Я снова взял телефон и написал:
«Привет. Сегодня занят, семейное. Как насчёт завтра?»
Отправил. Ответ пришёл почти мгновенно:
«Днём не получится, у меня дела. Вечером?»
Я мысленно выдохнул. Вечером — это отлично. Значит, после сегодняшнего «забега» у меня будет целый день, чтобы отоспаться, прийти в себя и даже, может быть, подготовиться морально. И, что немаловажно, вечер воскресенья у меня как раз свободен.
«Вечером отлично, я свободен.»
Тишина. Минута. Две.
«Хорошо, Лёш. До завтра.»
Я отложил телефон и уставился в потолок. «Хорошо, Лёш. До завтра». Коротко. Сухо. Никаких смайликов, никаких «скучаю», никаких намёков. Просто «до завтра». И от этого «до завтра» у меня внутри что-то сжалось.
Она же не обиделась? Или, что ещё хуже, — сделала выводы. Хотя… может, я опять себя накручиваю? В конце концов, она же не послала меня куда подальше, а значит, ещё не списала меня в утиль.
И значит, у меня есть отсрочка. Один день. А потом — воскресный вечер в гостях у этой знойной женщины, которая умеет делать с моим телом такое, что я потом хожу с дрожащими коленками и пустыми яйцами.
Ладно, Орлов, сейчас у тебя на повестке дня — Света. А это, знаешь ли, тоже та ещё головоломка. Потому что кто знает, что она там ещё написала в своей бордовой тетрадке. И, что ещё важнее, — кто знает, захочет ли она это экранизировать.
Я усмехнулся своим мыслям, перевернулся на бок и закрыл глаза. До выезда оставалось ещё несколько часов. И, как ни странно, я уснул.
Без снов. Без кошмаров. Без рыжих бестий, ледяных королев, властных тренерш и загадочных писательниц. Просто провалился в темноту — глубокую, спокойную, почти целительную.
Организм, видимо, решил, что с него хватит, и отключил всё, включая паранойю. И правильно сделал, потому что впереди было приключение, к которому лучше подходить на свежую голову.
И на отдохнувшего дружка.
Глава 2
Сценарий, свечи и ваниль
Пробуждение было резким — телефон завибрировал на столе, и я подскочил, словно меня шилом ткнули в бок.
Спросонья показалось, что я проспал всё на свете. Но нет, экран показал пять часов, и я сел на кровати и потёр лицо ладонями. За окном уже вечерело — суббота перевалила за середину, и та самая «куча времени», которая была у меня с утра, как-то незаметно рассосалась. Гречка, конспекты, переписка с Татьяной, сон без снов… и вот уже скоро нужно выезжать.
Ну что, Орлов, давай… тебе пора превращаться из обычного студента в массажиста на выезде.
Я встал, потянулся до хруста в позвоночнике и начал собираться. Не в том смысле, в каком собираются на свидание — с гелем для волос, новой футболкой и нервным выбором трусов. Нет, я собирался как профессионал. Чистая футболка без пятен, штаны поприличнее, носки…
— Блин, носки. — сорвалось с языка, и я глянул на свой «ассортимент»: синий в полоску, чёрный без всего и серый с дыркой на большом пальце.
Прекрасно… три непарных носка — это уже не раздолбайство, это, млять, стиль. И куда вообще делись все остальные? Ну ладно, пусть будет так. Может, Свете даже понравится — как деталь для её романа.
Стоп. А трусы? — я замер, держа в руках относительно свежие боксёры. Чистые. Без дырок. Даже резинка ещё не растянута. — Отлично! — обрадовался я. — Потому что если сегодня что-то пойдёт не по сценарию — а то, что оно пойдёт не по сценарию, я уже не сомневался, — то трусы с дыркой на заднице станут не лучшей деталью моего профессионального имиджа.
Одевшись, подошёл к шкафу. В углу, прислонённый к стенке, стоял он — раскладной массажный стол. Старый, но крепкий, как и всё, что делали раньше.
Я вытащил его на середину комнаты, отряхнул пыль, протёр влажной тряпкой. Затем разложил, проверяя крепления. Ножки выдвинулись с лёгким скрипом, фиксаторы защёлкнулись, поверхность встала ровно. Ничего не шаталось, не скрипело и не грозило развалиться под нагрузкой.
