Барон Дубов 13 (СИ) - Капелькин Михаил

Да, ей страшно, но она не поддастся страху ради него!

В ушах эхом отдалось это его «любимки», которое значило для Лизы куда больше всех других признаний в её жизни вместе взятых. А у пепельной блондинки их было немало!

За всё то, что Дубов для неё сделал, она отплатит сполна! В хорошем смысле, конечно.

Нога Роя начала бешено пульсировать, а перепонки в её основании вдруг открылись. Орда Саранчи хлынула сразу во все стороны. Главным образом враги пытались спуститься в кратер, чтобы затем атаковать Дубова в спину.

Но Лиза не собиралась позволять им это сделать. Она планировала ещё вернуться из этого похода и выйти замуж за Дубова!

— Я вам покажу, что значит Солнцева! — выкрикнула она, мгновенно взрываясь маной.

Две сильнейшие эмоции переплелись в ней. Любовь к жизни и ненависть к врагу. Они-то и ввели её в состояние Кондара. Инсект девушки слился с её сферой души, высвободив огромное количество энергии.

Магическая аура вокруг пепельной блондинки стала не только видимой, но и осязаемой! Белые поток энергии завивались в спирали и пускались в вихри вокруг Лизы. Сразу десятки и сотни маленьких сфер образовывались в них и взлетали в воздух. Пока не собрались в форме огромного дракона.

Чудовище из чистой магии низверглось с небес на вражеские полчища. Взмахнув невесомыми крыльями из сотен маленьких сфер, дракон кувыркнулся с обрыва и потоком белого огня просто сжёг всю Саранчу, что успела туда слезть. А затем занялся теми, кто ещё выходил из ноги Роя.

Но и Лиза не стояла на месте. Охваченная сильнейшей магической аурой, она бросилась в бой, шинкуя врагов кинжалами и прожигая всё новыми огненными сферами. А те вились вокруг девушки, как рой пчёл вокруг своей королевы-матки.

Саранча погибала сразу же, стоило ей покинуть уродливую толстую колонну. А с полсотни сфер и вовсе ворвались внутрь и пустились по колонне вверх.

Тем временем оттуда же выползло гигантское Пугало. Но было тотчас атаковано солнечным драконом.

Катя

— Увидимся на той стороне! — крикнула Агнес графине Вдовиной, когда Гоша высадил ту рядом с опорой Роя.

— Увидимся… — хмыкнула Катя.

Она прикрыла глаза и с помощью духовного зрения увидела, что Рой уже знает о них и готовит свою атаку. Первая волна готовилась к тому, чтобы начать сыпаться из отростков. А в озёрах Рождения дозревали полчища в десять раз большие.

— Посмотрим теперь кто кого, Тарантиус.

Катя только познала радость обычной человеческой жизни с её страстями и пороками. Особенно с пороками. Графиня даже провела рукой по своей облегающей одежде.

— Нет уж, с этим я так легко не расстанусь. Я ещё слишком мало знаю о своём теле, чтобы взять и погибнуть здесь!

Колонна запульсировала, изрыгая сотни разномастных тварей. Кого там только не было! Колёса, Летяги, Спруты и прочие, кого только научился производить Рой.

Но Вдовиной было всё равно. Она была готова. Как и её Инсект. Жажда жизни Кати передалась и ему, и девушка также вошла в состояние Кондар.

Она встретила полчища Врага комбинированными атаками — духовными и магическими. Вокруг неё хлестал магический ветер, трепля её рыжие кудри, а глаза горели, как два чистейших аметиста. Над ней собирался смерч из фиолетового огня. Сначала в него затягивало только Летяг, которые мгновенно умирали, а их тела продолжали кружиться в воздухе.

Затем смерч стал сильнее. А потом ещё сильнее. Какой-то Жнец, едва выпав в основании колонны из склизкой розовой трубы, поднялся в воздух. Смешно засучил руками-лезвиями в попытках вернуться на землю.

У него не вышло. Как и у сотен других тварей, которые тут же расстались со своей жизнью.

Василиса

Княжна видела, как её подруг доставляют Альфачик и Гоша на их позиции. Вроде бы они теперь сами по себе и каждый сам за себя, но Василису не отпускало ощущение, что они всё равно рядом. Все вместе.

