Я стиснул зубы, чувствуя, как серебристая нить — эта проклятая магическая связь с Алисандрой — натянулась, будто впиваясь в кожу. Браслетов давно не было на моих руках, ведь принцесска их сразу же сняла, но запястья всё равно жгло, словно они всё ещё сковывали меня. Свобода — вот чего я хотел. Всегда. И это касалось не только этой странной магической привязки, но и жизни в королевстве драконов.
Провидица обещала, что со временем я найду способ разорвать эту нить, и тогда я вернусь в Роланию. Сам и на своих условиях. Но пока эта связь держала меня здесь, рядом с ней. И, чёрт возьми, быть рядом с этой дерзкой принцессой было… не так уж плохо. Хотя я скорее отгрыз бы себе руку, чем признался в этом.
Ни Алисандра, ни её отец Легарий Виарийский не знали, кто я такой на самом деле. Если правда выплывет, если Ролания начнёт задавать вопросы, а король Аргарии ответит своей обычной стальной упрямостью — жди беды. Я хотел домой, но не в оковах долга, не под конвоем сородичей. Я планировал вернуться, как только избавлюсь от этой нити, от этого проклятья, которое связывало нас с девушкой.
Как же всё не вовремя!
Пока я размышлял, мы дошли до её покоев. Двери закрылись за стражей, оставив нас в тяжёлой тишине. Я чувствовал гнев своей спутницы — он почти обжигал, отдаваясь через нить. Алисандра резко остановилась, развернулась и шагнула ко мне, её глаза пылали решимостью. Девушка прижала меня к стене — не физически, но её взгляд был многообещающим.
— Мне нужна правда, — тихо, но жёстко сказала она. — Кто ты? Как ты здесь оказался? И кто ещё об этом знает?
Серебристая нить вспыхнула между нами, на миг став видимой — тонкая, словно паутина, но острая, будто нож. Её гнев и страх отдавались во мне, усиливая моё собственное раздражение. Мои зрачки мигнули, выдавая смятение, которое я тут же спрятал за привычной ухмылкой. Я скрестил руки, стараясь выглядеть спокойнее, чем был.
- Правду? А ты уверена, что готова ее услышать?
Я ждал её обычного колкого ответа, но Алисандра лишь вздохнула, потирая виски, будто борясь с головной болью. Её плечи опустились, и на миг она показалась не принцессой, а просто уставшей девчонкой, загнанной в угол.
— У меня нет другого выхода, — тихо сказала, и в этот момент в её голосе звенела сталь. — Я должна понять, что нужно драконам и как нам избежать столкновения. Они ведь явно не на экскурсию в Аргарию прилетели. И что-то мне подсказывает, что появление крылатых на границе как-то связано с тобой. Так ответь мне: кто ты такой?
Я открыл было рот, чтобы отшутиться, но её взгляд — прямой и требовательный — придавил меня, словно каменная плита. Серебристая нить натянулась ещё сильнее, а жжение на запястьях стало почти невыносимым. И, чёрт возьми, я сам не понял, почему сказал:
— Кристоф.
Имя вырвалось неожиданно, словно нить выдернула его из меня. Я тут же пожалел об этом, но отступать было поздно. Алисандра прищурилась, склонив голову.
— Кристоф? Просто Кристоф? Или, быть может, у тебя и фамилия имеется?
Я усмехнулся, но в горле пересохло.
— Не уверен, что она тебе понравится…
— А ты попробуй, — ответила девушка, и, к моему удивлению, лёгкая улыбка мелькнула на её лице, смягчив остроту её взгляда. — Вдруг ты ошибся.
Я смотрел на принцессу, пытаясь понять, откуда в этой девчонке столько упрямства. Нить между нами дрожала, отзываясь на её эмоции — и, будь я проклят, но и на мои тоже. Свобода была так близко, но эта связь, эта проклятая нить, держала меня здесь. И часть меня — дурацкая, упрямая часть — не хотела её рвать. По крайней мере не сейчас.
Я выдохнул, чувствуя, как связь между нами дрожит, будто готовая лопнуть, после чего посмотрел ей в глаза, пытаясь угадать, сколько правды девушка выдержит.
— Кристоф Драгонийский, — сказал я, и слова упали, словно камни в воду.
Алисандра отшатнулась, а её глаза расширились:
— Что? — выдохнула она, будто не веря собственным ушам. — Ты ведь не шутишь?
