать. С детства обожаю жареный маис, — повела плечами Рута, обводя площадь взглядом в поисках свободной лавочки.

— А, может, прокатимся на колесе обозрения? — предложила я.

Не одни мы так подумали, не найдя свободную скамейку. Это мы поняли, встав в хвост длиной очереди на аттракцион. Когда до нас дошла очередь на посадку, Рута была вероломно оттеснена от меня ещё одним представителем семейства кобелиных. Реклама винодела сделала своё дело, и не в мою пользу. Мой растиражированный портрет рассорил не одну парочку на этой ярмарке.

— О! Наконец-то! Новое лицо! Ну, хоть в этом году ярмарка ожидается нескучной. Садись со мной, красавица! — поддел меня под локоть приторно-красивый брюнет. Я таких парней модельной внешности за глаза называла «педирочки в свитерочках». И, вот ведь, за то время, что проработала в мире моды, ни разу не ошиблась. А, тут, понимаешь ли, такой экземпляр традиционной ориентации клинья ко мне подбивает.

— Это она, — прошипел ему на ухо рыжий дружок, разворачивая тонкую холстинку с моим изображением.

— Да ты у нас любительница напитков покрепче парного молока. А, по нежным щёчкам и не скажешь, — потянул он свою пятерню к моему лицу, но мне удалось увернуться.

— Что Вы себе позволяете?! — возмутилась, выдернув свою руку из захвата. — Идём Рута, — вцепилась я в опешившую подругу, строго взглянув на главного заводилу и его дружков.

— Ух, какая! Не девка — огонь! — выдал восторженно блондинистый парнишка.

— И, не таких обламывал, — усмехнулся брюнет, возомнивший себя бессмертным.

— Ну, и молодёжь пошла! — выдала я, обведя троицу презрительным взглядом.

— Ка-а-с! — прошипел третий, в чью иссиня-чёрную косу были вплетены тонкие косички фиолетового цвета, — кажется эта огневушка тебе не по зубам.

— Помолчи, Шер! Ещё до окончания ярмарки она будет моей. Помяни моё слово!

— Обломишься, — прошипела себе под нос, больше не поворачиваясь к парням.

— ТЫ ЧТО?! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КОМУ ТЫ ОТКАЗАЛА?! — раздувала Рута щёки то ли от возмущения, то ли от восхищения, садясь в кресло карусели.

— Ну, и кому? — усмехнулась я, пытаясь отыскать ремни безопасности, которых, видимо, здесь отродясь небывало.

— Это же Каспиан Салланж — сынок нашего мера, по прозвищу «Прекрасный», — произнесла она с вожделением. Мало того, что он хорош собой, так ещё и имеет большой магический потенциал. Он со своими дружками уже на третьем курсе боевого факультета.

— А, какая у него маги? — заинтересовалась я этой заурядной личностью. Ещё бы, мне с ним ещё учиться два года в одной академии, которая, чувствую, будет тесна для нас двоих.

— Он менталист. Обладает даром внушения и подавления воли. Это ему досталось от деда — нага.

— Так, может быть, он всем вам просто внушил, что самый обаятельный и привлекательный. А, на деле крокодил крокодилом! — сказала я как можно громче. Пусть слышит с кем я его сравнила, тем более, что и на Мирте крокодил звался вполне по земному. Поговаривают, что эта рептилия попала сюда из другого мира, и на первых парах была довольно разумной, обретала человеческую ипостась, вела жизнь в социуме. Но, потом что-то в развитии вида пошло не так, и они одичали, превратившись в страшных хищников болот.

За день, проведённый на ярмарке, мы ещё не раз сталкивались с этими мажорами. Я, порядком устав, принялась отговаривать Руту от танцев, которыми традиционно заканчивался ярмарочный день. Но, эта коза, твёрдо решила натанцеваться до упаду. Несмотря на то, что я была в новом, молодом теле, душой то я оставалась той Настей, что предпочитала развлекаться дома, читая книжку под душевный трек, а не скакать молодой козочкой под танцевальные ритмы дискотек.

Танцы, стали для нас камнем преткновения, разведя в разные стороны. Оставив подругу на площади, поплелась обратно к дому. В паре кварталов от пекарни «Лорейн», услышала до боли знакомые голоса:

— Ты думаешь-шь, она станет так рисковать, придя на ярмарку? — спросил Рик Бена.

ВСЁ ТЕ ЖЕ НА МЕНЕЖЕ! — проворчала себе под нос, нырнув в тень двухэтажного дома.

— Ты не забывай, что она может выглядеть как угодно. Не удивлюсь, если ей под силу скопировать какого-нибудь студента. Да, я просто уверен, что она решит поступать в академию в образе парня.

— Не выйдет. «Арка правды» вмиг раскроет её ложь.