Его Сиятельство Вовчик. Пенталогия (СИ) - Машуков Тимур

А я лежал и слушал, как они дышат. И это было лучшее, что я слышал за всю жизнь.

Проснулся рано утром – не знаю, что меня разбудило. Прислушался к себе – бодр, на удивление выспался, хотя проспал всего ничего. Осмотрелся – м‑да. Наша с Белкой кровать, конечно, большая, но она явно не рассчитана на пять человек. Блин, пять – Жасмин!!!

Вчера это все казалось таким естественным, а сейчас… Ну не было у меня на нее планов! Совсем. Никаких. Да что там, я ее толком не знаю. Да, девчонки приняли ее в свою компанию, да, они стали близки – но это они, не я. Куда смотрели мои глаза⁈ Да, идиотский вопрос, конечно, на ее грудь – роскошную, признаюсь, – и задницу. Вот и сейчас туда лупятся. А она, будто почувствовав мой взгляд, чуть сдвинулась от Ники, рядом с которой лежала и легла полубоком, открывая мне чудесный вид на свою попку.

Почувствовав, что опять бодр в некоторых местах, я поспешил аккуратно выбраться из постели, потому как сон свят. Да и сейчас у меня было дело, которое требовалось срочно решить.

Это самоубийственное задание все никак не шло у меня из головы. Мало того, что оно выглядело как бред сумасшедшего, так еще и ставило большой такой крест на моих отношениях с папой и дядей. Потому как, если я его выполню, то в грубой форме их пошлю – уверен, без их одобрения меня бы на это не подписали. А значит, от меня хотели избавиться? Зачем? Это я и хотел выяснить.

А если не выполню порученное, и это вылезет, то папу в лучшем случае ждет развод, а в худшем война родов. Бабушка не из тех, кто простит гибель внука, которого послали на верную смерть. Ее авторитет в армии огромен и сделать она может очень многое.

Поэтому я встал, принял душ, а после ушел в другую комнату. Закрыл за собой дверь, активировал артефакт тишины и набрал дядю. Почему не отца? Этот, если бы хотел, уже бы позвонил. А раз молчит, то и разговаривать с ним не о чем. Тем более, что лучше всего узнавать информацию из первых рук.

На часах семь утра, но я‑то знаю, что Его Величество встает рано. Рабочий день у него ненормированный.

– Ваше Величество, – сказал я, услышав в трубке его ровное «Слушаю».

– Племянник!!! Рад, что ты позвонил. А я, признаюсь, ждал твоего звонка еще вчера. Ты по поводу задания? Угадал?

– Все верно, Ваше Величество.

– Дядя.

– Ваше Величество, – с нажимом повторил я.

– Ясно. Обиделся, значит. Решил, что тебя родня кинула и собралась избавиться.

– А это не так? И ладно бы только от меня, чем вам девчонки‑то не угодили?

– Вот об этом мы и поговорим дома. Собирайтесь, вы летите в Москву. И не переживай, все нужные распоряжения отданы. Завтра утром вернетесь обратно. Все летите, включая твоего зама. Через час вас будет ждать маголет. Скоро увидимся и там поговорим. Из аэропорта сразу во дворец. За своих не переживай, о них позаботятся.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– Не прощаюсь.

Дядя разорвал связь. А я задумался. М‑да, а вопросов появилось больше, чем ответов. Что они там, мать их, задумали? Стоп! Через час⁈

– Отделение, подъем!!! – заорал я, вернувшись в спальню. – У вас тридцать минут на сборы, мы летим в Москву!

– Как в Москву? В какую Москву? – сонно потёрла глаза Ника. – В МОСКВУ⁈ Телки, быстро встаем, некогда валяться! Нас ждет столица!!!

Пока она пинками расталкивала остальных, я связался с Белкой и приказал ей быть готовой к отлету. И пока мы будем собираться, пусть сгоняет к полковнику и уточнит – реально это или император пошутил. Хотя, зная его, все более чем реально.

Полчаса не хватило, но минут за сорок управились. Вернулись в казармы – Белка и две девчонки были уже собраны. Мы тоже вырядились как на парад. Грудь в орденах и медалях – это у меня. У девчонок просто белоснежная форма, пока без наград.

Они вылупились на меня – ну да, в прошлый раз не успели рассмотреть, а тут вот он – стою весь такой красивый и нарядный. Герой с обложки журнала.

Но долго предаваться самолюбованию возможности не было. Белка уже посетила Воробья – все подтвердилось, и мы действительно летим. Так что дружной толпой залезли в наш «Бычок» и поехали в сторону аэродрома.

