Я, кухня и два дракона (СИ) - Фаэр Луна

Он смотрел мне прямо в глаза, и от его взгляда становилось трудно даже моргнуть.

— На острове Вирга все семьи такие. Женщина может связать себя клятвой сразу с несколькими мужчинами. Это не позор и не прихоть — это осознанный выбор.

— Мы знаем, — подхватил Ниварис, тихо, словно боялся напугать меня ещё сильнее, — что для тебя это непривычно. Возможно в твоём мире так не бывает.

Он чуть наклонился, и его пальцы едва ощутимо провели по моей ладони.

— Но, Мелисса, прошу… доверься нам. Мы знаем на что идем. Ты нужна нам обоим.

Я смотрела то на одного, то на другого, и внутри всё вертелось кувырком.

Разум отчаянно шептал, что это безумие, а сердце… сердце билось в унисон с их дыханием, сливаясь в один ритм.

Слова "оба мужа" эхом отдавались в голове, пока я, будто во сне, пыталась осознать — это происходит на самом деле.

— Мелисса, — снова тихо, почти шёпотом, произнёс Дейтар.

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри меня все замирает, и коротко выдохнула:

— Да.

Я точно сошла с ума.

Иначе объяснить моё согласие на двоемужество было невозможно.

Через секунду после произнесённого мной «да» я оказалась в эпицентре урагана из поцелуев, объятий и невероятно страстных слов любви.

— Мелисса... — шептал Ниварис, зарываясь руками в мои волосы.

— Любимая... — вторил ему Дейтар, шепча на ухо и нежно касаясь губами моей щеки.

От избытка чувств я не могла произнести ни слова.

Мир для меня в очередной раз перевернулся.

Пока...

— Эй! — Ниварис резко обернулся, заметно растерявшись. Следом дёрнулся и Дейтар.

— Это ещё что за… — начал Ниварис, но в этот момент мне на руки запрыгнул кабачок.

Похоже, мой друг решил, что пора спасать меня от драконов, которые в своих чувствах решили просто задушить меня своей любовью.

— Да, он прав, — усмехнулся Дейтар, видимо подумав о том же, что и я. — Нам всем сейчас стоит немного успокоиться.

— Мелисса, — Ниварис, конечно, решил схитрить: прежде чем отпустить меня, притянул к себе ещё крепче и легко коснулся моих губ своими. — Не желаешь немного отдохнуть, пока мы с Дейтаром всё приготовим для церемонии?

— Церемонии? — я чуть не подпрыгнула от неожиданности. — Вы хотите сказать, что мы прямо сейчас… Ой.

Меня снова начала накрывать волна паники, но Дейтар поспешил забрать меня из рук Нивариса.

— Мы хотели бы устроить тебе настоящий праздник, — произнёс он мягко, почти шёпотом, едва касаясь моих губ. — И обязательно сделаем это, когда всё закончится. Но закрепить магию нам лучше сегодня. Поэтому я, как и Ниварис, прошу тебя лишь об одном — доверься нам.

Дейтару я не могла отказать.

С Ниварисом бы поспорила, но не с Дейтаром.

— Хорошо, — тихо выдохнула я. — Пусть будет так.

Дейтар улыбнулся и вновь поцеловал меня.

Но на этот раз его губы не скользнули мимолётно, словно крылья бабочки. Они накрыли мои глубже, сильнее, требовательнее. Горячий язык скользнул в мой рот — и в тот же миг во мне всё вспыхнуло, наполняя тело жаром страсти.

Поцелуй Дейтара был неимоверно жадным, нетерпеливым — таким, словно открывал всю бурю чувств, которую он так долго прятал под маской спокойствия и невозмутимости.

Но до конца себе Дейтар всё же волю не дал.

Разорвав поцелуй, он глубоко выдохнул и тихо прошептал:

— Дай нам полчаса. Подожди в спальне. Обещаю, ты никогда не пожалеешь об этом дне.

— Хорошо, — так же тихо ответила я, боясь встретиться с Дейтаром или Ниварисом взглядом.

Мне и самой нужны были эти полчаса — чтобы успокоиться и хоть немного привести мысли в порядок. Поэтому я не стала тянуть: развернулась и почти бегом бросилась к дверям спальни.

Но едва переступила порог — замерла.

На кровати лежало платье.

Оно было… волшебным.

Я остановилась у порога, не в силах сделать ни шага, просто смотрела.

