Не все проклятие, что им кажется 2. Выбор пути (СИ) - Властная Ирина

И я чётко поняла, что женщина пересекла ту тонкую грань, которая отделяет от безумия. В таком состоянии ей даже заклинания «Последнее слово« не страшно — невозможно получить честные ответы от того, у кого рассудок своеобразно воспринимает происходящее. Лорд Мартерийский просто не сможет вычленить необходимое из её бреда, а на проверку всей информации уйдёт слишком много времени и сил… это тупиковый вариант.

— Лорд Мартерийский, — зашептала я ему на ухо, — узнайте, что ей нужно. Ментальные заклинания на сумасшедших влияют совершенно непредсказуемо, можем остаться и вовсе без ответов.

Глава 39

Лорд Вериан Мартерийский сперва одарил тяжёлым взглядом женщину, которая, несмотря на плачевность своего положения, всё равно диктовала свои условия, и лишь потом слегка кивнул, соглашаясь с моими словами.

Леди Риттор вновь рассмеялась, торжествующе так, словно услышала, о чём мы говорили. Может, и в самом деле услышала, кто их знает, этих безумцев?

— Что вы хотите, ваше сиятельство? — скрипнув зубами, спросил Мартерийский, вежливо так спросил, убийственно вежливо.

— Сущий пустяк, Вериан, который никоим образом не бросит на вас тень. Я жажду две смерти — того, кто предал меня и моего сына, и того, кто убил моего Арона! — дёрнулась в магических путах леди Риттор, но они надёжно сдерживали ей ярость и жажду мести. — Убей их, Вериан, убей самым жестоким способом, чтобы они мучились не час и не два, а несколько суток, чувствуя, как жизнь медленно покидает их тела, и зная, что нет спасения! Чтобы они испытали все грани отчаяния!

— Рассказывайте! — не дал своего окончательного согласия лорд Вериан, но для одержимой местью женщины, и этого было достаточно.

— У меня был слабый дар к проклятиям, настолько слабый, что сильнее порчи или сглаза у меня ничего не получалось, но и их мне хватало, чтобы проложить себе дорогу к Его Величеству и убрать всех конкуренток. Так забавно было, когда у одной леди, претендующей на внимание короля, волосы клочьями выпадать начали, у второй, хоть и не ест ничего, а бока растут так, что ни в одно платье не влазит, у третьей зубы начали гнить, а у четвёртой…

— Переходите к сути вопроса, леди Риттор! — рявкнул глава Департамента. — Мне неинтересны ваши бабские склоки!

— Ах, Вериан, Вериан… — с насмешкой покачала она головой, — я думала ты гораздо сообразительнее… тебе ведь прямо сказала эта девица — Совет Магов. Магистр Брайт, лорд Мартерийский, вот тот, чья жизнь мне нужна! Именно он помог мне развить свой дар, именно он дал мне ритуалы, которые помогла сделать из моего мальчика великого мага, именно он стоит во главе «Тёмных Повелителей», именно его усилиями стала реальной угроза переворота и именно он стал причиной гибели моего мальчика!

На Мартерийского страшно было смотреть. Кровь отхлынула от его лица, оставляя лишь горящие грозной синевой глаза… и сейчас я не стала бы утверждать, что Вериан вменяем и способен здраво мыслить… сейчас у него рушился весь его мир, в котором друзья и верные соратники оказались врагами.

Магистр Брайт! Кто бы мог подумать! Кто же не слышал о нём! Когда я училась в Академии, он провёл там одну лекцию, на которой весьма воодушевлённо говорил о том, что для нашего королевства важен каждый человек с искрой дара и магии, а уж мы — наследники аристократических родов и вовсе — опора и надежда не только престола, но и всех жителей Дивинии… магистр много чего говорил, превознося наши силы и возможности, которые мы просто обязаны развивать всеми доступными способами, чтобы стать на службу королевства и приносить пользу… Я прекрасно помню, как воодушевилась после этих слов, но со временем азарт поутих, да и не стремилась я никогда к славе и великим деяниям… это сейчас просто так обстоятельства сложились.

Но ведь были и другие, для которых слова магистра стали путеводной звездой к цели — силе и знаниям. Может ли быть, что некоторые из них вступили в ряды артериаров? Вполне.

