— Тогда это вам, — сказал он, протянув мне два конверта.
Надо же, такой грозный мужчина оказался всего лишь посыльным.
Впрочем, посмотрев на почту, я поняла, что это очень непростой посыльный. Одно письмо было с графской печатью, а другое оказалось не чем иным, как повесткой в суд.
Бывшая свекровь и её «корзиночка» активизировались, решив окончательно меня уничтожить!
Глава 18
Повестка в суд настолько выбила меня из колеи, что я на время даже о письме с графской печатью забыла.
— Что там у тебя? — Спросил Кас, вылезая из-за стойки.
Я огляделась, поняв, что посыльный уже ушёл. А вопросов к этому неформалу несчастному у меня заметно прибавилось.
Спрятав повестку в карман передника, я спросила:
— Зачем вы прятались?
— Переводишь тему? Как некрасиво с твоей стороны.
— Некрасиво — это продолжать называть меня на «ты», хотя мы всё ещё не пили на брудершафт.
— Ещё раз скажешь об этом, и я буду считать это намёком. А заодно и приглашением.
— Лучше не надо. От кого вы прятались? Я что, укрываю уголовника?
Кас улыбнулся немного недоумённо.
— Похож?
— Немного. На мошенника очень даже.
— Как занятно. Нет, с тобой всё же определённо что-то не так!
— Может быть, хватит? — Чуть не зарычала я. — Уже и так понятно, что у вас ко мне какие-то претензии. Я не специально ваших друзей телегой сбила. После этого я уже извинилась и перед ними, и перед вами. Вас даже попыталась угостить, и не моя вина, что вы потом деньги за этот несчастный кофе оставили. Если я вам так не нравлюсь, можете просто перестать сюда ходить!
— Как же я это сделаю, если кофе в городе готовишь только ты.
— Да-да. Лучший в городе, — ухмыльнулась я.
— Фактически я не соврал.
Ну вот почему когда на него смотришь, можно залюбоваться, а когда рот открывает, сразу хочется чем-то треснуть?
— Так что в послании?
— А что там с причинами укрываться за моей стойкой?
— Я не преступник, — закатил глаза Кас. — Просто не хотел встретить одного знакомого. Если бы мы столкнулись здесь, было бы много проблем.
Я прожигала его недоверчивым взглядом, хоть и понимала, что это, скорее всего, правда. Несмотря на все ужимки и порой скверное чувство юмора, этот мужчина не тянул на мошенника.
Вздохнув, я развернула второе письмо. То самое, которое из графского дворца прислали.
— Хмм… Странно, — сказала я, пробежав глазами строчки.
— Что странного?
— Кажется, граф требует от меня партию круассанов на какое-то ближайшее мероприятие.
— Почему это странно?
— Я не настолько известна. Это раз. У него что, своих поваров нет? Это два. Откуда граф вообще узнал про круассаны? Это три.
— Слухи быстро разносятся, — пожал плечами Кас. — Не понимаю, чем ты недовольна. Такие заказы обычно очень хорошо оплачиваются.
— Об оплате здесь как раз ни слова.
Опасения были резонные. По опыту прошлого мира я знала, что госзаказы обычно не про заработок, а про создание имени.
— А ещё мне придётся либо работать по ночам, либо на несколько дней закрыть кофейню, чтобы испечь такое количество круассанов. Это не очень хорошо для бизнеса.
— Я помогу, — с энтузиазмом отозвался Кас.
— Обойдусь, — вздохнула я. — И если вы уже допили свой кофе, то не смею задерживать.
— Знаешь, быть такой букой — тоже не очень хорошо для бизнеса.
— С остальными я очень мила и приветлива.
— Ауч. А вот сейчас обидно было, — надул губы Кас.
Я закатила глаза. Казалось, он вообще не умеет быть серьёзным. И постоянно выводит меня на эмоции. А я ведь до сих пор о нём почти ничего не знаю. Только имя.
Для меня оставалась загадкой его фамилия, его сословие, его род деятельности.
Но когда я снова повернулась, чтобы спросить об этом, Каса в кофейне уже не было.
— С ним определённо что-то не так, — сказала я, а потом поняла, что почти дословно повторила его слова.
Тряхнув головой, я отогнала мысли о нём. У меня были проблемы намного серьёзнее.
