Я остановился, серьёзно взглянув на свою напарницу по несчастью:
— Так что "выпутываться", как ты выразилась, нам придётся очень аккуратно. Потому что одна ошибка — и у нас тут не просто скандал, а дипломатическая катастрофа, угроза союзу и, как бы пафосно ни звучало, вполне реальная вероятность войны.
Алисандра побледнела. И больше не спрашивала, почему я молчал.
— Я ничего не скажу отцу, — вдруг тихо, но отчётливо произнесла моя собеседница.
И я замер, посмотрев на неё повнимательнее. Это уже не был испугавшийся ребёнок, запутавшийся в политике взрослых — скорее, принцесса, принявшая первое по-настоящему взрослое решение. И, надо признать, довольно разумное.
— И предлагаю вместе подумать над новым планом действий, — добавила она, чуть выпрямив плечи.
Ничего себе. А ведь ей только недавно исполнилось двадцать, и ещё вчера она бодро торговалась за дракона, словно за породистую лошадь.
— Вообще-то… у меня есть одна идея, — проговорил я нарочито таинственно, чтобы подогреть интерес.
Алисандра тут же подалась вперёд, как будто боялась не расслышать. Но в этот самый момент раздался характерный звук — шуршание, с явным оттенком хищной решимости. Я дёрнулся, метнувшись к занавеске, и выудил оттуда хомяка, добросовестно грызущего край бархатной шторы. Этот "невинный" комок меха глядел на меня с деланным недоумением, но я-то знал: стоит запахнуть тревогой — и он начнёт колдовать, не разбирая, кто где.
— И какая? — вернула меня к теме нашего разговора принцесса.
Я вновь повернулся к ней и отчеканил, выделяя каждое слово:
— Нам нужно как можно скорее оказаться на границе. Причём там, где меньше всего пограничников, чтобы не пришлось врать, почему мы вообще за её пределами.
— Было бы неплохо, — поморщилась она. — Но как мы выберемся из дворца? После приказа отца стража не отойдёт от меня ни на шаг…
А вот теперь настал мой звёздный час. Я расплылся в улыбке и вывалил на свет вторую часть своего великолепного, немного безумного, но безусловно блистательного плана:
— Мы полетим туда.
В комнате повисла тишина. Не напряжённая — просто та самая, из которой обычно вырастают легенды. Ну, или проклятья. Алисандра уставилась на меня так, будто я только что предложил нырнуть в жерло вулкана.
Ах, если бы вы только видели её лицо в этот момент… Брови поднялись почти до середины лба, глаза распахнулись на пол-лица, и вообще выражение было на редкость выразительное. По два роланийских серебряника — и даже без сдачи.
Глава 19. Выход из ситуации
— Полететь? Вместе? На твоих крыльях?.. — как-то неуверенно переспросила Алисандра, будто я только что предложил ей переплыть океан в тазике.
Я кивнул самым серьёзным из возможных кивков.
— Только у меня есть одно условие, — добавил. Принцесса изобразила руками: мол, валяй, удиви меня. И я тут же поспешил поделиться своими соображениями:
— Мелкий летит с нами. И это не обсуждается.
«Если уж мне самому пока нельзя ковылять в закат с развевающимися крыльями, то пусть хоть ему достанется глоток свободы». Так я это объяснял себе. А вслух, разумеется, звучал гораздо практичнее:
— Скажем потом всем, что драконы прилетали за ним. Как только я договорюсь со своими, мы передадим им мелкого и назад вернёмся пешком. Никто ничего не заподозрит. Гениально, правда?
Алисандра выгнула бровь.
— Думаешь, никто не заметит твою тушку в небе? Я, конечно, не в курсе, какого ты там размерчика, но сильно сомневаюсь, что тебя можно спутать с вальдским соколом.
Вот же заноза.
— Нормальный у меня размерчик, — буркнул я. — И вообще, когда увидят дракона, вряд ли кто-то начнёт замерять его в метрах. Рыкну для устрашения, сброшу пару чешуек на счастье — и все будут слишком заняты тем, чтобы не намочить штанишки. Стратегия проверенная.
— Предположим… предположим, я соглашусь. А драконёнка ты куда спрячешь? В карман? — протянула Алисандра, прищурившись с тем самым видом, который у неё обычно бывает перед очередной безумной идеей. И я, конечно, усмехнулся.