Я покачал головой, удерживая её взгляд. Мои зрачки снова мигнули, выдавая напряжение, которое я старался скрыть за саркастичной усмешкой.
— Я же сказал, тебе не понравится.
Серебристая нить вспыхнула ярче. Её шок, её страх — всё это текло через связь, смешиваясь с моим собственным смятением. Я хотел свободы, хотел разорвать эту нить, как обещала Провидица. Но глядя на неё, на эту девчонку, которая не отступала, несмотря на всё, я чувствовал, как что-то внутри — упрямое, глупое — не хотело её отпускать.
Я откашлялся, пытаясь вернуть себе привычную насмешливую маску.
— Ну, что? Теперь, когда ты всё знаешь, собираешься бежать к папочке с докладом или всё-таки попробуем не довести дело до войны?
Её глаза сузились, но в них мелькнула искра — не то гнева, не то любопытства. Алисандра шагнула ближе, почти вплотную, и нить между нами натянулась так, что я невольно стиснул кулаки, чтобы не коснуться её. Жжение на запястьях вспыхнуло с новой силой, будто эта проклятая связь смеялась надо мной.
— Кажется, мы попали... — глухо прошептала принцесса, оседая на стул у стены. Голос у неё дрогнул. — Одно дело — оказаться связанной с неизвестным драконом-оборотнем, с которым можно как-то договориться. И совсем другое — с принцем Ролании.
Так. Значит, моя фамилия ей всё же знакома. Оказывается, Алисандра не полный профан в геополитике.
— Как-то так, — пожал плечами, показывая, что в этой каше не я главный повар.
— Но почему ты не сказал об этом сразу? До того, как всё зашло так далеко? — её голос звучал не укором, а растерянностью. — Ты ведь мог сказать мне… или отцу. Объяснить, что это ошибка...
Я хмыкнул без особого веселья.
— И что бы это изменило? Честно. Думаешь, кто-то тут сильно озабочен моральной стороной происходящего? С чего бы вдруг? Разумное существо, не разумное... — я смотрел ей прямо в глаза, и в этот раз — не отводил взгляда. — Я с самого начала был товаром. Дракон, раб... вещь. Сомневаюсь, что твой отец сильно расстроился бы, узнав, что приобрёл в собственность не просто магическую зверушку, а живого наследника из не самой дружественной страны.
Алисандра вздрогнула. И впервые не нашлась, что сказать.
— Если хочешь знать, я и сейчас не уверен, правильно ли поступаю, рассказывая тебе всё это, — резко выдохнул, чувствуя, как внутри нарастает злость. Слишком долго молчал. Слишком долго терпел.
А потом... случилось странное: всплеск чувств, словно волна, прошёл по связи. Её тревога — моя. Моя горечь — её. Мысли смешались, как если бы нас, действительно, кто-то связал слишком крепко. Слишком глубоко.
Я замолчал. Она тоже. И это молчание почему-то оказалось громче любой ссоры.
— И что мы будем делать? — наконец подала голос Алисандра после затянувшейся паузы, в которой, кажется, мы оба пытались не выдать панику. — Как будем выпутываться из сложившейся ситуации? — добавила она уже спокойнее, глядя на меня с таким выражением, будто у меня в рукаве должен был быть план спасения мира. Ну или хотя бы королевского двора.
Я чуть приподнял бровь, не спеша отвечать.
— А, то есть мы — это уже команда? — уточнил я с невинной усмешкой. — А то до недавнего времени "мы" значило "ты моя собственность, и сиди тихо".
Девушка нахмурилась, но не перебила, и я, воспользовавшись этим чудом, продолжил:
— Хорошо, допустим. Что мы имеем? Во-первых, я не могу просто исчезнуть. Связь не отпустит нас далеко друг от друга, даже если мы попытаемся. Во-вторых, я не могу официально заявить о своей личности — потому что это, как ты понимаешь, сразу же вызовет вопросы неприятные и с последствиями. А в-третьих... — я на миг замолчал, — ...появление драконов Ролании сейчас — последнее, чего бы мне хотелось. Потому что они наверняка вмешаются и всё испортят.
Я встал и начал расхаживать по комнате, словно в движении было легче думать.
— У меня был план. Даже не план — направление. Провидица сказала, что выход найдётся, когда придёт время. Ну, я и ждал. Тихо, спокойно, никого не трогая. А тут — бац, и на горизонте родственнички с их деликатностью слона в хрустальной лавке и вечной привычкой решать всё мечом.
