Квинтет Пряди (СИ) - Стопичев Алексей

Незадолго перед главной площадью нам навстречу всё же выскочил отряд янычар. Воины быстро выстроились, сомкнув щиты и ощетинившись копьями. А сзади них с полсотни лучников положили стрелы на тетивы. Рекс, не останавливая медленную, неторопливую поступь буйвола проорал вновь своим голосом:

— Кто вы такие, чтобы останавливать фарсов?

— Я командир халифских янычар Гуй Блархма! Назовитесь и скажите, зачем пожаловали в Бадад!

— Слышишь, ты, Гуй! — глумливо сказал Баблер, тогда как Рекс остановил, наконец, буйвола шагах в двадцати перед строем воинов, — Мы приехали к халифу, чтобы покарать его за предательство человечества и за сговор с Прядью. Убери своих воинов, и тогда останетесь живы.

Оставшиеся на улице зеваки после слов Баблера кинулись бежать в проулки, и спустя минуту на улице между каменными двухэтажными домами остались лишь мы и янычары. Халифский командир вместо ответа заорал зычно:

— Лучники! К бою!

— Торвус! — тихо сказал Рекс, и Хом сдёрнул с плеча свой лук, натянул его и заблестела в нём волшебная магическая стрела. А наш сюзерен прогремел так, что его, наверное, было слышно на весь квартал: — Кто не уйдёт с дороги — покараем! И не будет ему спасения во веки вечные!

— Пли! — заорал Гуй, и сразу полсотни стрел полетели в нас. Я равнодушно следил за их полётом, зная, что сейчас произойдёт. И Рекс не подвёл. Поднял свою палицу под названием Северная Звезда, и перед нами замерцал магический щит. Стрелы не отлетели, а застряли в нём, на секунду зависнув и тут же осыпавшись вниз. Похоже, Блархма растерялся на мгновение, зато Рекс вновь возвысил голос:

— Последний раз предлагаю вам убраться!

Но в ответ вновь полетели стрелы. И тут Хом выстрелил из своего лука, метя поверх голов копейщиков. И его ужасная ледяная стрела выкосила сразу половину лучников врага. Но Торвус на этом не остановился, вновь натягивая своё страшное оружие. Правда, вторую стрелу он выпустил уже в спины разбегающихся стрелков. Зато копейщики, сдвинув щиты вплотную, опустили копья и двинулись на нас. Тут в дело вступил Лет, перекинув из-за спины свой щит с огненным умбоном. Он направил его на строй янычар, и полыхнуло пламя. Да такое, что сразу половина двинувшихся на нас воинов была сожжена заживо, а оставшиеся в живых, орущие, потерявшие ориентацию, ослеплённые, падали на землю, бросая оружие.

— Вперёд, мои верные воины! — заорал трубно Рекс, вздымая Северную Звезду, и пришпорил буйвола.

Мы промчались сквозь обожжённых янычар, будто нож сквозь масло, стоптав тех, кто попал под ноги наших животных. И вырвались на площадь, где нас уже ждала если и не армия, то целый корпус. Перед дворцом халифа стояли несколько сотен бойцов, заполнив почти всё пространство, и я даже удивился, как быстро Раа Лин сумел собрать столько воинов у дворца. Тут либо халиф собирался куда-то отправлять войска, либо… был предупреждён о нашем прибытии. И если второе — это, чёрт возьми, очень-очень плохо. Значит, наши передвижения не являются тайной. И кто-то следит за нами. Зная, куда мы направляемся. Впрочем, времени размышлять не было, так как из окон дворца по нам ударили маги халифа. Ударили огненными стрелами, и Рекс вновь поставил щит. Правда, теперь он с трудом сдержал удар, и Торвус стал стрелять по окнам из своего лука, а Жнец, вновь выставив вперёд умбон своего щита, ударил огнём в строй янычар. Правда, удары Торвуса и Лета цели также не достигли, так как встретились теперь уже с вражеским магическим щитом.

— Нас ждали! — счастливо заорал Баблер, и, закинув в ножны свой кошкодёр, натянул на руки свои латные перчатки. Я перекрестился и скрестил наручи…

Глава 12. Бададская резня

Над площадью разверзся настоящий ад из молний, огня и льда. Торвус, ревя от возбуждения, пускал одну за одной волшебные стрелы в дворец халифа. Рекс держал щит, а Лет пытался продавить защиту янычар огнём из своего щита. На какой-то миг всё застыло в хрупком равновесии, но тут в дело вступил Баблер. Он ударил языками жуткого холода, и те смяли магический щит врага, замораживая стоящих перед дворцом бойцов. Щит, лопнув, погас, и огонь Лета тоже начал выкашивать ряды южан. Торвус выпустил последнюю стрелу, и закинул лук за плечи, выхватив свой легендарный Ульфберт. Рекс, взмахнув палицей, проревел:

— В атаку!!!

