Рогатый берспредел (СИ) - Гришанин Дмитрий

«А мне тогда почему крылатый бык не приснился?» — резонно возразил насупившийся Фурло Бууух.

«Потому что ты в Зыбком мире, болван!» — пришел мгновенно яростный отцовский ответ.

— Че сразу ругаться-то, — проворчал юный минотавр обиженно. — Лучше б нормально объяснил: что конкретно от меня требуется сделать?

И словно услышав его ворчанье, экран с очередным писком выдал конкретную инструкцию к действию:

«В общем, сын, замиряйся ТАМ с челом как можно скорее и на любых условиях!»

Глава 27

Глава 27

— Такой крайне редкий показатель, как Объем миро, появляется лишь у разумных существ, в своей эволюции шагнувших за пределы развития обычного смертного тела, — стал объяснять мне Псих. — Потому, предположу, что на месте временных знаков вопросов напротив Стадии развития у питомца в скором времени, вероятней всего, появится характеристика Мифический зверь.

— Фига се! Ты ж мне о подобной стадии вообще не рассказывал! — возмутился я.

— Потому и не рассказывал, что крайне редкая она, — ничуть не смутился моему упреку Псих. — Я, между прочим, сам о ней лишь понаслышке — где-то, что-то, и лишь краем уха. А вот так чтобы напрямую в реале лбами столкнуться за всю мою немалую игровую историю ни разу не доводилось.

— Охренеть!

— Согласен. Точнее и не скажешь, — хмыкнул сияющий изумрудным пламенем бородатый лик и, как ни в чем не бывало, продолжил меня просвещать: — Но уж коль пошла такая пьянка, то да будет тебе известно, Денис, что и стадия развития Мифический зверь тоже вовсе еще не придел. И в перспективе — все-таки звери подобной запредельной стадии развития уже считаются бессмертными — не исключаю того факта, что питомец наш разовьется однажды даже до стадии Божество…

— Чего-чего? — прифигел я.

— … Разумеется, это при условии щедрого притока миро — так называемой мистической росы, — продолжал, меж тем, Псих с доброй улыбкой дядюшки-людоеда шокировать меня, и рушить новыми вводными устоявшийся миропорядок в моей голове. — И, соответственно, скорости прироста величины Объема миро. Собственно, избранный разумный зверь и получает узаконенную системой стадию развития Мифический зверь по достижении им какой-то регламентированной величины Объема миро…

— А?..

— Не стоит меня пытать: какой именно? — в зародыше прервал мной вопрос ушлый старикан. — Сразу говорю: я понятия не имею, какой объем там требуется скопить. И точно так же рискну лишь предположить, что последующее многократное увеличение Объема миро когда-то, возможно, возвысит нашего Заразу и до стадии развития Божество.

— Да откуда, вообще, у моего грома-быка взялся этот долбанный крайне редкий Объем миро? — возмутился я.

— Увы, здесь я тебе не подсказчик, — развел руками дух топора. — Впрочем, рискну предположить, что у Заразы нашего появились откуда-то вдруг толпы искренне верящих в его могущество разумных существ. Потому что Объем миро формируется у избранного только при наличии немалого количества верующих в него разумных. Вера которых и формирует, собственно, пресловутые капли мистической росы.

— Угу, появились толпы — точней и не скажешь, — хмыкнул я. — И даже догадываюсь, что это за разумные.

— Ну-ка, ну-ка, удиви меня, — в тон мне хмыкнул Псих.

— Помнишь, я тебе рассказывал, что мне, перед переносом сюда в Изнанку, очередной чудной сон пригрезился, Маяком Гуй Чи навеянный?.. Так вот, там меня преследовали толпы буренок минотавровских и дружно требовали выдать им Заразу. Причем рогатые самки домогались меня так настойчиво, что ничего не оставалось делать, как натурально вынуть из кармана плаща статуэтку питомца и оживить грома-быка нашего, на радость окружившим рогатым теткам.

— Уже не грома-быка, — поправил меня Псих, с грустной ухмылкой. — Приставка для обозначения эволюционировавшего мифического зверя, увы, теперь будет другой.

— А чего ж так мрачно-то? — усмехнулся я. — Наоборот, радоваться надо, что Зараза эволюционирует скоро. Ведь пит стопро тогда еще сильнее станет.

