Как превратить кота в дракона (СИ) - Голден Лиззи

Во мне что-то ломается. Окончательно и бесповоротно. Тело становится ужасно тесным, мне хочется из него вырваться на волю. Взлететь над лавкой, над Нимверией, над всеми проблемами и никогда, никогда больше не возвращаться…

Последнее, что вижу ― как пол быстро устремляется вниз. Еще миг ― я становлюсь огромной и неповоротливой, с толстыми ногами… то есть лапами, на которых ― огромные острые когти. Внутри меня ― все тот же огонь, только его слишком много и он вот-вот вырвется наружу…

Огромный клубень огня вылетает из моей пасти с громовым ревом. Только сейчас осознаю, что это все я. Король моментально блокирует огонь, распыляя его на множество искр. А потом…

Ко мне тянутся такие же красные нити, которые поработили Эмиля и лишили его силы. Я отчаянно сопротивляюсь, мотаю головой, но магия короля превозмогает.

Падаю на колени (если у драконов вообще есть колени) и вижу… что это?

Странный золотистый свет наполняет зал. Сначала маленький комочек, он становится все больше и больше, разрастается. Он такой притягательный, что мне становится легче, даже красные магические путы ослабевают. Еще миг ― и я встаю на ноги, а нити исчезают. Эмиль тоже встает, освободившись от веревок. А чуть поодаль…

Вижу, как нечто прекрасное, переливающееся всеми цветами радуги расправляет огромные золотые крылья. Рядом ― еще один дракон, не уступающий по красоте и силе, ярко красный, с огненной аурой, мощными клыками и красивыми ярко-желтыми глазами.

Первый необыкновенный дракон взмахивает крыльями ― и король Элдрих отступает на шаг. Потом падает на колени, закрываясь руками, как будто этот прекрасный свет его пугает.

И… луминариум. Он поднимается с пола и зависает в воздухе перед золотым драконом. Медленно приближается к нему, прикасается к груди и… будто растворяется в драконе, разделившись на множество мелких сверкающих частиц.

Зал наполняется таким величием, что мне самой уже больно смотреть. Я прикрываю глаза, а когда золотой дракон вместе с красным издает боевой клич и выпускает огонь, я падаю ниц от того, что меня накрывает необъяснимый трепет.

Золотой свет постепенно исчезает, как будто его носитель вобрал его в себя. Поднимаю голову. О, кажется, я неожиданно превратилась в человека. Оглядываюсь, чтобы понять, где король Элдрих, и с какой стороны ожидать удара, но… не вижу его.

Вместо этого ― странная кучка черного пепла как раз в том месте, где он стоял. А сверху на нем ― корона, которая на удивление не растворилась, лежит и сверкает, как еще один магический артефакт.

Все воины живы и невредимы. Они ошеломленно глядят на черную кучку, после чего бросают копья и все как один становятся на одно колено… перед Серин.

О да, она жива. И Марсель тоже. Они только что были невообразимой красоты драконами, а теперь ― снова люди, здоровые и невредимые, и даже умудрились не сжечь всю лавку, что удивительно. Только от Серин теперь исходит легкое голубоватое свечение, то самое, которое исходило от луминариума. Корона, лежащая на кучке черного пепла, поднимается в воздух, вздрагивает, будто отряхивается, а потом пикирует на голову Серин. Коснувшись ее волос, золото начинает ослепительно сверкать, как и разноцветные камешки, которыми оно инкрустировано.

Эти двое глядят друг на друга ― ошеломленно, будто видят впервые. И вдруг… Серин начинает смеяться. Так открыто и искренне, что совсем на нее не похоже. Она хохочет, радуется как ребенок, а Марсель вдруг сгребает ее в охапку, прижимает к себе и целует.

Что чувствую я? Странную радость, что они живы. И я жива. Король испепелился ― туда ему и дорога. Мы все живы, и… матушка тоже?

Бросаюсь к ней. Она без сознания. Лицо обескровлено, глаза закатились…

Тут же чувствую легкое прикосновение к своему плечу.

Серин. Она опускается на колени рядом со мной и прикладывает обе руки к голове лежащей.

Все тело матушки начинает светиться, как и Марсель, когда я лечила его рану. Несколько секунд ― и она открывает глаза. Изумленно моргает, глядя на нас, а потом приподнимается на локтях.

