— Я готова, — кивнула Холли.
Она забрала из моих рук сундучок и повела меня коридорами для слуг и, когда звучали голоса или шаги, прятала то в уголке, то за шторкой, то за ящиком. Там мы добрались до узкой грязной лестницы, где Холли едва протиснулась, и выскочили на улицу.
Кэннон не обманул — в безлюдном дворе стоял добротный экипаж. Лошадь тёмной масти нервно стригла ушами и переступала с ноги на ногу. Кучера нигде не было видно. Моросило, под ногами сталью блестели лужи, а небо над головой было затянуто свинцовыми тучами.
Холли внимательно осмотрелась, а потом шепнула:
— Леди, держитесь за мной.
И бросилась к экипажу. Придерживая юбки, я побежала за служанкой, ощущая, как стремительно намокают домашние туфли. Всё ещё не верилось в необходимость тайного побега, ведь мы беспрепятственно добрались до повозки. Холли поставила сундук для рукоделия на землю, открыла дверцу и призывно махнула мне.
— Может, всё же подождём, пока слуги принесут мои вещи? — заглянув внутрь, с сомнением поинтересовалась я. И тут в спину что-то врезалось. — Ай! Больно.
Оглянулась и увидела ту самую девушку, что спросила, приносить ли обед. Сейчас её лицо перекосила гримаса злости, а в руке я заметила камень, похожий на тот, что валялся под ногами.
— Ведьма здесь! — закричала служанка. — Она убегает!
Глава 7
Девушку будто подменили! Голос ничем не напоминал тот, которым она обед предлагала. Глаза горели ненавистью, руки подрагивали.
— Ведьма? — растерялась я. — Почему ведьма? Я же драконица!
— Леди, скорее внутрь, — испуганно поторопила Холли.
Только я сделала шаг, как в грудь врезалось что-то мягкое, и запахло томатным соком. Люди окружили нас мгновенно, будто зверя загоняли. Бросая ветки, камни, овощи, оттеснили нас от экипажа.
— Детоубийца! — раздавались злобные выкрики. — Ведьма! Зачем наш лорд женился на этой вдове? Она же проклятая!
Набросились, как свора гиен на раненую львицу! Эдак лорду и разводиться не требовалось. Спустил слуг, и стал вдовцом. Удобно! Знал ли мужчина, что будет, когда он мне эти метки оставит? Если да, то наверняка сейчас наслаждался из окна бесплатным представлением.
'Зря я с него труселя сняла, — окончательно разозлилась я. — Надо было до последнего святую невинность изображать. Поносил бы неделю пояс верности, по-другому бы запел! Но что толку жалеть?
— Проклятая ведьма! — голосили слуги, кидая в нас всё подряд. — Умри!
Я вздрогнула и, машинально закрывшись, автоматически сложила пальцы щепотью. С кончиков ногтей сорвался огонёк, и сырые от дождя палки под нашими ногами мигом вспыхнули, как недавно бумага, а через миг осели пеплом. Толпа тут же отхлынула, а я ехидно ухмыльнулась.
Львица опасна! Даже раненая… Не стоит об этом забывать. Но люди, держась на приличном расстоянии, продолжали метать в нас что ни попадя. Холли, причитая, пыталась закрыть меня от снарядов, но я решительно отодвинула женщину в сторону и крикнула:
— Превращу в пепел каждого, кто бросит в меня ещё хоть что-нибудь!
Внезапно всё стихло, люди нерешительно топтались, всё ещё бормотали оскорбления, но овощи и камни в нас уже не летели. Холли подхватила меня под локоть и увлекла к экипажу.
— Скорей, скорей! Пока они напуганы вашей ложью… — Заметив кого-то, расплылась в радостной улыбке: — Ивин! Леди немедленно уезжает!
Через всю толпу, рассекая её, будто ледоход, прошёл крупный мрачный мужчина. Он молча поднял сундучок для рукоделия, поставил у моих ног, закрыл за нами дверцу, а потом забрался на козлы. Экипаж двинулся, провожаемый молчаливой ненавистью челяди.
Я задёрнула шторку, чтобы не видеть слуг, и вопросительно посмотрела на Холли:
— Почему ты решила, что я солгала? Может, я действительно ведьма и убийца?
Она вдруг заплакала и проговорила сквозь слёзы:
— Уж мне ли не знать, как вы горевали о детках? Как сетовали на злой рок! Это не ваша вина.
— Ты что-то знаешь? — уловив в её голосе нотки вины, насторожилась я.