— Ну да, ну да, — покивал мне Псих.

— Че еще за «ну да» такое унылое? — теперь уже не на шутку напрягся я. — Хочешь сказать: на новой стадии его развития у меня с питом возникнут какие-то проблемы?

— Понятия не имею, Денис, — пожал плечами Псих. — Представь себе: мне никогда ранее не доводилось иметь дело с мифическим зверем. Так что наблюдать за грядущим преображением Заразы я стану с неменьшим любопытством, чем ты.

— Вот ведь и угораздила ж его нелегкая…

— Муууу!.. — требовательный заразин рев вывел меня из морока нахлынувших воспоминаний. Я встрепенулся на широченной спине питомца, и в следующую секунду тоже явственно расслышал за привычным шумом дождя приглушенный расстоянием до земли треск и хруст пустых хитиновых оболочек, крошащихся под сокрушительными, как свайный молот, ударами копыт питомца.

— Да, бро. Походу, мы почти доковыляли уже до цели, — похлопал я серой когтистой пятерней пита по пластине шейной брони. — Ты правильно угадал. Это какой-то то ли могильник, то ли кладбище тварей изнанки. Границу территории этой обители смерти мы только что пересекли. Уж не знаю: сами твари окрестные сюда сползались, чуя смертный час, или их кто-то специально заманивал, используя что-то типа твоего Манка — помнишь умение у тебя было зачетное?

— Муууу!..

— Согласен, были времена. Есть чего вспомнить… А по поводу треска под ногами пустых оболочек — не парься. Чую, недолго еще топать по могильнику этому нам осталось… О! А вот и встречная делегация впереди, кажись, обозначилась. И сдается мне, бро, что это старые добрые зомбаки там толпятся аккурат вокруг нашей цели.

— Муууу?..

— Не кипишуй, бро. Ща все пробьем. Вон пара призраков из толпы зомбячей нам навстречу зашуршала. У них и полюбопытствуем…

Глава 28

Глава 28

— А ну стоять! — шикнул я на призраков, синхронно воспаривших над слепой мордой быка, и одновременно запустивших внутри своих белесых силуэтов серебристые нити зарождающихся молний. Росчерки формирующегося электрошокера зловеще заискрили и зашипели от прямого контакта с дождевыми каплями, насквозь прошивающими, разумеется, их призрачные тела.

Однако мой окрик, преображенный речевым аппаратом нынешней ипостаси погонщика-орка в грозное шипенье, и продублированный вскинутым над головой пронзателем (иллюзорным разумеется), сработал против призраков выше всяких похвал. Оба «налетчика» мгновенно замерли в воздухе, будто наткнувшись на невидимую стену. А уже практически сформировавшиеся для превентивного удара электрошоком серебристые искрящиеся молнии в их телах погасли так же стремительно, как начали формироваться пару секунд назад.

Видишь! Работает голос-то, — раздался следом в голове довольный голос невидимого Психа. — Все точно так, как мы и предполагали.

— Угу, — шикнул я себе под нос. И громче, для «встречающей делегации», распорядился: — Ну-ка к хозяину меня отведите! Живо!

Призраки синхронно качнули капюшонами и, развернувшись, сквозь дождь полетели к урчащей толпе зомбаков.

Удивив меня, слепой Зараза без понуканий тут же безошибочно потрусил за ними следом.

— Ты че их видишь что ли? — невольно изумился я полушепотом.

— Муууу!.. — укоризненно проворчал питомец в ответ.

— Да не издеваюсь я. Просто ты так уверенно подорвался за…

— Муууу!.. — перебил пит, недослушав.

— Че ты дуру мне гонишь! — фыркнул я возмущенно. — Они давно уже перестали искрить. И парят, вон, под дождем совершенно бесшумно. Однако ты фигачешь за ними, как привязанный.

— Муууу?..

— Э-э, рогатый! За базаром следи! Сам ты в уши долбишься!

— Муууу!..

— Да как там можно хоть что услышать⁈ Это ж призраки же. Они летят абсолютно бесшумно. А навстречу там, кстати, вон, замбаков целая толпа, которые малого того, что сами урчат, как драндулеты, еще и по хитину мокрому ногами грохают, как полк солдатский на плацу.