Совершенно здоровая. Без единой царапины.

― Мачехи ― это зло, вот что я хочу сказать, ― сладко произносит Серин в своей обычной манере. ― Но как родная мать, может, она и неплоха.

С этими словами она встает с видом выполненного долга. А я помогаю матушке подняться и подвожу ее к одинокому стулу, который стоит в дальнем конце лавки. Ее ноги слегка заплетаются, и как только она садится на стул, тут же засыпает, прислонившись к деревянным полкам.

― Это нормально, ― говорит Серин, когда я вопросительно смотрю на нее.

Оставляю матушку отдыхать, а сама подхожу к своей названой сестре. Мне хочется задать ей еще множество вопросов…

― Ваше величество, ― к Серин подходит один из воинов, склонив голову. ― Портал скоро закроется. Мы не знаем пароль. Мы застрянем здесь навсегда, а вам нужно вернуться… чтобы спасти королевство.

Смотрю на Серин, которая замирает, будто только сейчас осознав, что она теперь ― луминариум, который никто и никогда не похитит.

― Сколько у нас осталось времени? ― тихо спрашивает она.

― Не более десяти минут, ваше величество, ― склоняется перед ней другой воин.

51 глава

 Хлоя

― Ты уйдешь? ― спрашиваю я, чувствуя, что теряю что-то очень важное мне и дорогое.

― Я должна, ― мягко отвечает Серин. И я понимаю: так будет правильно.

Эйдралис должен выжить. Точнее ― начать новую жизнь с новой королевой.

― А Марсель?

Что-то во мне сжимается, когда смотрю ему в глаза и… уже знаю ответ.

― Я пойду вместе с Серин, ― говорит он.

На его лице проскальзывает легкая печаль и даже смущение. Он будто бы извиняется, что все сложилось именно так, а не иначе.

― Ты был классным котом, ― говорю я ерунду и, наверное, жалко улыбаюсь, чтобы не заплакать, ведь я уже скучаю за своим пушистым любимцем, которого больше не увижу.

― Спасибо, ― говорит Марсель  так проникновенно, будто в этом слове кроется нечто больше, чем он может сейчас выразить.

― Благодаря тебе я осознал, что со мной все в порядке, ― добавляет он, потом неловко подходит, берет меня за руку и склоняется на ней, легко прикасаясь губами. А я думаю, что из Марселя вышел бы не только милый домашний любимец, но и хороший брат. Жаль, что ему придется тоже покинуть наш мир.

Сталкиваюсь взглядом с Эмилем, который неловко топчется рядом. Наверное, он смущен тем, что король его обезвредил, и он не смог защитить ни меня, ни брата. Но это такие мелочи! Меня волнует другое.

― Ты тоже собирался уходить? ― Глаза начинают печь от невыплаканных слез. ― Тогда давай, вали, и побыстрее.

Говорю это и отворачиваюсь, в надежде, что этот здоровяк уйдет без лишних прощаний и сантиментов, на которые он, конечно же, не способен.

― Эмиль, ― слышу Марселя. ― Ты с нами?

― В Эйдралисе никто не держит лавок с деревянными товарами, ― говорит тот.

― Ах, тебя только это интересует, да? ― возмущаюсь я, только чтобы не заплакать.

― Нам пора. ― Серин взволнованно глядит на часы с кукушкой, висящие под самым потолком и чудом не сорвавшиеся со стены. Она делает взмах рукой, и лавка начинает сжиматься до своих привычных размеров. Матушка даже не просыпается, когда ложки и прочая утварь падают с полок. И тут я вижу отца.

Совсем о нем забыла. Все это время он провалялся без сознания по ту сторону прилавка, а теперь поднимается, кряхтя и потирая затылок.

― Что здесь происходит? ― ошеломленно смотрит на всех и особенно ― на Серин, которая на своих ногах.

― Простите, отец, что мне пришлось вас обмануть. ― Та подходит к нему и помогает подняться. ― Я подумала, что это поможет вам быстрее принять решение.

― Ты ходишь, ― констатирует он факт, переведя взгляд на ее ноги, скрытые длинным золотистым платьем, какие только на королевских приемах носят ― Серин после превращения в дракона преобразилась, как и ее одежда. ― Это хорошо… просто замечательно!