Хорошо. — закивал я. — Не хватало ещё, чтобы Света рухнула на пол в самый ответственный момент. Хотя… это могло бы стать интересным поворотом в её романе. «Массажист и падающая клиентка: новая глава, в которой всё пошло не по плану».
Я убрал стол обратно в угол и перешёл к маслам.
Лаванда — для расслабления. Цитрус — для бодрости. Мята — на всякий случай.
Я взял флакон с мятой, поднёс к свету. Масло выглядело нормально — прозрачное, без мути и осадка. Открутил крышку, капнул на запястье, растёр. Запах — резкий, холодящий, чистый.
Не испортилось, — заключил я. — Повезло.
Лаванда. Та же процедура. Запах мягкий, цветочный, чуть сладковатый.
Тоже в порядке.
Цитрус. Капнул на ладонь, растёр, вдохнул.
— Ух… запах бодрый, свежий и с лёгкой кислинкой, значит, тоже берем. — пробормотал я и закрутил флаконы, затем сложил их в сумку вместе с чистым полотенцем, и мой взгляд упал на ванильное масло. — Нет, — я замотал головой с глупой ухмылкой на лице, — ваниль я принципиально оставляю на полке. Хватит. Этот запах у меня уже ассоциировался с такими вещами, о которых лучше не вспоминать перед выездом к другой женщине.
Бросил взгляд на часы — почти шесть.
— Пора, — произнес я вслух и, подхватив стол под мышку, сумку на плечо, а телефон в карман, открыл дверь.
В коридоре было тихо. Колян за стеной молчал — видимо, ушёл куда-то. Я быстро проскочил мимо его двери и вышел на улицу.
Вечерний воздух был тёплым, с лёгким привкусом осени — той самой, когда ещё не холодно, но уже понятно, что лето кончилось.
Я постоял пару секунд у входа в общагу и задумался:
Такси или автобус?
С одной стороны, тащиться через весь город с раскладным столом под мышкой в душном автобусе — то ещё удовольствие. С другой — такси стоит денег, а я и так, можно сказать, на мели. Зарплата только через неделю, а подработка у Светы, строго говоря, еще не понятно как оплачивается.
Это, блин, будет бартер? Массаж в обмен на… что? Удовольствие? Сюжет для её романа? Эх, ладно, это всё на самом деле не важно. Главное не забывать, что экономия превыше всего. К тому же в автобусе хотя бы можно будет посидеть и подумать о жизни, а то сколько раз бы я на такси не ездил, всем таксистам почему-то хочется со мной поговорить.
Я поправил стол поудобнее и потопал к остановке.
Автобус пришёл на удивление быстро. Я залез, оплатил проезд и плюхнулся на заднее сиденье, пристроив стол рядом.
Народу мало — суббота, вечер, все нормальные люди, наверное, уже дома или где-нибудь в клубе, кафе или гостях, в общем, веселятся. А я… а я еду чёрт знает куда, чтобы делать массаж женщине, у которой в голове засел целый эротический роман. И кто из нас ненормальный?
Вскоре под укачивание на ухабах я вспомнил, что так и не уточнил у Светы, всё ли в силе.
Ну, а вдруг у неё планы поменялись? Или она передумала? Или… Ладно, Орлов, признайся, ты просто надеешься, что она передумала. Потому что идти в логово к писательнице-порнографу с раскладным столом — это всё равно что добровольно зайти в комнату, где на двери табличка «Не входить без наличия члена».
Я достал телефон и написал:
«Привет. Всё в силе?»
Ответ пришёл почти мгновенно:
«Привет, да, всё без изменений. Жду».
Без смайликов. Просто «Жду». И от этого короткого «Жду» у меня по спине пробежали мурашки.
Я убрал телефон и уставился в окно. За стеклом проплывали серые многоэтажки, редкие прохожие, горящие витрины. Город готовился к ночи. А я готовился к тому, чего даже вообразить не мог.
Через полчаса автобус остановился на нужной мне остановке. Я вышел, поправил стол под мышкой и огляделся.
Район был тихий, благоустроенный, с аккуратными пятиэтажками. Не тот, где я ожидал увидеть Свету. Она казалась мне жительницей какой-нибудь стильной высотки с панорамными окнами и консьержем. А тут — старый двор, лавочки, бабушка с собачкой. Уютненько.
