Я каждый день отправлялась к академии, приманивая новых клиентов. В целом, получалось неплохо.
Цены я не гнула. Себестоимость кофе без сиропов была небольшой, так что я могла себе позволить выставить довольно низкую стоимость.
Очень скоро покупать начали не только на улице, но и в самой кофейне. Потянулись первые клиенты. Я активно раздавала карты лояльности, думая о том, что нужно ещё как-то систему бонусов ввести. Но я пока не понимала, как её сделать без компьютера и общей базы данных.
Студенты в основном забегали только за кофе. Иногда приходили уже парочками и тогда заказывали самые недорогие десерты, вроде шарлотки или тыквенного пирога. Преподаватели уже могли раскошелиться на круассан или бриошь.
Позже я планировала добавить экзотику для здешнего мира — Чизкейк, Сан-Себастьян, Моти. Творожный сыр пока выходил так себе. Чтобы бутерброд намазать пойдёт, а вот для десертов не годится. Так что я пока ещё экспериментировала.
Как было хорошо в родном мире! Покупаешь в супермаркете готовую «филадельфию» или «маскарпоне», и горя не знаешь. А здесь приходится самой вспоминать технологию. Причём ещё половины привычных продуктов нет…
Эта была первая проблема, притом, решаемая. А вот где раздобыть рисовую муку для Моти, я категорически не понимала. Особенно при учёте того, что риса я на местном рынке не видела.
Вспоминая, каким успехом пользовались эти незамысловатые десерты в моём мире, я понимала, что рано или поздно нужно будет «изобрести велосипед». В смысле, Моти. Но пока и без него забот хватало.
Собственно, именно по этой причине меню у меня пока что было достаточно скудным. Но круассаны разлетались очень хорошо.
Я подсчитывала кассу и думала, что по идее через пару месяцев даже смогу выйти в прибыль.
А потом меня решили навестить соседи. И если мужчина из ближайшей кондитерской просто злобно смотрел на меня, изучая витрину с десертами, то мадам Бонд устроила целый спектакль.
— Милочка, что это такое?! — Завизжала дама, стоило ей увидеть меню.
— Это десерты, которые люди могут заказать к своему кофе.
— Десерты?!
— Именно так. Странно, что приходится объяснять настолько простые вещи такой взрослой женщине, но иногда люди хотят чего-то сладкого к кофе, особенно когда общаются за столиками.
— Поговори у меня ещё! Думаешь, здесь без тебя кондитерских не было! Как посмела открыть свою богадельню рядом с такими уважаемыми кондитерскими, как моя и мистера Вилбура? Это недопустимо!
С одной стороны хорошо, что эта особа зашла ко мне в момент, когда посетителей не было. С другой — дверь она оставила открытой. Наверное, не просто так. Проходящие мимо люди уже начинали оборачиваться на её визги.
— Женщина, посмотрите, пожалуйста, в меню, — сказала я.
Каюсь, невежливое обращение было выбрано специально. Очень уж мадам Бонд от этого «женщина» забавно дёргалась. Словно собиралась мне в волосы вцепиться.
Ну а что? Она первая начала хамить! С вежливыми людьми я тоже со всей душой. А если с порога в душу норовят плюнуть, то тут уж не обессудьте.
В общем, окружающие получали от меня своё же зеркальное отражение.
Как говорится, «кто с мечом к нам придёт… у того нагана нет».
— Посмотрели? — Спросила я. — А теперь скажите мне, хоть один из пунктов совпадает с тем, что продаёте вы или мистер Вилбур?
Мадам Бонд поджала свои тщательно подведённые карандашом губы. Крыть было нечем. Я не просто так прошлась по соседям. Я хотела создать нечто принципиально новое, а не повторять одно и то же. Благо рецептов в моей голове хранились сотни, если не тысячи.
— Вот именно! Непонятное что-то продаёшь, людей травишь! Что вот это такое? На вид несъедобно! То-то я смотрю, отсюда какие-то странные все выходят. Колдуешь небось, чтобы народ только к тебе ходил? Несъедобное в съедобное превращаешь. Да только все знают, что волшебство не вечно. Потом раз, и обратно превратиться. Сколько здесь уже потравилось? Да тебя нужно под стражу! А лучше сразу к позорному столбу!