А ведь когда-то из подруг у неё была только Тамара Петровна, её вечная гувернантка. Зато теперь — целая куча верных подруг, с которыми иногда можно поругаться, а иногда и повеселиться. И веселье — это не только про шутки. Особенно когда веселье происходит в спальне Дубова.

Ещё она теперь вольна сама выбирать себе мужа. Хотя и так понятно, кого она выбрала. И теперь готова за этот выбор отдать жизнь. Правда, Дубов сказал, что умирать не надо. Так что придётся повременить.

Нога, к которой Василиса отправилась, находилась дальше всех. Метеорит Роя встал на своих отростках с того положения, в котором упал. То есть его махина вытягивалась в дальнюю сторону, где лежала гигантская просека, оставленная им при падении. И колонна, выросшая здесь, из-за этого оказалась самой толстой. Сотни две в диаметре.

Это хорошо: значит, и врагов она здесь погубит больше всех!

Василиса подлетела как раз тогда, когда нога начала пульсировать, доставляя сразу целые тысячи тварей. А их встретила не просто леди-Зима, а королева Холода.

Её осязаемая магическая аура, вызванная Кондаром, этакое голубое пламя, замораживала воздух вокруг ледяной фигуры сразу до минус восьмидесяти градусов. Тёмная почва под её ногами покрывалась инеем и льдом.

— Любишь медок, люби и холодок… — мрачно изрекла потусторонним голосом Василиса и взмыла в воздух, мгновенно погружая окрестности в сильнейшую метель.

Едва Саранча оказывалась в ней, как ступала несколько шагов и тут же замерзала. И только кнут, мелькавший в непроглядной метели, разбивал ледяные тела на куски.

Вероника

— Ну что, Альфачик, вот мы и остались одни… — обняла за шею Лютоволка Вероника. — Страшно-то как без господина. Но мы справимся, да? Он ведь не зря всё это время делал нас сильнее!

— Ау-у-у!!! — громко завыл Лютоволк, запрыгивая на край кратера рядом с уродливой и толстой ногой.

— Вот и я так думаю, что вместе мы сила!

Две ослепительные сферы души, находящиеся рядом, одновременно вошли в состояние Кондар.

Вероника изо всех сил прижалась к мягкой и пахнущей озоном шкуре Лютоволка, и их Инсекты смешались вместе. Альфачик и земля вокруг него заискрились голубыми разрядами. Но они не поджаривали землю, а подмораживали её! Саму девушку покрыл ледяной панцирь, который частично разросся и по телу Лютоволка, закрывая его уязвимые для клинков врага места — подмышки, шею, брюхо и части лап. А на когтях выросли длиннющие ледяные лезвия.

Когда отросток начал из десятков труб выплёвывать Саранчу, их ждал не просто Лютоволк. А Лютоволк Ледяной Метели. Его шерсть стояла дыбом, и по ней бегали разряды, от которых в воздухе начинали кружиться невесомые снежинки. Когти его вспарывали землю, и поднятая почва тут же покрывалась белым налётом инея.

С оскаленных клыков капал дымящийся жидкий азот. Хотя сам Лютоволк думал, что это просто слюна у него такая прохладненькая стала.

Разномастная сотня Саранчи бросилась на Лютоволка, не ведая страха. А он неожиданно исчез. Но всего на одно мгновение, чтобы морозной зигзагообразной молнией пронестись через всю толпу. Там, где он побывал, Саранча превратилась в ледяные статуи. И Лютоволк тут же кинулся размашисто бить их мощными лапами.

Щупальце продолжало поставлять Саранчу, Альфачик неустанно крушил её, рвал на части зубами и замораживал цепными молниями холода.

— За моего господина! — вдруг издал не то рык, не то рёв не то Альфачик, не то его горб.

Но после этого на голове Лютоволка появился ледяной нарост, из которого выросли острые ледяные рога.

Альфачик, обрадованный новому способу убийства Саранчи, тут же обагрил их вражеской кровью.

Агнес

— Ударь меня током! Гоша, да если тебе завод с танками дать, ты страну в неделю ими завалишь! — хохотала Агнес, глядя, как паук порхает вокруг опорной колонны Роя.

Прямо на её глазах вырос целый паутинный шатёр из золотой паутины и с лабиринтом внутри. Выход из него был всего один.