Черный Маг Императора 23 (СИ) - Герда Александр

Решив пока остановиться на этом варианте, остальное время по дороге к вертолету, а потом по пути в Белозерск, я решил посвятить поиску информации о «Берестянке» и бывшем владельце этого дома.

Полезных сведений в сети было не очень много. Насколько я понял, дворяне не особо любят, когда об их бастардах трубят на каждом углу. Видимо поэтому все следили, чтобы информации на этот счет было немного.

Оно и понятно… Что я, собственно говоря, хотел? Это любителей покопаться в грязном белье всегда много, а вот выставлять его напоказ нравится как раз немногим. Тем более в Императорской семье… Поэтому и Голицын не захотел со мной разговаривать на этот счет, что тоже было вполне логично.

Вообще-то, мне нужно было сразу об этом подумать, когда я полез к нему со своими расспросами. Ясное дело, что глава тайной канцелярии не станет со мной обсуждать бастардов Романовых. Даже если это дело прошлое.

Однако, немного я все же узнал. Правда вся эта информация была размещена на сайтах, которые очень далеки от официальных источников и частенько злоупотребляют всякой ерундой, но другого выхода все равно не было. По большей части каждый из сайтов упоминал какие-то факты, которые явно были абсолютным бредом, но кое-что общее было.

Для начала я узнал самое главное — бастарда звали Герман и фамилию он носил Хофф. Если немного пофантазировать и чуть-чуть удлинить фамилию, то она легко превратится в Гофман. Это значит, что Карл-Людвиг действительно мог приходиться родственником этому молодому человеку.

Вторая важная штука, которая сходилась у всех — это его странный Дар — умение превращаться в паука. Вот только кто именно наградил парня такой редкой способностью, было непонятно. В основном сходились в том, что в этом сыграла роль дурная кровь его матери.

Однако были и такие, которые считали, что это как раз Романов постарался. Вроде бы где-то в далеком прошлом кто-то из Императорской семьи обладал чем-то подобным… Ничего конкретного, одни лишь догадки.

Собственно говоря, это было все, что я хотел узнать. Всяким бредом, типа любви Германа к танцам на собственной паутине и крови девственниц, которых ему поставлял лично Император, понятное дело, заинтересовать меня было сложно.

Главное я понял. Теперь стало ясно, почему бастарда называли Пауком и почему в «Берестянке» все так или иначе связано с паучьей темой. Я видел даже несколько стульев, спинки которых были оформлены в виде переплетенных между собой паучьих ног.

Собственно говоря, лично я ничего не имел против такого дизайна. Более того, мне он даже нравился. Настолько, что я бы там ничего сильно не стал менять, кроме необходимой в некоторых случаях реставрации.

Вот только со светом, что-то нужно было обязательно сделать. Даже с моей любовью к сумеркам, в доме было слишком мрачно. Я хоть и темный маг, но все-таки не паук. Хотелось немного больше света.

Разговор об этом и вообще о моей поездке в Москву продолжился в школьной столовой сразу после уроков. Это был один из немногих вечеров, когда Кречетникова оставила Нарышкина в покое и уехала с подругами в Белозерск, чтобы остаться там на пару дней и вдоволь находиться по магазинам.

Обычное явление в это время года. С приходом весны девушкам срочно хотелось обновить свой гардероб, так что вещевые магазины Белозерска и торговый центр в эти выходные ждет аншлаг. Движение будет не слабее, чем перед Новым Годом.

Поэтому в этот пятничный вечер было еще меньше народа, чем обычно. Кроме нас с Лешкой не больше десяти человек, в числе которых были и Юрасов с Огибаловым. По моим расчетам, примерно к этому времени им должно было полегчать и произошло именно так.

Когда мы вошли в зал, эти двое там уже были. При виде нас, лица у обоих стали как осенние тучи, однако демонстративно покидать столовку они не спешили.

— Надо же, Веригин выпустил наших друзей на волю, — сказал я княжичу, усаживаясь за стол.

— Ага, — кивнул Лешка. — Еще утром. Видел бы ты какие горы еды они себе в тарелки положили. Как будто их не из медицинского блока выписали, а из голодного края привезли.