Сказать, что я опешила, ничего не сказать. Логика у неё была, конечно, железной.
А самое гадкое, что нужного эффекта она добилась. Возле входа уже собралась небольшая толпа, внимая этой истерике. А эта особа ещё и голос повышала на словах «отравился», «несъедобно».
— Что здесь происходит?
Хоть я и брюзжала на странного мужчину по имени Кас, но сейчас услышать его голос было почти счастьем.
Он уверенно протиснулся сквозь собрание зевак у входа и, бросив взгляд на открывающееся перед ним представление, очаровательно улыбнулся, сбив мадам Бонд весь настрой.
— А… вы…
Эта особа моментально сдулась и так же моментально заткнулась. Создавалось ощущение, словно кто-то случайно звук на телевизоре выключил.
— А я за кофе пришёл, — ответил Кас и обратился уже ко мне. — Нальёшь мне как обычно?
Интересно, с каких пор он постоянным клиентом стал?
Ладно, в этот раз я, возможно, даже денег с него не возьму. Такой скандал остановить одним своим видом — это уметь нужно.
— А вы друг этой… этой особы? — Не унималась мадам Бонд.
Правда, её тон совершенно изменился. Теперь в нём была разлита такая сладкая патока, что захотелось Касу предоставить личное ведёрко для блевания. На него ведь весь этот сироп выливался.
— Не совсем точно, но можно и так сказать, — кивнул он.
— Ооу. А я здесь по соседству держу кондитерскую, — жеманно улыбнулась она. — Наверняка вы знаете обо мне. Десерты мадам Бонд известны далеко за пределами нашего графства.
— Первый раз слышу, — невозмутимо ответил Кас.
— Эм… Тогда… Может быть, зайдёте? Обещаю угостить вас самым вку-у-усным пирожным.
Так, кажется, ведёрко для блевания понадобится мне, ибо мадам явно применяла какие-то эвфемизмы.
— Возможно, в другой раз, — ответил он. — Сейчас я пришёл выпить кофе. Вивьен готовит лучший кофе в городе.
— Да, лучший. А ещё единственный, — пробурчала я.
Моего бубнения никто не услышал. Мадам Бонд была занята тем, что строила глазки Касу. Кас же старательно не замечал её ужимки.
— Кстати, я ведь не представилась! — Вспомнила соседка. — Меня зовут Гертруда.
— Я запомню, — кивнул он. — Имя явно соответствует… стилю.
Мадам Бонд явно не поняла, что над ней потешаются. Она ещё немного покрутилась рядом, и только когда до неё дошло, что Кас не собирается представляться в ответ, поджала губы и удалилась.
Может быть, задержалась бы ещё, но все те зеваки, что пришли на скандал поглазеть, теперь наблюдали этот неловкий момент. С улицы уже послышались редкие смешки.
В общем, мадам Бонд нахмурилась, злобно зыркнув почему-то на меня, словно это я виновата в том, что Кас представляться не спешит, и ушла к себе.
— Ваш кофе, — протянула я ему чашку.
А потом застыла, не зная, что сказать. Наверное, нужно поблагодарить. Действительно ведь помог.
Но наше знакомство настолько не задалось, что вылилось в какое-то глупое противостояние. В итоге первой поблагодарить означало как будто проиграть в этой странной борьбе.
А нечего меня с порога ненормальной называть!
Пока я раздумывала, Кас взял чашку, и мысли тотчас упорхнули в другую область.
— Откуда перчатки? Осень пока тёплая. Не по погоде как-то.
— Это жокейские. Я сегодня верхом.
— Правда? А конь тогда где?
Ответить он не успел. Зевак на моём пороге стало меньше, но всё равно было достаточно, чтобы какой-то мужчина крикнул:
— Разойтись!
Едва услышав это, Кас выругался сквозь зубы и шмыгнул за стойку так быстро, словно обладал магией телепортации.
— Вивьен Гринвальд? — Спросил меня незнакомый мужчина.
Я скосила глаза на Каса, который очень активно притворялся ветошью за моей стойкой. Но он сделал страшное лицо, пантомимой умоляя не выдавать его.
— Это я, — ответила я незнакомцу, шагнув навстречу.
Надеюсь, за стойкой, которая теперь ещё и моими юбками прикрыта, этого ненормального не будет видно.
