– Я его поправлять не стала. Сказала, что всё хорошо, и я уже почти сплю. Ну, чтоб он тебя по всей академии не искал и не волновался. Но может просветишь, где ты гуляла всё это время?
– Ох, Джинни, – выдохнула я, понимая, что скрыть не получится. – Я такое натворила!
– У тебя настолько восторженное лицо, словно ты съела чей-то праздничный торт и ни капли не стыдишься.
– Почти, – хмыкнула я, а потом, набрав воздуха в грудь, выпалила: – Я переспала с нашим ректором.
У Джинни аж подушка, которую она обнимала до этого, на пол грохнулась. И выражение лица было незабываемое. Обычно настолько удивить сестру я не могла! Она всегда первая шла по части проделок и приключений.
– Да ладно, – недоверчиво протянула она, глядя на меня изумлённо. – Ты не шутишь, что ли?
Я только покачала головой, а улыбка сама лезла на лицо.
– И что теперь? У вас роман?
9
– Нет, конечно, – рассмеялась я и пояснила: – Там вообще дурацкая ситуация получилась. Он, видимо, вызвал девушку лёгкого поведения и назначил встречу с ней в южной башне. Колина-то сразу прогнал, а я решила зайти через окно. И…
– И ты решила подыграть? – скептично вздёрнула бровь сестра, явно впечатлённая.
– Не то чтобы я сильно подыгрывала, – попыталась я деликатно обрисовать ситуацию. – Просто он перешёл… сразу к делу. А мне так понравилось, что вырываться не захотелось совершенно. Вот ты сравнила с тортом. Просто представь, что ты уже попробовала. И он безумно вкусный! А ты ещё и голодная и сладкого хотела… Неужели ты бы смогла остановиться?
– Нет, ну если бы этот торт должен был бы съесть кто-то другой, – гипотетически предположила Джинни, но я припечатала:
– За ним не явились. И он бы ещё и расстроился.
– Действительно, разве можно расстраивать тортик, – нервно усмехнулась сестра и с непередаваемыми эмоциями покачала головой: – Вообще от тебя я, конечно, такого не ожидала. Ну да не мне читать тебе нотации. Лучше скажи, отца уже можно радовать, что ты сюда не зря приехала и замуж за принца почти собираешься, благодаря удачному стечению обстоятельств?
– Ну нет! – запротестовала я, начиная готовиться ко сну. – Я же Касу ни в чём не призналась. Даже оплату взяла, чтобы не вызывать подозрений. Так что теперь мне надо ещё больше стараться не пересечься с нашим ректором в коридорах.
– А почему не сказала? – тут же зацепилась Джинни.
– Во-первых, это было бы неловко, – пожала я плечами, – а я не хотела портить момент. Во-вторых, ну знаешь мало ли что бы он подумал, если бы я тут раз и созналась…
– Что ты специально всё это устроила, чтобы затащить его под венец? – тут же предположила сестра, и я с ней согласилась.
– С учётом удивительного совпадения, моего молчания и наших статусов это первая мысль, которая приходит на ум, – подтвердила я. – В-третьих, я, конечно, в восторге от того, как всё прошло, но характер у Каса, судя по всему, не очень. Всю академию гоняет. Да и принц… Я бы лучше рассмотрела какой-нибудь мезальянс, чтобы больше не связываться со всем этим церемониалом.
– Наш ректор же не наследный, – на всякий случай напомнила Джинни. – Да и в Артефактуме с этим, судя по рассказам Сьюзан, попроще, чем у нас.
– Да всё равно, – только отмахнулась я чуть раздражённо.
Уловив это, сестра тут же отступила и сообщила:
– Решать всё равно тебе. Я тебя в любом случае поддержу.
В этот момент я и ушла умываться, а когда вернулась Джинни уже умудрилась пересчитать все деньги в кошеле от Каса, разложив их по стопочкам, и пожаловалась:
– А я думала ночные бабочки больше получают. Ну, или ты правильно забила тревогу и ректор у нас отменный жлоб. Я столько за день могу потратить.
– Вообще-то он заплатил в два раза больше, – даже оскорбилась я почему-то за Каса. – Так ещё и накинул приличную сумму сверху, чтобы я передала какой-то «мадам» за бронь, – а потом, на глаз оценив полученное богатство, подытожила: – И это, между прочим, большие деньги. Здесь чья-то месячная зарплата точно. И этот кто-то даже не из прислуги.
– Да?! – искренне опешила моя сестра, которая раньше чужими деньгами особо не интересовалась.
– Да. Не зря Уна говорила, что мы избалованны роскошью.
– Мама Уна так говорила? – уточнила Джинни, которая предпочитала нашу мачеху называть именно так. – Эх, я опять всё прослушала. Надо, однако, посчитать, сколько приносит здесь собственная лавка с зельями, а то, возможно, мне всё же стоит себе поискать зажиточного дельца… Но, кстати, я помню, что мадам – это так называется в Артефактуме женщина, которая в борделе главная. Тоже мама Уна рассказывала, чтобы я знала, в какие неприятности лезть не стоит. Так за что там ей ректор доплачивал?
10
– За бронь, – зевнула я, залезая в этот момент под одеяло. – Он хотел взять меня на содержание, чтобы я только к нему ездила.
– А ты больше к нему вообще не собираешься, – вздохнула Джинни демонстративно. – Какая досада. Разве что пару раз заглянешь, если ему повезёт… Может, мне можно забрать деньги мадам себе?
– Ты что, сдать ему меня желаешь? – рассмеялась я, уже в полусне закрывая глаза. – Нет уж. Сложи обратно и куда-нибудь спрячь. Если меня не заставят в ближайшее время их вернуть, то куплю лучше Сьюзан на них подарок. Так сказать, верну в семью.
На этом я и уснула. В остальном неделя выходных прошла неплохо. Колин, правда, пытался назначить второе свидание, но я его довольно деликатно отшила, сославшись на занятость по курсовой. И в общем-то к этой самой курсовой и приступила, выбрав себе в оранжерее симпатичный куст Хрустальных Роз, которых здесь водилось в достатке, и пересадив поближе саженцы Злопамятного Мака. Их я и собиралась скрещивать.
Вообще Слезнистый Безвременник хоть и считался легендарным и утерянным растением, но особого интереса у травников не вызывал. Вся это польза была в семенах, которые могли использоваться для специального артефакта – песочных часов, отматывающих время немного назад. Обычно минут на пять. Не особо много.
Поэтому финансирования на исследования особо не выделялось, да и по приоритетам выведение Безвременника стояло не высоко. Но, конечно, желая получить мировую известность и почесать чувство собственного великолепия некоторые исследователи иногда предпринимали попытки. Как, например, я.
Моя теория заключалась в том, что базовым растение должна быть не Хрустальная Роза, которая ценилась за свою долговечность. Этот цветок не увядал и мог бы расти вечно, если бы проворные артефакторы не разбирали его на запчасти для своих изобретений. И не какие-нибудь магические цветы, которые походили на обычный безвременник без всяких волшебных свойств. А я считала, что базовым надо поставить Мак.
Его не просто так назвали Злопамятным. Именно он добавлялся почти во все зелья, связанные с воспоминаниями. Но предварительно я и его хотела укрепить Оборотной Травой, которая отвечала за изменения. Таков был план!
