Опасные булочки попаданки, или Лови Петюню (СИ) - Крылатая Анна

– Это всем вам она королева, а мне Виарана Скайлард прежде всего родная мать!

Моррейн перестал улыбаться и недобро сощурился. Наши взгляды схлестнулись в яростном противостоянии. Я почувствовал, как напряжение сковало плечи. Хотелось бросить что-то колкое, но слова будто застряли в горле, и я просто сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони до боли.

– Вальди, – в голосе матери послышалась гордость за своего сына. Иногда мне даже казалось, что меня она любила больше, чем власть и поклонение. Но это только казалось. – Вальди, ты скоро станешь королём, поэтому веди себя, как подобает, – из голоса снова ушла жизнь. Осталась только выжигающая всё настоящее алчность.

От её слов сжалось сердце. Его величество король Герд Вирен был жив, хотя и тяжело болел последние несколько месяцев. Кронпринц Раймар Каллерион Вирен, мой сводный брат, должен унаследовать престол отца по праву крови дракона. А я всего лишь человек, сын простого пекаря и доярки! В моём роду не было ни одного короля!

После смерти отца мать каким-то невероятным образом оказалась во дворце, где приглянулась вдовствующему Герду. Король был настолько великодушен, что взял в жёны пусть и красивую, но все же безродную доярку, да ещё и с чужим сыном на руках. Не скажу, что Герд меня воспитывал, как своего, но рядом с ним я чувствовал себя в безопасности, будто с добрым дядюшкой. А с Раймаром мы вообще сильно сдружились, хотя мать всегда была против этого.

Она часто отсылала меня из дворца, якобы, чтобы я научился этикету, владению мечом, языкам и всему прочему, что так необходимо знать... будущему королю... И заодно держался подальше от законного наследника. Я далеко не сразу понял её задумку: для меня все эти сказки о том, что я буду править Дартиумом, были всего лишь сказками. Раймар подходил и подходит на роль короля-дракона куда больше, чем я. А я всегда мечтал пойти по стопам отца и радовать посетителей пекарни свежей выпечкой. Эти мечты оказались под строжайшим запретом...

Но сейчас она уже в открытую говорит о том, что я стану королём!.. За такие речи королеву ждёт палач с топором наперевес, если Герд узнает. Несмотря на всё то, что она уже сотворила, я не желал ей смерти. Просто глупо надеялся, что однажды Виарана вспомнит, кем была, и мы вернёмся жить в дом отца, чтобы почтить его память. В детстве я верил, что запах ароматной выпечки, стакан свежего молока и следы муки на одежде – это и есть счастье. Простой дом, никогда не остывающая печь, смех посетителей – моё детство состояло из мелочей, которые здесь во дворце потеряли всякий смысл. Но тогда мне казалось – нам троим больше никто не был нужен. Мы – одна семья... Потом после переезда в королевский дворец мы так сильно сдружились с Раймаром, я искренне зауважал Герда, и эти двое стали нашей с мамой новой семьёй. Но...

Вспышка. Запах сена с отцовских рук вдруг жёстко сменился привкусом железа и тревоги; последнее воспоминание о доме смешалось с новым страхом за Раймара. Я не хотел в это верить, гнал от себя прочь эти мысли, но... Неужели мать травит короля?! А если Раймар пропал, как сказал Сандро, то она по-любому приложила к этому руку! И как мне защитить брата и Валенту, если моим противником была моя же мать?..

– Что ж, – я усмехнулся так, что аж сам Моррейн подавился своей ухмылкой. – Тогда все вышли вон, – в голосе звенела сталь, а взгляд прожигал насквозь. Приспешники королевы втянули головы в плечи и поспешили на выход. Лишь глава совета магов замешкался, оценивающе меня разглядывая. Я расправил плечи и, вскинув голову, высокомерно напомнил: – Те, кто ослушается приказа будущего короля, первыми пойдут на встречу с палачом, когда меня коронуют.

От этих слов в горле запершило, почувствовался привкус горечи. Короновать должны Раймара, да и то только после смерти Герда. Королева всего лишь временно занимает такой высокий пост, а я и вовсе не сяду на трон. Я должен убедить её отказаться от этой глупой затеи.

– Вальди, – мягко сказала мать, стоило нам остаться наедине. – Мне нравится, что ты наконец-то проявляешь интерес к моим делам. Она встала с трона, подошла ко мне и коснулась ладонью моей щеки: – Из тебя выйдет самый красивый король. Корона тебе будет к лицу.