Белоснежная ткань, словно сотканная из утреннего тумана и солнечных бликов, мягко переливалась в свете, рассыпаясь искрами. Шелк платья был таким тонким, что казалось — стоит протянуть руку, и он растает между пальцами, как дыхание.

Я подошла ближе. И вдруг заметила — ткань была словно присыпана мельчайшей жемчужной пылью. Она поблескивала в каждом изгибе, в каждом движении света, придавая платью ощущение чего-то живого, дышащего. Кружево, тонкое, как паутина, окантовывало лиф и длинные рукава, а подол мягко спадал к полу, образуя легкое облако света и тени.

Я медленно провела пальцами по шелку — и по телу пробежала дрожь.

Всё это — не сон. Не игра воображения.

Я стояла перед свадебным платьем. Моим платьем.

И только теперь я реально осознала: сегодня — моя свадьба.

Пусть странная, невозможная, в мире, о котором я еще недавно даже не знала, но всё же настоящая.

Сегодня я стану женой двух драконов.

Ниварис

Я смотрел вслед Мелиссе и сам не верил в то, что всё происходило на самом деле.

— Не боишься, что потом пожалеешь? — Дейтар хлопнул меня по плечу, становясь рядом. — Всё же у тебя было куда больше шансов, чем у меня.

— А дело не в шансах, — усмехнулся я, поворачиваясь к другу. — Знаешь, я только здесь, в этом доме, понял одну вещь.

— Какую? — Дейтар с удивлением уставился на меня.

Я не сдержал усмешки:

— Боги не поиздевались над нами, дав нам одну истинную на двоих. Не будь её, нашей дружбе довольно скоро пришёл бы конец.

— Почему? — Дейтар явно не понимал, к чему я веду.

Чем дольше я смотрел на его серьёзное, сосредоточенное лицо, тем больше убеждался в своей правоте.

— Мы ведь с тобой чуть ли не с рождения вместе, - начал я.

Дейтар кивнул.

— И друг для друга больше, чем друзья, — продолжил, и Дейтар снова кивнул, соглашаясь. — Но когда-нибудь, — я грустно улыбнулся, — ты бы обязательно женился. По любви или нет — не важно. Ты наследник рода, и от того, продолжишь ли ты линию, зависит судьба чуть ли не всего королевства.

В ответ Дейтар лишь нахмурился — он не любил, когда ему напоминали о долге перед родом.

— А я бы так и остался заядлым холостяком, гулякой, легкомысленным любителем одноразовых свиданий и прожигателем жизни, — продолжил я и пояснил: — Потому что такую, как Мелисса, я бы в нашем мире не встретил. А все остальные интересовали меня не больше, чем игрушки маленького ребёнка.

— При чём здесь конец нашей дружбы? — Дейтар всё ещё не понимал, к чему я клоню.

— При том, что, женившись, ты бы всё больше отдавал себя семье: сначала молодой жене, потом детям. Наши пути расходились бы всё сильнее, а время встреч сокращалось. Семья — штука такая: она быстро отсекает всё лишнее. Всё, что не нужно ей, — отмирает. Мы бы отмерли друг для друга. Остались бы лишь воспоминанием — о бурной, шальной молодости.

— А теперь? — наконец уловив мою мысль, Дейтар усмехнулся.

— А теперь тебе придется терпеть меня до конца жизни и мучить своими нравоучениями о правильной жизни. Зато Мелиссе точно не придется скучать с таким занудой как ты.

— Отлично, — Дейтар еще сильнее рассмеялся и снова хлопнул меня по плечу. — Тогда хватит разглагольствовать и пошли работать. Мелисса долго возиться с платьем не будет, так что времени у нас в обрез.

А вот здесь Дейтар был прав. Чем-чем, а усидчивостью и терпением наша истинная не отличалась.

Чтобы подготовить всё к ритуалу единения, мы с Дейтаром сначала освободили комнату от мебели. Вынесли на улицу всё: столы, лавки, шкафы, мойку, шкуры и даже чучела голов животных.

Обряд, который мы собирались провести, требовал много места и сил. Он был одним из древнейших, но в современном мире почти не использовался. Во-первых, из-за сложности проведения, а во-вторых — из-за невозможности его разрыва.

Обряд единения соединял не просто тела. Души.

И провести его было невозможно, если в сердцах брачующихся не горела настоящая, чистая любовь.