Пока лорд Мартерийский переживал сказанное леди Риттор, её слова буквально выбили опору из-под несокрушимого в своей правоте Вериана, я решилась на дальнейшие расспросы:

— Магистр Брайт убил вашего сына?

— Нет, этот ублюдок привёл в мой дом того, кто сделал это! Но это ничуть не умаляет его вины! Он предал меня и Арона, он указал на моего мальчика этому чудовищу, и тот вызвал его на поединок за право называться Избранным, — ненависть исказила черты еë лица. — Арон ещё ребёнок! Да и не претендовал он никогда на этот статус! Кому он нужен? Меня интересовал лишь трон Дивинии, который принадлежит ему по праву! Пока магистр Брайт думал, что мы истово служим Тёмному богу, он сам служил моим целям! Да плевать мне на Артера, и плевать на этого похотливого козла!

— Тем не менее вы послушно выполняли его приказы и ваши действия привели к многочисленным смертям ни в чём неповинных людей! — возмущение кипело внутри меня.

— Мне нет никакого дела до этой серой массы, они были просто ступенькой на моём пути, которая позволила доказать мою преданность культу и проверить свои возможности. Пытаться вызвать во мне чувство вины или увидеть проблески раскаяния — пустая трата времени, — гордо вскинула она подбородок. — Если бы потребовалось уничтожить тысячи людей, я бы сделала это без малейших колебаний и сомнений.

— Какая исключительная жестокость! Я в восхищение. Даже жаль, что ваш коварный план был разрушен без моего на то участия, хотя я так надеялся единолично уничтожить даже тень вашей надежды на власть, — зло усмехнулся Мартерийский. — Так кто же тот счастливчик, который добрался до бастарда раньше меня?

— Не смей его так называть! Арон сын короля! В нём текла та же кровь правящего рода, и он был куда сильнее своего отца!

— У короля есть законные наследники! А ваш Арон набрал силу благодаря кровавым ритуалам, так что даже не заикайтесь об этом! Иначе моё желание свернуть вам шею возьмёт верх над моим любопытством. Я в любом случае всё узнаю, просто это займёт чуть больше времени, — самоуверенно лорд Вериан заявил.

— Смерть этого чудовища — моё вторая просьба. Я не знаю, кто он и откуда взялся, сегодня я видела его впервые. В его глазах — бездна, в его словах — ужас, а в его поступках — неотвратимая смерть… Мой мальчик, мой Арон так храбро противостоял ему, так отчаянно сражался за свою жизнь, но он всего лишь ребёнок, что он мог противопоставить тому, кто сам состоит из тьмы? Это не был человек, это был сам Артер, принявший человеческий облик!

И столько в словах леди Риттор было уверенности, что я сама едва не поверила в досрочное пришествие Тёмного Бога… нет, ну мало ли. Может, у артериаров ещё какой-то ритуал есть, о котором мы просто не знаем.

— Не скажу, что огорчён этим фактом. Особые приметы есть у этой личности, состоящей из тьмы и ужаса? Или прикажете мне ритуал призыва Артера самому привести, чтобы поймать его и на плаху собственноручно проводить? — насмешливо Мартерийский спросил, на которого слова графини не такое яркое впечатление оказали.

— Правильные черты лица, он из аристократов, но я никогда не видела его при дворе. У него высокое положение в обществе, это выдавала его манера общения и речь, то, как он держался — уверенно, с чувством полного превосходства…

— Вы мне сейчас половину придворных описали! Вы издеваетесь? — вспылил глава Департамента, которому больше всего имя хотелось узнать, а не образные эпитеты выслушивать.

— Уничтожь их, уничтожь их всех, Вериан! Обещай мне, обещай! — вновь заладила свою мантру графиня Риттор, будто и не слышу слов синеглазого лорда.

— Бесполезно, Мартерийский, она сейчас начнёт по кругу одно и то же талдычить, еë рассудок не вынес того ужаса, который она пережила, присутствуя при убийстве своего сына, — со знанием дела Велдран тихо сказал, и мне даже сочувствие в его словах послышалось.

— Почему её, вообще, в живых оставили? Мало того что леди Риттор свидетель, они ведь еë на муки страшные обрекли. У неë на глазах единственного сына за грань отправили… она ведь никогда этого не забудет, и эта потеря еë в безумие утопила. Милосерднее было бы просто жизни еë лишить… — этому моменту я не могла найти объяснения.