Я накрыл её руку своей:

– Мама, у меня есть лишь одна просьба.

– Какая, Вальди? – спросила Виарана. На какое-то мгновение в глазах королевы проступила та самая нежность, которой мама окутывала меня с детства. Даже на миг показалось, что мне удастся убедить мать отступить от своих планов.

– Давай уедем отсюда?

Серо-зелёные глаза в один миг покрылись корочкой льда. Передо мной снова стояла надменная королева, готовая положить на алтарь своей алчности что угодно.

– Его высочество кронпринц Вальдор Скайлард! – с яростью выдала она, сжимая кулаки. – Однажды вы образумитесь и поймёте, что всё это сделано ради вашего же блага!

Глядя на неё сверху вниз, я не верил своим глазам. Куда исчезла добрая трудолюбивая женщина, готовая накормить весь мир? Как так случилось, что мать превратилась в одну из тех знатных дам, которых так боялась?

– Я не кронпринц, – тихо, но твёрдо сказал я. – Кронпринц – мой брат Рай...

Я не успел договорить, королева залепила мне пощёчину. Она закричала в гневе:

– Не смей называть это драконье отродье своим братом! Только ты достоин быть королём Дартиума!

– Но я не хочу! – в отчаянии ответил я, вскидывая руки.

– Глупости! – отмахнулась королева. – Ты просто не понимаешь, что говоришь. Но рано или поздно осознаешь, что я забочусь о тебе.

– Или о себе! – зло бросил я. Взяв себя в руки, попытался зайти с другой стороны: – Неужели, ты забыла, что Раймар – дракон! Даритумом испокон веков правили драконы...

– Это скоро закончится, – отрезала королева, отворачиваясь. – Ты сядешь на трон, когда подохнет Герд. Ему уже недолго осталось. И Раймара ждёт та же участь.

Жестокие слова резанули меня острым кухонным ножом. Сердце сжалось от ненависти к этой женщине, которая собралась разрушить нашу новую семью и убить моего лучшего друга. Разум затуманился, в глазах потемнело, пальцы сами собой вцепились в кинжал, висевший у меня на боку. Если я сейчас убью королеву, то смогу предотвратить переворот в Дартиуме!

– Ваше величество! – пропел Гордус, оказываясь между мной и королевой. Он поклонился так, что как бы случайно задел меня своим необъёмным задом и оттолкнул подальше. Я судорожно стал хватать ртом воздух, в ужасе осознавая, что я едва не совершил... После убийства собственной матери можно только в петлю...

Ужаснувшись своим мыслям, я словно в тумане вышел из тронного зала за Гордусом, вызвавшем меня для какого-то сверхсрочного дела, вроде встречи с будущей принцессой... Неужели, я смог бы убить её?..

Как я очутился в своей комнате, я в упор не помнил. Залпом выпив стакан воды, предложенный Гордусом, я сел в кресло и схватился за голову:

– Нильям! Это всё она... Она травит короля и собралась убить брата... Что мне делать?..

– Вальдор, – тихо позвал Гордус. Я вздрогнул. Никогда раньше он не называл меня по имени... – Послушай, мальчик мой, – вздохнул мой друг, тяжело опускаясь на колено рядом. Я хотел было встать и предложить ему кресло, но Гордус остановил меня и начал свой рассказ.

Много лет назад он совершенно случайно оказался свидетелем ужасной истории. Молодую красивую девушку склонил к близости местный барон. Она забеременела, но решила скрыть своего ребёнка, так как его отец отличался жестокостью и вполне мог отнять малыша от матери. Но это не удалось – барон всё-таки нашёл сбежавшую девушку, забрал новорождённого, а её зверски наказал, бросив умирать под забором. Виарана еле выжила, а вот её малыш, разлучённый с матерью, погиб от руки жены барона.

Эта история ужаснула и потрясла весь городок. С того момента все юные девушки либо сбегали прочь, либо спешно выходили замуж за первого встречного, лишь бы не попасться на глаза барону. Виарана никогда не любила Ричара Скайларда – добродушного пекаря, рано унаследовавшего пекарню от своего отца. Ричар приезжал в тот далёкий от столицы городок, чтобы навестить любимую тётушку, а Виарана воспользовалась его наивностью, чтобы охомутать неискушённого паренька и убраться куда подальше.