***
Вечером, уже после закрытия кофейни, я подсчитывала выручку и краем уха слушала щебетания Лесли.
Она часто забегала поболтать. Хоть разница в возрасте у нас была достаточно внушительная — около семи лет, — мы всё же смогли подружиться.
Лесли рассказывала о своих мечтах и планах. Жаловалась на маменьку, которая давит, заставляя пойти по её стопам и отучиться на бытового мага. В своих мечтах та видела дочь модисткой и продолжательницей семейного дела. У дочери же были другие планы.
— А я хочу быть стихийным магом! — Сказала Лесли, скорчив жалобную физиономию.
— Если хочешь — будь, — кивнула я.
Итак, сегодня выручка составила почти четыре серебряных монеты. Это очень даже хорошо. Люди постепенно идут. Уже не только студенты. Как-то внезапно и зажиточные горожане повалили.
Конечно, из этих четырёх серебряных больше половины — себестоимость продуктов. А ведь ещё нужно заложить аренду помещения, отчисления в гильдию и так далее.
В целом, если дела будут идти так же, как сейчас, чистая прибыль в месяц выйдет около трёх золотых. И это я на магические услуги не трачусь! И как остальные на этой площади выживают?
Нужно либо цены поднимать, либо оборот увеличивать. А если увеличивать оборот, одна уже не справлюсь, придётся нанимать кого-то в помощь. То есть минус расходы на зарплату наёмного работника. Замкнутый круг какой-то.
Ужас! Голова раскалывалась, когда я пыталась просчитать все варианты.
Три золотых в месяц — мало. Катастрофически мало!
Нет, для обычного человека как раз вполне неплохо. Я бы сказала — средняя зарплата, на которую можно жить. Но мне ведь операция нужна. Для неё в месяц по десять золотых откладывать придётся. Где их взять? Вот в чём вопрос!
— Вивьен! Ты меня слушаешь?
— А? Да, да, конечно. Ты хочешь быть стихийным магом.
— Вот именно! Что вообще о них думаешь? Ты ведь училась в академии, хоть и на бытовом факультете.
— Ничего не думаю. Люди как люди. Это на боевом факультете что-то совсем интересное происходит. То потомок орков ходит, оливковой кожей светит и удлинённые резцы демонстрирует, то ещё кто-нибудь такой же интересный.
Это было правдой. Но узнала я это не во время учёбы, а когда возле академии ошивалась, зазывая студентов на кофе.
Эти зеленокожие обычно ещё и очень удручёнными выглядели. Не любили их здесь. И хоть откровенно не гнобили, за своих не принимали даже с учётом разбавленной родословной.
— Так что на боевой не советую. Там разные расы бывают.
— На стихийном тоже по-разному. Именно там зачастую драконы учатся.
— Да? И много у нас драконов? — Скептически хмыкнула я.
— Немного, ты права. Но скоро больше станет…
— Откуда бы?
— Драконы обычно гнёздами живут. Поодиночке их редко когда встретишь. Клан для них — главная ценность. Это здесь неприятная история получилась.
— Какая? — Спросила я без особого интереса.
— Лет пятнадцать назад граф и графиня, которые правили добрую сотню лет и на здоровье не жаловались, исчезли. И как-то резко во главе графства оказался брат погибшего графа. Его Сиятельство Франциск ЛеГранд.
— Даже интересно, кто же был заинтересован в исчезновении изначального графа, — хмыкнула я.
— Тшш… Свои мысли лучше при себе держать.
— Да поняла я. Что дальше было?
— А дальше он выгнал своего племянника, который мог претендовать на титул и управление этими землями. Тогда было объявлено, что виконт виновен в исчезновении своих родителей. Его изгнали, что для драконов подобно смерти. Но тот не умер. А вот Франциск ЛеГранд, который его изгонял — наоборот.
— Как интересно. А остальные? Я так поняла, клан не из трёх драконов обычно состоит?
— Да, было больше. Но все постепенно разъехались. Дальние родственники засели в своих имениях, в основном в горах. Дочь Франциска вышла замуж за дракона из другого клана. У него ещё сын есть, но тот такой… вечно из скандалов не вылезает, в академию учиться не пошёл. Поговаривают, что даже граф на него рукой махнул.