— Я смотрю, они и сейчас отъедаются, — усмехнулся я и посмотрел на Градовского, который висел рядом с нами. — Петр Карлович, сделай милость, сгоняй к этим ребятам, узнай, о чем они там разговаривают.

— Вообще-то, я хотел про бастарда послушать… — надулся призрак, однако спорить не стал и полетел к столику наших врагов. Правда без особой спешки.

Тем временем мы с Лешкой переключились на более интересные вопросы, чем обсуждение текущего меню Юрасова с Огибаловым. Начали, само собой, с домов, которые я смотрел в поездке. Мне было очень интересно узнать мнение Нарышкина, к тому же, я не планировал делать из этого секретов.

— Для работы? — удивленно вскинул бровь княжич, когда я в двух словах рассказал ему о подарке Романова. — Хорошее дело. Александр Николаевич лишний раз дает тебе знать о своей благосклонности. Молодец, Макс, я рад за тебя. Стать любимчиком Романова за пару лет — такое не каждому удается. Где дома? Или пока это тайна?

— Как раз нет, — ответил я и рассказал ему про оба варианта.

— «Дубравное» — отличное место, — похвалил он. — По правде говоря, я бы и сам не отказался заиметь там домик. Тихо, спокойно… То что нужно, чтобы поработать или привести свои мысли в порядок.

— Видеонаблюдение вокруг… — как бы невзначай сказал я.

— Ну и что с того? Наоборот, для безопасности очень хорошо, — сказал Лешка. — Дома у тебя камеры никто не ставит, так что храни свои секреты сколько влезет.

— Понятно, — кивнул я. — Что скажешь про «Берестянку»?

— Что-то знакомое, но не могу вспомнить… — нахмурился княжич, затем вытащил из кармана свой мобильный телефон и полез в сеть, чтобы обновить воспоминания. — А! Вот оно что! Точно, как я мог забыть? Место ссылки Германа Паука. Дом в березовой роще. По-моему, дыра дырой. Я бы там никогда не захотел жить. Одни фотографии чего стоят. Ты там был?

— Угу, — кивнул я и улыбнулся. — Более того, можешь считать, что сейчас смотришь на мой новый рабочий дом. Я выбрал именно его!

— Вот ты псих, Темников, — покачал головой Нарышкин. — Как можно захотеть жить в этом амбаре, если тебе предлагают «Дубравное»? Ты меня извини, Макс, но только больной на голову мог принять такое решение. Или ты.

— Да ладно тебе, Леха, классный дом, — возразил я. — Ничем не хуже твоего «Дубравного». Немного его обновить, и вообще будет прекрасно. Зато там нет никаких видеокамер и расположение у него просто прекрасное. Когда я все там сделаю как нужно, я тебе покажу. Посмотришь, как сильно ты ошибался.

— Ну-ну… — задумчиво сказал Лешка и принялся за кекс с изюмом.

— Расскажешь мне про этого Германа Хоффа? — попросил я его. — Я немного про него разузнал по пути в Белозерск. Вот послушай.

Пока я рассказывал, Нарышкин ел кекс, запивал его чаем и кивал.

— По большей части все так, — сказал он, после того как я закончил. — Если ты ждешь от меня каких-то откровений, то их не будет. Герман Паук не самый известный бастард. Скорее наоборот. Замкнутый, тихий, никуда не лез и в скандалах не участвовал, а про таких, как ты понимаешь, информации всегда мало. Я знаю не многим больше твоего. Могу добавить только, что еще говорят, будто яды на него не действовали.

— Не густо… — улыбнулся я и посмотрел на своего друга, который не сводил с меня задумчивого взгляда. — Ты хочешь что-то спросить?

— Да, — подтвердил мою догадку Нарышкин и сложил руки на столе. — Все-таки ответь мне, каким надо быть идиотом, чтобы выбрать такую дыру? Тем более, что ты сам говоришь, там кроме гобеленов и телескопа ничего интересного нет.

— Неправда, я этого не говорил, — возразил я. — Это ты так услышал. Для меня там все интересное. Даже воздух и тот необычный. Между прочим, там магической энергии вокруг не меньше, чем у нас в «Китеже». Так что для работы просто идеальное место.

— Ну вот, еще и Искажения постоянно появляться будут, — хмыкнул он. — На ровном месте находишь приключения на свою задницу.