Еще двадцать минут езды на предельной скорости, и вот мы уже заходим внутрь маголета представительского класса, но при этом бронированного по самое не хочу. Взлетели и понеслись. Нам предложили еду и напитки, что было очень кстати – никто ж не позавтракал с утра, а выпили все вчера много.

По пути меня забросали вопросами, типа, что за нах вообще происходит. Но я честно ответил, что вообще не в теме, и надеюсь, что по прибытию нам все расскажут. А то, что мы летим вместе – это личное распоряжение Его Величества.

Впечатлились все, особенно наши новенькие. Для них, провинциалок, император – это какое‑то недосягаемое божество, видеть которое простым смертным не положено. А то, что они служат вместе с высшими аристократками разных империй, они, кажется, уже просто забыли.

Долетели нормально. Еще бы. Это вам не обычный маголет, а улучшенной комплектации и бронированности. Защита на нем такая, что фиг собьешь. Хотя, нашелся, конечно, и недостаток – он был медленным. Но нам торопиться некуда.

Девчонки шушукались, явно обсуждая меня, и кажется, у них контакт с Белкой вполне наладился. А я дремал в удобном кресле – солдат спит, служба идет. И пользоваться моментом расслабиться надо всегда.

Три часа лета – очень долго, как по мне, – и вот мы уже садимся на военном аэродроме.

Приветственная делегация из пяти машин, агенты Тайной Канцелярии – все как обычно. Девчонок загрузили в две из них и куда‑то увезли. Ну, тут два варианта. Или во дворец – что вряд ли, либо к Нике – что очень даже возможно. В поместье Скуратова с недобрыми намерениями сунется только конченый идиот.

Этот момент мы заранее обговорили, поэтому обошлось без эксцессов. Позвонить бы им, уточнить, но увы. Мой секретный магофон лежал в пространственном кольце, а светить им было нельзя.

Второй, тот самый жутко секретный, был в кармане, но по нему можно звонить или отцу, или дяде. А свой обычный я забыл в части – отвык им пользоваться, да и нельзя. Закинул в сейф и забил.

Так что мы, сверкая хромом и напряженными лицами охраны, летели во дворец по выделенной линии, я щурился от удовольствия, пил гранатовый сок. Вот не знаю почему, но нравится он мне. Кислинка такая от него приятная и бодрит. Ну и полезный, что писец.

Добрались быстро – важную же персону везли. Можно было по пути заскочить домой, как раз мимо проезжали, но приказ Его Величества был однозначным – сначала во дворец.

Зашел через боковой, так сказать, семейный вход – куча охраны, подозрительные взгляды, но без фанатизма. Меня тут хорошо знали, да и предупреждены были, конечно же. А то, что смотрели волком – неудивительно, война же. Враг не дремлет.

– Вовчик!!!

С радостным воплем у меня на шее повисла Лена, стоило мне только оказаться в жилых помещениях. И откуда она знала, что я вот сейчас прям появлюсь? Не иначе, как меня ждала.

– Родной! Живой!!! – с причитаниями она целовала меня куда придется, вися на мне и болтая в воздухе ногами.

От вечно спокойной и максимально хладнокровной сестры такого я, если честно, не ожидал.

– Да живой я, куда ж денусь, – в ответ прижал я ее.

– Вырос‑то как! Прямо мечта любой аристократки!!! – отстранилась она, разглядывая меня. – Ого, уже целый майор? Этого я не знала. А наград‑то сколько!!!

Она с таким удовольствием смотрела на меня, будто впервые видела.

– Я крут как Эверест, а силен как сотня носорогов, – выпятив грудь, я принял максимально героическую позу.

– И все такой же несносный болван, – опять прижалась она. – Я очень за тебя переживала и соскучилась.

– И я скучал, сестренка. Как тут у вас? Левчик? А Тараторка все так же качественно выносит мозг? А Лиза с Катюхой? Черт, у нее же помолвка, наверное, сорвалась!..

– Да. Габсбурги поддержали кайзера, твари ненасытные. Не хотят увидеть ее приданое, значит, увидят наших боевых магов. Еще и уведомление о разрыве помолвки прислали в максимально оскорбительной форме, Катя от злости чуть не лопнула. Но это ладно, видел бы ты в этот момент глаза отца! Даже мне стало страшно – думаю, что от их правящей династии, когда все это закончится, никого не останется. А все остальные нормально – Танька и Левчик сейчас на учебе. Он теперь в нашей академии, на первом курсе.