— Для того чтобы спрятать дракона, много ума не надо, — развёл руками я. — Достаточно прикрыть его тушкой покрупнее… моей, например. — Принцесса подняла бровь, но я продолжил, вполне серьёзно, пусть и с привычной иронией в голосе: — Сначала взлетаю с ним на спине, а потом, как только мы скроемся за пределами столицы, мелкий уже сам расправит крылья. Уверен, ему это понравится. Свобода, ветер, высота — всё как в лучших легендах.
В этот момент где-то сбоку подозрительно стихло негромкое поскрипывание ткани. Я краем глаза глянул на хомяка — тот, по всей видимости, всё ещё намеревался изжевать штору до последней нити, но внезапно застыл, замер, словно уловил суть нашего разговора. Мало ли, вдруг и его скоро на спину к кому-то посадят.
Он уронил ткань, не спеша приблизился к Алисандре и привычно запрыгнул ей на ладони. Та, ни капли не удивлённая, словно по давно заведённому ритуалу, прижала его к груди и начала поглаживать по голове, как всегда — механически, задумчиво.
И вот тут я впервые увидел странность.
Что-то зацепилось за мой взгляд. Сначала — неясное ощущение, потом — чуть заметное мерцание, словно тень от пламени в темноте. Я сузил глаза, активируя зрение, которое позволено лишь тем, кто когда-то взмывал над облаками с неба, а не земли.
Магические линии тянулись от Алисандры к хомяку. Тонкие, но устойчивые, вибрирующие едва заметным светом. И тут в голове, как вспышка, пронеслись слова провидицы. Не те, что были сказаны вслух — я вспомнил именно паузу, ту самую, когда она взглянула на меня и вдруг произнесла с каким-то странным нажимом:
— «Кормить. Его нужно… кормить».
Тогда я ещё усмехнулся про себя, решив, что речь о кашах, сухариках или кусочках жареной утки, которыми принцесса подкармливала своего питомца. Но теперь…
Теперь я видел, как этот маленький комок шерсти тянет магию. Спокойно, будто так и должно быть. И Алисандра не сопротивляется. Она, скорее, даже не замечает. А если замечает — то не придаёт значения. Потому что для неё это… естественно.
Если «кормить» значило совсем не пищу… если речь шла о потоке силы, об источнике… тогда в этой комнате сейчас было как минимум два существа, получающих магию не из воздуха.
— «Мяу!» — громко, требовательно, как всегда не вовремя, из открытой двери на балкон объявил себя мой пушистый хвостатый сожитель, и я невольно вздрогнул. Рыжий как закат, ленивый как туча летом, и в то же время всегда появляющийся в самый неподходящий момент. И вечно смотрящий — как будто всё понимает. Как будто наблюдает. Как будто оценивает.
Сухо сглотнул. Если уж быть честным с самим собой, я ведь никогда не спрашивал, почему именно эта тварь была прикомандирована ко мне. Ни отчётов, ни инструкций, ни тем более условий. Просто — вот твой новый напарник. Следит, мол, за эмоциональной стабильностью, за уровнем магических выбросов. Ха. Как будто я не могу проконтролировать себя сам.
Хотя, если на то пошло… разве я свободен? Разве я не такой же? Такой же привязанный, такой же подневольный, такой же… зависимый? Раб. Просто с другим ошейником.
— Крис?.. Кристоф?.. — голос принцессы дернулся и стал тревожным. — С тобой всё в порядке? Ты словно… не здесь был.
Принцесска подошла ближе, и её ладонь коснулась моего предплечья. Осторожно, почти несмело, и в то же время с той самой слишком взрослой уверенностью, которая проявлялась у неё всё чаще. И, как бы я ни притворялся хладнокровным, я почувствовал: магическая связь дрогнула.
Или я дрогнул сам.
Алисандра
Ситуация патовая. Нашему королевству угрожает вполне себе реальная война, и причина этой самой угрозы в данный момент находится всего в паре метров от меня. В любой другой ситуации я бы просто вернула чешуйчатую неприятность его сородичам — аккуратно, с извинениями, чтобы не обострять конфликт. В конце концов, логично же: вот ваш дракон, простите, что присвоили, не со зла.