Она перестала плакать и по-простому вытерла нос рукавом. А потом вынула из кармана передника крохотную склянку, внутри которой вязко перекатывалась чёрная жидкость.
— Ваши нюхательные соли, — виновато сообщила женщина. — Я подменила их месяц назад, а вы и не заметили. Никто не заметил! Даже таинственный злодей. Ведь я нашла на рынке точно такой же флакон, какой подарил вам лорд Бэрнст. А потом… потом…
Она сползла на колени и, заламывая руки, прорыдала:
— Леди Бриэтта нашла тот флакон и передала вашему мужу. Я так испугалась, так испугалась! Поэтому испачкала ваши нижние юбки кровью курицы. Простите меня за это!
В груди у меня дрогнуло:
— Погоди. Хочешь сказать, что я всё ещё беременна?
Вот это новость! Я изумлённо посмотрела на Холли:
— Но зачем ты инсценировала выкидыш?
— Потому что боялась, — призналась женщина. — От свечей в вашей спальне вдруг стало резко пахнуть, будто в воск добавили нюхательные соли. Я заменила все свечи, а те выбросила. Но унюхала тот запах в масле для купания. Тогда пошла на рынок и купила курицу. Я не знала, как ещё могу вас защитить. Простите, леди!
— Но почему ты не рассказала обо всём лорду?
— Я говорила, много раз говорила, поверьте! — она в мольбе сложила ладони. — Но лорд не желал слушать.
— А вот милашке Бриэтте он поверил сразу, — призадумалась я. — После так называемого выкидыша обвинил, что я нарочно избавляюсь от детей, и радостно нырнул в объятия юной красавицы. Действительно подозрительно! В таком случае, мне повезло сбежать из этого рассадника злобы и лицемерия.
Помогла женщине подняться и усадила рядом. С улыбкой пожала ей руки:
— Ты всё правильно сделала, Холли. Давай начнём новую жизнь! Может, поменяем имена? Мне почему-то очень хочется назвать тебя Олей. Конечно, жаль, что мы не успели собрать вещи и украшения, зато у меня осталось это.
Отпустив руки женщины, я наклонилась и подняла ларь для рукоделия. Поставив на колени, аккуратно достала вышивку и полюбовалась идеальными стежками.
— Интересно, за какую сумму можно продать мои работы?
— Если повезёт, то можно выручить за это десять медянок, — с придыханием сообщила женщина. — Половина моего жалованья!
Прозвучало многообещающе, и я решила проверить, есть ли в ларце ещё какие-либо работы, как вдруг под пальцами шевельнулась перегородка.
Двойное дно⁈
Подцепив дощечку, я заметила под ней алый бархатный мешочек. Он оказался весьма увесистым, и у меня мелькнула мысль о спрятанных драгоценностях. Не зря же тело Эфдокии не желало расставаться с ларем? Страшно представить, как тяжело жилось этой женщине, если она была готова в любой момент уйти, прихватив лишь рукоделие.
Признаться, когда развязывала тесёмки, сердце стучало быстрее.
Но внутри не оказалось ни бриллиантов, ни золота. Лишь портрет привлекательного молодого мужчины, в чьих чертах угадывалось сходство с личиком Бриэтты.
Глава 8
9 месяцев спустя
— У-а! — раздавалось рядом, выдирая меня из сновидений. — У-а!
— Вот же неугомонный, — проворчала я и, не открывая глаз, дала сыну грудь. — И двух часов не прошло, а ты снова голодный? Такими темпами женишься раньше, чем в школу пойдёшь!
— Что вы придумываете, леди? — раздался надо мной ворчливый голос Оли. — Какая такая школа?
— Самая обыкновенная, — зевнув, я приоткрыла один глаз и с благодарностью улыбнулась домоправительнице, которая принесла мне завтрак и чистые пелёнки для малыша. — Там, где деток учат читать и писать. Хочу открыть класс при поместье, чтобы Рэю было не скучно. А из старого жреца получится отличный преподаватель, он даже тебя грамоте обучил!
— Разве может дракон с людьми вместе учиться? — округлила она глаза. — Драконы дружат только с драконами!
— И с кем ему дружить, если у нас два дракона на сотню километров? И то прирост сто процентов, поскольку ещё недавно был один. То есть одна я. Поэтому пусть растёт с другими детьми. А там, глядишь, влюбится в какую-нибудь деревенскую прелестницу, женится, и пойдут у меня внуки, — мечтала я.