И мы ринулись к дворцу. Деморализованные, перепуганные янычары, рядом с которыми горели заживо и замерзали их товарищи, даже не пытались уже выставить копья, и были просто сметены могучим буйволом Рекса. Парочка самых отчаянных халифатцев кинулась с боков, но была нами зарублена сразу же, а остальные просто откатывались в стороны, и мы вылетели прямо на огромное крыльцо дворца. Буйвол Рекса, не останавливаясь, ударил в закрытые двустворчатые двери, и те влетели со страшным грохотом внутрь, сорванные с петель. Я успел увидеть какие-то статуи на входе, сгорбленные, будто поддерживающие балконы здания, но потом смотреть стало некогда. Потому что на нас со всех сторон кинулись странные воины в чёрных одеждах и с масками на лицах. Чучело смёл троих сразу же задними копытами, а я, выпрыгнув из седла, на лету зарубил ещё одного. На меня тут же наскочили несколько бойцов в чёрном, и я стал отмахиваться Каладболгом, еле успевая парировать удары. Но тут рядом со мной встал Баблер со своим кошкодёром, и дело пошло веселее. Я парировал, а он просто стелился по мраморному паркету и снизу молниеносными уколами резал наших врагов, успевая за один резкий выпад убить сразу двоих-троих. Сзади, словно бык на случке, ревел Торвус, который всегда наслаждался битвой, словно это было его последнее сражение. Но за правый фланг я не беспокоился, как не беспокоился и вообще за нас. Ибо с нами был Рекс. И Жнец, который уже раскручивал свой чёртов серп. И когда я услышал знакомый свист, то заорал дико Баблеру:

— К стене!

Мы отшатнулись за какие-то колонны, и вместе с нами в нишу всунулся Торвус, глядевший насупленно на то, как Жнец раскручивает фалькс. Но когда Лет пошёл собирать по залу жатву, то даже варвар не сдержал восхищения. Если смерть и бывает красивой, то только в руках Лета Алиса по прозвищу Жнец. И никак иначе. Он крутился волчком, и вокруг него падали странные воины в чёрном, разрезанные пополам, с отрубленными конечностями. А следом шёл Рекс со своей палицей, и, если видел угрозу, просто вытягивал палицу, и из неё била молния. То в арбалетчиков, выскочивших на ступени широкой лестницы, ведущей на второй этаж, то на пятёрку копейщиков, уже собравшихся метнуть в Жнеца свои тяжёлые копья. Все они осыпались на пол обугленными трупами, а Жнец шёл и шёл кругами по залу, пока в нём не осталось ни одной живой души. Кроме нас, естественно. Если нас вообще можно было назвать живыми. Потому как тот же слепой Аэд всегда в этом сомневался, и заронил эти сомнения даже в наши сердца и головы.

Когда Жнец остановился, мы выскользнули из ниши и подошли к Рексу. Тот ткнул пальцем в Торвуса и приказал:

— Охранять вход! Катоблепас поможет!

Буйвол наклонил свою голову и встал рядом с Торвусом. Я тут же приказал:

— Чучело, Глупыш, тоже будьте здесь! Убивать всех, кто приблизится и защищать этого лохматого рыжебородого!

— Я сам их защищу! — крикнул Торвус, вращая глазами и мечом. А мы с Рексом, Баблером и Жнецом направились по лестнице на второй этаж.

Когда на втором этаже выскочил ифрит, я увидел то, чего, наверняка, не видел никто и никогда. Рекс голыми руками схватил огненного демона за то место, где должна быть шея. Страшный огонь не обжигал Найтена вовсе, а удары, которые пытался наносить ифрит, просто разбивались о защиту нашего сюзерена. Глаза Рекса горели тем же пламенем, что сам ифрит, хотя лицо его оставалось бесстрастным и даже немного отстранённым. Демон тоненько взвыл, завибрировал весь, заискрился и… рассыпался искрами. И трое других ифритов, выплывших в коридор, развернулись вдруг и рванули в ту же комнату, откуда вылетели. Там послышался дикий ор, похожий на предсмертный, и когда мы кинулись внутрь, то увидели, что три ифрита висят возле стены, а на полу лежит убитый, обугленный маг. Один из ифритов, замерцав, заговорил: